Чтение онлайн

— Ну рассыплетесь, и что такого? Вы ведь все равно хотите поскорее ноги протянуть!

Ясно, такого ответа поня Казимера ждала меньше всего. Раскрыв рот, она вытаращила на меня глаза так, будто вдруг увидела перед собой марсианина с рожками-антеннами. Я безразлично развела руками и стала смотреть в окно, но через пару секунд услышала за спиной сдавленное кудахтанье и оглянулась.

— О-о! О-о! Оо! — захлебывалась от смеха крохотная старушка. — Ну что ж, если сейчас ног не протяну, так, может, поживу еще… О-о! Ты… ты… Да пропади оно все пропадом! Поехали!

— В самом деле? — я не поверила собственным ушам.

— А что? Мне и впрямь терять нечего!

И тут начались великие приготовления! Собираясь после долгих лет добровольного заточения снова высунуть нос в общество, бабулька желала выглядеть безупречно. Первым делом она потребовала, чтобы я продемонстрировала ей весь ее гардероб. «Покажи-ка, что у меня там есть!» — сказала она, махнув ручонкой в сторону шкафа. На мою беду, у нее там было чертовски много! Я по одному вытаскивала из ее неисчерпаемого шкафа платья, а эта садистка, развалившись на пуховых перинах, выбирала то единственное, какое подойдет для прогулки. «Совершенно нечего надеть!» — вздыхала она, возводя глаза к потолку. Честное слово, в эти минуты мне хотелось ее прибить! Не меньше часа я слушала ее комментарии, ворчание и брюзжание. Наконец она выбрала легкое светлое шелковое платье с широким кружевным воротником, а еще через полчасика — белую шляпку с кремовыми цветочками и молочного оттенка туфельки. Поиски светлых чулок тоже были истерическими, но все же первый этап мы успешно преодолели.

Оставались мытье и одевание с громким пыхтением, подкрашивание и кривлянье перед зеркалом, причесывание и надушивание… Даже и рассказывать про это не хочу — как бы не стошнило. Все это мы делали очень тщательно, поминутно советуясь и чувствуя важность минуты…

Около шести караван тронулся! Для начала я спустила вниз коляску, потом взялась за поню Казимеру. На этот раз задача была особенно трудной: приходилось думать не только о том, чтобы не загреметь вниз вместе со своей ношей, но и как бы не помять бабулькино платье, не испортить ее прическу или не уронить шляпку с цветочками. Усадив наконец поню Казимеру в коляску, я вздохнула с облегчением… Устала как собака, по спине ручьями лился пот.

Пока происходил весь этот бардак, бабулька, видно, как следует проголодалась: едва мы выбрались из дома, она захотела немедленно отправиться в ресторан и сытно поужинать. Я совершенно не жаждала встречи с кем-нибудь из знакомых и предложила ехать в ближнее кафе — там же, в старом городе, на соседней улочке. Туда мы и двинулись. Я толкала коляску, а поня Казимера восседала в ней гордая, словно генерал, глядела по сторонам и поминутно удивлялась: «Ой! Как здесь все изменилось! Смотри, не было ведь этой пристройки? А этот дом давно отремонтировали?» Щеки у нее порозовели, глаза сияли… Вот такой она мне нравилась!

Ужин прошел без всяких приключений. Бабулька закатила настоящий пир: мы ели очень вкусного лосося с рисом (поня Казимера запивала его белым вином, а мне заказала стакан апельсинового сока), а потом нам принесли еще и фруктовый десерт, я думала, лопну. Казимера была в дивном настроении, от вина она разрумянилась и вконец распустилась — беспрерывно смеялась и рассказывала всякие театральные анекдоты. На нас даже поглядывали люди за соседними столиками — и снисходительно улыбались, наблюдая за разгулявшейся старой дамой. Перед тем как отбыть, она одарила официанта, который нас обслуживал, щедрыми чаевыми и ангельской улыбкой, а тот любезно согласился усадить ее в инвалидную коляску и проводить до самых дверей. Прощаясь, она кокетливо улыбнулась и протянула парню руку. Тот поначалу растерялся, но кое-как сообразил, что надо сделать, и осторожно старушки ну руку поцеловал. Я чуть не упала.

Из кафе мы выкатились только около восьми, было самое время отделаться от старушки и заняться Принцессой. Я так и объяснила: сказала, что взялась выгуливать собачку друзей, а потому должна без промедления доставить поню Казимеру домой и лететь в Ужупис. Но старушка решительно против этого возражала:

— Ну вот еще! Я совершенно не хочу возвращаться домой — вечер только начинается! Двинем в Ужупис вместе и выгуляем эту твою собачку вдвоем! Не бойся, я ее не укушу!

— А вы не устали? — осторожно спросила я.

— Я устала?! А что, разве у меня измученный вид?

— Да нет, нисколько…

В общем, я поняла, что спорить бессмысленно, и покатила коляску в сторону парка. Тут старушка снова расчувствовалась:

— Знаешь, сколько лет я здесь не была? Не сосчитать! Когда мы были молодые — еще совсем молодые, красивые и влюбленные… — на том берегу Вильняле отмечали премьеры, праздновали Иванов день… Боже, как хорошо было! Погоди, не беги так…

Мы остановились у самой речки, под большой липой. Глядя на тот берег, на высокий песчаный откос, Казимера глубоко вздохнула:

— О господи, как здесь красиво… Все как раньше, ничего не изменилось…

— Может, хотите здесь и подождать, пока я приведу Принцессу?

Растроганная бабулька часто закивала.

Так вот, оставив старушку любоваться Вильняле, я рванула в Ужупис. Смоталась туда-обратно очень быстро, минут за пятнадцать, не больше. Но когда вернулась с Принцессой, ни пони Казимеры, ни ее коляски мы под липой не нашли…

Я подумала, что она где-то поблизости — на ее тихоходном транспортном средстве далеко не уедешь. Огляделась, покричала, спустилась к самой реке, облазила все кусты — старушки нигде не было. Пропала бесследно. Вот тебе на! Лучше не придумаешь! Сначала украла старушкины деньги, а потом и саму старушку! Честное слово, мне нехорошо сделалось от этих мыслей… И у меня не было ни малейшего представления о том, где ее искать.

Мы с Принцессой обегали весь парк, носились по нему как ненормальные и расспрашивали каждого встречного, не видел ли кто старой дамы в инвалидной коляске. Никто ее не видел… Я готова была разреветься. Может, бедняжке стало плохо, она потеряла сознание, какие-нибудь прохожие вызвали скорую, и ее увезли в больницу? А может, ее похитили бандиты и теперь потребуют выкуп? Глупости, полный бред — ведь требовать-то не у кого! Я решила вернуться в Элину квартиру и действовать оттуда: для начала обзвонить все вильнюсские больницы, а там видно будет.

Набегавшись, мы с Принцессой плелись по берегу, размышляя, куда бы могла запропаститься наша бабулька, и вдруг (я просто глазам своим не поверила!) увидели ее — и где! На другом берегу Вильняле! Старая ведьма, сидя в коляске, махала мне рукой и что-то радостно пищала. Рядом с ней, удобно устроившись на травке, сидели два седоватых господина. Тут раздумывать было особенно нечего, сразу стало понятно, как она там очутилась, — и, честное слово, разбушевалась я, как пять Вальпургиевых ночей сразу! Попадись она мне в ту минуту под руку — страшно бы об этом пожалела! Стиснув зубы, я пыталась справиться с собой и настроиться на вежливый разговор. Пока мы с Принцессой шли к мостику и добирались до их стоянки, злость моя и вправду немного улеглась.