До и После: Исход
Шрифт:
Джереми захотелось со всей силы ударить его по лицу.
«Как он смеет? Кто он такой? Эксперт по эпилепсии? Что-то не похоже! И вообще, это я... я ее защищаю! А ты дурак, раз совершаешь самую распространенную в этих случаях ошибку! Ты пустое место, просто тип со странностями, у которого нам пришлось заночевать!»
Лицо Джереми сделалось надменным, он скрестил руки на груди и злобно уставился на хозяина дома. Если бы он вспомнил, что на самом деле нужно предпринимать в таких случаях, то вмешался бы, оттолкнул Санни и сделал все сам. Но Джереми не помнили, поэтому решил занять место стороннего наблюдателя. Но лишь до времени...
– Мне кажется, она затихает, возможно…
Хрипящий гортанный крик растекся по тускло освещенной небольшой комнате. Санни слегка отпрянул, а Джереми подался назад.
– Оииёоооо… - прокричала она. Они переглянулись. Санни, пытаясь сохранить вид эксперта, попытался что-то сказать, но его слова потонули в очередном «Оооииёо». Стало не по себе. Голос был жутким, совсем не как у ребенка.
– Ийооооо… оооуу…
– Ты же сказал, она скоро придет в себя?
Санни лишь неуверенно глянул на него и опять сосредоточился на Миладе.
– Иёооо, - взвыла она еще громче. По телу у обоих побежали мурашки.
– Может, ей воды принести, - неуверенно спросил Джереми. Все это стало пугать его еще больше.
– Ага, можешь ее сразу в луже за домом утопить, чтобы не мучилась.
Тут она дернулась. Даже Санни, уже видавший такие припадки, ни за что бы в это не поверил, если бы не был прямым свидетелем произошедшего. Тело девочки изогнулось с такой силой, что ей удалось приподнять его на себе. Он выглядел словно наездник, пытающийся усмирить быка. Руки ее, сцепленные на груди, дернулись, и она высвободилась, раскинув их в стороны.
– Ооооиииёооо… иоооо… - мороз пошел по коже, но Санни старался не поддаться панике. Свободной рукой он попытался схватить одну из ее рук, но она опять изогнулась так, что он потерял равновесие и практически съехал на пол. Теперь только одна его нога кое-как держала ее. Зажигалку из рук он выпустил. И только в этот момент ошарашенный Джереми бросился на помощь.
«Господь Всемогущий! Да разве ж это может происходить на самом деле?»
Милада, выплюнувшая зажигалку, каким-то невероятным слиянием разных голосов во всю мощь закричала:
– Ииитёооот!
Оба парня застыли в ужасе. Она кричала не как ребенок, она кричала как хор голосов и мужских и женских, и высокими и низкими голосами одновременно. Санни всякого повидал, но такого не встречал никогда. В ту секунду, когда Джереми уже приник к ней, пытаясь помочь Санни сдержать ее метания, она уже обмякла. Это выглядело так, словно он коснулся ее и она выключилась.
– У нее что, обморок после припадка? – ошарашено спросил Санни.
– А кто тут строил из себя эксперта? – неприкрытые нотки презрения наполнили комнату.
– Слезь, я уложу ее спать.
Санни встал, поправил шорты и поднял ладони к верху. «Да, пожалуйста, пожалуйста, я не претендую», говорили его руки.
– Переночуй с ней, а завтра посмотрим, ладно?
– Я так и собирался. Спасибо за помощь, - но в словах его не было благодарности, просто дежурная фраза брошенная, как собаке кость.
Санни пожал плечами, понимая, что Джереми не нужны его: «Ты бы тоже так поступил», «Мне было не сложно», и вышел из комнаты. Джереми водрузил Миладу на кровать. Поднял подушку, отряхнул и, уже было собирался положить ее малышке под голову, как заметил Санни на пороге комнаты.
– Ой, - выдохнул он, - да ну что еще? Мы же уже все решили, ты ушел спать…
В тишине комнаты послышался щелчок. Не будь Джереми так зациклен на себе, он бы сразу сообразил, что к чему. Санни прошел внутрь комнаты. Джереми хотел еще что-то сказать, как заметил в проеме темный силуэт. Он проплыл в комнату следом за Санни.
– Кто… - вопрос оборвался.
Один за другим в комнату проплыли еще две незнакомые тени. Одна из них держала в руках пистолет, приставленный к позвоночнику Санни.
– Доброй ночи, - сказала тень, - присаживайтесь-ка на кровать…
45(ПОСЛЕ) Кровь и слезы
Глупо было думать, что стоять над собачьей миской – самое унизительное происшествие, которое может приключится. Проснуться от рези в животе на заднем сиденье Алексовой развалюхи с мокрыми от крови штанами было в миллиарды раз хуже. Повезло еще, что Алекс ничего не заметил. Он, конечно, обратил внимание на напряжение и озабоченность Кристины, но ничего не сказал. Со вчерашнего дня они перекинулись лишь парой дежурных фраз. Теперь Алекс гнал свою развалюху целенаправленно. Если раньше он выжидал, не доверял никому и игнорировал намеки на военные базы, то теперь у него явно появилась цель. Раньше Кристине было по большому счету плевать, куда он мчит ее, пока он помогал ей оставаться в живых. Но теперь она уже все для себя решила. Решила, что свалит от него при благоприятных обстоятельствах, да еще и собаку прихватит. Такой человек как Алекс не заслуживает даже собачьей любви.
«Если пес не помрет... – она вздрогнула при мысли о смерти Губернатора. – Но ведь то, что он разорвал в клочья ногу той мертвой тетки, не значит, что он мог заразится, ведь так?»
Покажет лишь время.
Утром она стала трепать Губернатора за уши и с настороженностью отметила, что нос у пса теплый.
«Это первый признак болезни животного».
Но было еще кое-что. Он воротил от нее морду, явно давая понять, что ему не нравится то, как она его треплет, хотя раньше проблем с этим не возникало.
«Если он все-таки заразился, нужно быть начеку. Зомбипес это уж как-то совсем страшно».
Оставив пса в покое, Кристина порадовалась, что пятен на сиденье не осталось. Алекс, заметь подобное, хохотал бы до хрипоты. Высмеивал бы ее, как умеет. Благо, улик не осталось, а старый ворчун был слишком поглощен своими мыслями. Она взяла сменную одежду и направилась к кустам. Болотного цвета летние джинсы Кристина выбросила там же.
Когда она вернулась, Алекс предложил обшарить супермаркет на окраине какого-то маленького городка, и Кристина согласилась. «Какая разница, где помирать? – подумала она. – Может быть, сказки о продолжительности жизни не сказки? Может быть, сколько отмерено, столько и получишь? Так чего тогда пыжится?»