Чтение онлайн

– Объясни мне! – ногтями впилась в кожу. – Что случилось? Алексу кто-то угрожает? Что он задумал? Говори, как есть, Дэн! Ты меня знаешь! Я не ручная кошка, чтобы сидеть и ждать, пока всё само собой рассосётся. Не скажешь ты – я узнаю сама. Узнаю, Денис!

– Сядь ты уже! – рявкнул он и швырнул меня на сиденье.

Надия смотрела на нас во все глаза, и, если бы не это, я бы снова бросилась на начальника службы безопасности, давно уже ставшего не просто человеком моего мужа, а его правой рукой. По его скулам ходили желваки, мышцы были натянуты. Пристегнуть меня он не попытался, сам тоже не сделал этого.

– Добрый день, – зазвучал из динамика голос пилота. – Рад приветствовать Вас на борту, Стэлла Эдуардовна. Надия, тебе тоже привет! Сегодня отличная погода для полёта. Температура воздуха на острове Сицилия…

– Так мы летим на Сицилию? – я повела руками, и Дэн отпустил меня. Перевёл взгляд на притихшую Надию. Опять на меня. – Почему не Испания, Денис?

– Алекс решил, что так будет безопаснее. О ваших планах насчёт Испании известно слишком многим.

Больше ничего не сказав, я вернулась к дочери. На табло всё ещё высвечивалась надпись, что все должны оставаться пристёгнутыми. Пристёгнутой оставалась только Надя. Я отодвинула шторку и невидящим взглядом уставилась на безоблачную лазурь.

Что всё это значит? Какая опасность нам грозит? Кто на сей раз перешёл дорогу моему мужу? Или… кому перешёл дорогу он?!

В горле встал горький желчный комок. С силой растерев запястье, я обхватила висящего на шее Пегаса. По телу прошла волна холода. Крылья крохотного коня впились в кожу, я смотрела сквозь пространство, в бескрайность и желала одного – вернуться.

– Всё будет в порядке, Стэлла, – подошедший сзади Дэн коснулся моего плеча. – Алекс всегда знает, что делает.

Да, в этом Денис был прав. Какими бы безумными ни казались поступки мужа, они были продуманы. Порой продуманы с такой изощрённостью, что это походило на фарс. Только это меня не успокоило.

Надпись на табло наконец сменилась, и я склонилась к дочери. Помогла ей расстегнуть ремень и встать. Только потом посмотрела на Дениса.

– Завтра мы вернёмся, – твёрдо сказала я. – Если для этого мне придётся угнать самолёт, Дэн, я это сделаю. Если придётся ехать через всю Европу на машине, я это тоже сделаю.

– А если придётся пристрелить меня? – с едва заметной усмешкой. Только взгляд тяжёлый и слишком пристальный.

– Мне бы этого не хотелось, – сказала с той же сдержанностью, с какой он спросил. – Но, если другого выхода не будет, я сделаю и это.

– Не сделаешь. Не сможешь.

– Может быть, – согласилась я. – Может быть, не смогу. Но проверять я бы не хотела. Завтра мы вернёмся, Дэн, – не согласная на компромиссы, повторила я и пошла к перекладывающей на диване игрушки Наде.

Взбесившееся солнце пекло до ожогов, воздух был густым, тяжёлым и приторным. Как я ни пыталась, сделать глубокий вдох не выходило. Лёгкие слиплись, кожу раздирало лучами. Может быть, мне всё это только казалось. Скорее всего, казалось, потому что никому, кроме меня, жара не мешала.

– Сколько вам нужно времени, чтобы подготовить самолёт к вылету? – спросила я у пилота, как только мы приземлились.

В его глазах отразилось непонимание и озадаченность. На лбу появилась складка.

– Готовьте самолёт к обратному вылету, – приказала я, не дождавшись толкового ответа.

– Александр Викторович не говорил, что…

– Александра Викторовича тут нет, – раздражение-таки вырвалось наружу.

Я посмотрела в сторону, на развлекавшую Надию сотрудницу аэропорта, на свою дочь. В руках её была чёрная пантера, которую она взяла с собой из самолёта. Покидать борт я не хотела. В голове намертво засело только одно – вернуться. Только это и было важным. Таким же важным, как дышать. Перестану дышать – умру. Если не увижу Алекса в ближайшие часы, если не вернусь –умру.

– Стэлла, давай отойдём, – Дэн силой отвёл меня в сторону.

Говорить с ним мне было не о чем. Я не боялась ни грязи, ни крови. Правда давно отпечаталась шрамами на моей спине и заключалась в одном: я принадлежу Алексу. И, если он решит сунуться в адово пекло, я пойду с ним.

– У тебя дочь, мать твою, – Денис не церемонился. Рывком повернул меня к себе. – Ты что думаешь, Алекс отправил вас подальше развлечения ради?

– Понятия не имею! – огрызнулась зло. – Меня никто в известность не поставил, зачем он отправил нас подальше.

Жизнерадостный смех Надии резанул по нервам. У меня дочь. Да, у меня дочь. У нас дочь.

– Если Алекс хотел, чтобы я уехала, он мог сказать мне об этом сам.

– И ты бы уехала?

Я отвернулась, рассеянно отмечая давно знакомые детали: несколько столиков в углу возле кофейного аппарата, панорамное окно, сквозь которое виднелось взлётное поле, привычную форму работницы аэропорта, идущей к Надии со стаканом сока. И Дэн, и я знали ответ. Не уехала бы. Нет силы, способной вынудить меня оставить Алекса в опасности по собственной воле. Нет силы, способной заставить меня сидеть и малодушно надеяться.

– Я должна быть с ним.

– Ты должна быть с дочерью, – резанул словами Дэн.

Я набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула. Ничего больше не сказав, пошла к выходу, возле которого нас уже ждала машина. Услышала, как меня догоняет Надия, и остановилась. Молча подала ей руку. Она тронула мои пальцы. Сжала их с уверенностью своего отца.

– Мы не будем кататься на пони, да?

– Почему?

– Папы же нет. Как мы будем кататься на пони без папы?

В её глазах отражалась моя душа. Те детские наивность и вера, которых я не знала, но которые когда-то жили и во мне. Дэн был прав. Прав, будь он неладен! Я должна думать о дочери. Потому что Алекс может разрядить обойму в тварь, решившую поиграть с ним в игры. Она – нет. Защитить её, кроме нас с Алексом, некому. И, если, по какой-то причине, он решил, что это должна сделать я, значит, так надо. Я слишком хорошо выучила уроки, преподанные мне улицей и ублюдками, растерзавшими моё детство, чтобы позволить Надии пройти через подобное.

– Папа просто… – я стиснула её пальчики. Голос сипел. – Папа просто занят. Мы с тобой сами покатаемся на пони. А потом папа… Он приедет, и мы будем кататься все вместе.

Она не верила мне. Или верила, но чувствовала что-то, объяснения чему я и сама не знала. Я сжала её пальцы ещё крепче. Она прижимала к себе игрушку и внимательно, по-взрослому смотрела на меня.

– Если не будет пони, это ничего страшного, мам, – сказала Надия тихонько. – Я не очень хочу пони.

– А что ты хочешь, котёнок?