Дневник
Шрифт:
– Ты уверена? Он ведь еле живой. Нет сил, чтобы дышать.
– Я сказала, привязывай, – и она направилась к двери. – Я скоро приду.
Мила тяжело вздохнула. Ей никогда раньше не приходилось кого-то связывать. Осторожно склонившись над кроватью, взяла тонкую руку мальчика – бледная кожа, сквозь которую четко виднелись кости и вены, – обмотала веревкой и привязала к столбику сбоку. Точно так же поступила и с остальными частями тела.
На все ее движения мальчик никак не реагировал. Казалось, он спит с открытыми глазами, и все, что происходило вокруг, никаким образом его не касалось.
За дверью послышался шорох. В комнату вошла Катерина с овчаркой. Собака была на поводке.
В этот миг ведьма выглядела особо зловеще. Черные волосы были распущены. Черная одежда и собака у ног.
– Сидеть.
Животное послушно выполнило ее команду.
– Мила, возьми у меня в рюкзаке черные свечи, тринадцать штук. Расставь их у постели полукругом. А я подготовлю все остальное. Мы должны начать как можно скорее, иначе все будет напрасно, – и она выразительно посмотрела на умирающего мальчика.
На лице промелькнула боль. Но это длилось всего мгновение. Ведьма могла сострадать. Это открытие приятно удивило Милу. При всей своей холодности Катерина обладала даром сочувствия, но отчего-то скрывала это от посторонних глаз.
Черные свечи лежали в боковом кармане рюкзака. Найти их не составляло никакого труда. Мила расставила их в указанном порядке. Чиркнула спичкой и зажгла каждую. В комнате стало светло. Запахло воском и ладаном.
Тем временем, ведьма очертила посреди комнаты магический круг, неизвестные символы внутри и снаружи. Тихий шепот из ее сухих губ звучал несколько зловеще.
Когда закончила, выпрямилась и подозвала к себе пса. Овчарка послушно села в самый центр круга.
– Кажется, все готово, мы можем начинать, – Катерина подошла к подножию кровати, – Мила, встань у изголовья и следи за мальчиком. Если ему станет хуже, ты должна будешь облегчить ему боль силой своего исцеления. Справишься?
– Я постараюсь, – и она потерла руки, концентрируя энергию в ладонях.
Ведьма прикрыла глаза. В комнате стало как-то холодно.
– Духи, придите! Всех вызываю, выкликаю, выговариваю. Услышьте голос черной ведьмы, что взывает к вам.
За ее спиной дверь в комнату распахнулась. Что-то невидимое и огромное ворвалось в комнату и закружило вокруг постели.
Катерина не открывала глаз. Ее шепот становился все сильнее.
– Проклятье черное отступись, отпусти. Не крути и не съедай изнутри. Выйди, и Духи заберут тебя!
Свечи загорелись синим пламенем и стали коптить. Над постелью появилось белое облако. Оно медленно опустилось на тело умирающего мальчика.
Мила отчетливо увидела, как его глаза смотрели на что-то перед своим лицом. От увиденного он стал биться в судорогах. Его лицо исказил ужас.
Тем временем, ведьма продолжила читать. За ее спиной пес пронзительно завыл.
– Черное проклятье, отвяжись, дарю тебе в дар другую плоть. Привяжись, проклятье, ко псу, что сидит за моей спиной.
Белое облако окутало все тело проклятого Миши. Мальчик пытался вырваться. Кричал и бился в истерике. Все было напрасно.
Белые простыни стали желтеть на глазах. Через минуту они вовсе почернели. Жидкая субстанция сходила с иссохшего тела и медленно сползала на пол.
Милу сковал первобытный страх. Все, что происходило в комнате, казалось таким невероятным и фантастичным.
Катерина открыла глаза. Черная субстанция медленно передвигалась вдоль свечей, не попадая в круг.
Собака стала быстро дышать, высунув язык. Черная масса окружила магический круг, капля за каплей пропитывалась внутрь и подступала к мохнатым лапам.
– Мила, что ты стоишь? – ведьма почти кричала на нее, – Ты нужна мальчику. Его силы на исходе. Проклятье отпустило его, но он все еще нуждается в исцелении. Ну же.
Девушка быстро кивнула. Белое облако закружилось изнутри и село на живот мальчика. Он лежал спокойно и не бился в истерике. Его лицо было по-прежнему бледным. На лбу выступили капли пота. Глаза были закрыты.
Мила погладила его по щеке и осторожно опустила ладонь ему на глаза. Тепло из ее тела медленно стало переходить к нему. Постепенно его кожа приобретала розовый оттенок. К нему возвращались силы.
В это время собака громко скулила. Все ее тело было пропитано черной субстанцией. Уши, нос и пасть – все было в ней.
В воздухе резко запахло гнилью. Запах стал стойкий и тяжелый настолько, что глаза защипало.
Овчарка медленно опустилась на лапы и легла на пол. Все ее тело съедала черная жижа. Вскоре ее тихий вой стих.
– Мила, не смотри туда.
Ведьма вскинула руки, благодаря Духов. Белое облако бесшумно облетело вокруг нее и вылетело за дверь. Через секунду она с треском захлопнулась.
Свечи у постели вновь загорелись ярким светом. Стало светлей. Мила отчетливо видела, как на месте, где лежала собака, была лишь небольшая лужица.
Катерина притянула к себе рюкзак. Из него достала мешочек с землей с кладбища. Осторожно развязала тесемки и посыпала землей в центр круга, на лужицу.
Со знанием дела смела все это в газетный листок и убрала в банку.
– Ритуал окончен, а у меня нет сил, даже говорить, – Катерина направилась к двери, – нам пора. Пусть мальчик немного поспит. Ему нужен хороший сон.
Мила отступила от кровати. Направилась к окну, которое тотчас распахнула, и впустила свежий воздух.
В коридоре им встретилась Нина. В этот раз ее было совсем не узнать. Белые, как бумага, волосы торчали во все стороны. Ночная сорочка едва прикрыта халатом. Видимо, пыталась уснуть, но так и не смогла.
– Как он?
– Намного лучше, – не своим голосом прохрипела Катерина, – Утром вызовите врача, пусть он его осмотрит. Мальчику нужен больничный уход и свежий воздух. Я все сделала, как и было обещано. Ваш мальчик спасен.