Чтение онлайн

– Почему ты молчишь? Тебе не понравилось? – затревожилась Жанна.

Я подняла глаза, а в них стояли слезы. Как мне ей сказать, сколько всего произошло за эти секунды в душе?

– Это лучшее, что я видела. Ха-ха! Здесь даже верблюд есть!

– В среду после работы я пошла на занятия и не смогла ничего нарисовать. Преподаватель спросила, что меня гложет, и я рассказала, что ты скоро уезжаешь и мне бы хотелось написать для тебя такую картину, чтобы у тебя дух захватило! В общем, она со мной поговорила, я вспомнила тебя, и меня понесло. Многие уже разошлись, а я не остановилась, пока не поставила свою подпись.

– Что бы не сказал муж, я обязательно повешу этот шедевр на стену! Ты не представляешь, насколько ты попала в мое представление о городе и в мои впечатления о командировке. Ты настоящий талант, правда девчонки?

Девчонки закивали и перехватили картину, чтобы лучше ее рассмотреть. После чего сделали такой же вывод, как и я. Среди нас был гений!

– Это не совсем подарок, - начала Юля, и достала коробочку из своего пакета. – Как вы знаете, я только начала курсы по кондитерским изделиям, но мне тут неожиданно пришла одна идея, и я решила ее воплотить и спросить у вас мнение. В общем, - она открыла коробку. Фиолетовые кексики с большой порцией розового крема вызывали слюнки. Аромат лаванды наполнил комнату. – Это еще не все.

А потом она достала еще три коробки с зелеными, желтыми и коричневыми кексами. Юля сразу отложила в коробочку четыре разноцветных кекса для начальника, и мы начали пробовать. Фиолетовый цвет действительно оказался лавандой. Грубый земляной оттенок приятно сочетался со сладостью теста. В серединке Юля сделала наполнение из клубники, черного перца и бальзамического уксуса. А в основе крема была розовая вода, которая интересно сочеталась с лавандой.

Зеленое тесто было насыщенно фисташкой, даже чувствовались кусочки ореха. Красноватый цвет крема выдавал добавление шафрана. А в серединке она смешала пюрированную морковь с имбирем и кардамоном – взрывное сочетание! От желтых пахло спелым манго, но в серединке прятался соус чили. В крем же Юля добавила несколько капель лайма, и блюдо приобрело неповторимый вкус. Казалось, что шоколадными кексами невозможно удивить, но Юле это удалось. В жидкую серединку из белого шоколада она добавила морскую соль и розмарин, - сочетание, до которого я бы никогда не додумалась, но которое уже не смогу забыть.

После дегустации мы отвалились на стульях, держась за полный живот. Хотелось прилечь переварить, а может даже покемарить, но нужно было еще немного продержаться.

– Я чувствую себя Эмилем из Рататуя, братом крысеныша-поваренка, которому тот пытается объяснить великолепие сочетаний, а он просто поглощает и ему вкусно, - сказала Ясмина.

Крысиная тема зашла, и мы произнесли несколько шуток:

– Я готова стать подопытной крысой, чтобы пробовать все твои рецепты.

– А я чувствую себя крысой, бегущей с корабля! Я не понимаю, как теперь буду жить без твоих десертов? – возмущалась я.

Ясмина вышла куда-то – мы подумали, что в туалет, возможно даже, чтобы избавить желудок от тяжелой пищи. Но она вскоре вернулась с маленькими кружечками. Только она открыла дверь, элегантно и проворно балансируя подносом в одной руке, как насыщенный кофейный аромат наполнил комнату.

– Ты читаешь мои мысли! Иначе мы так и будем колобками кататься по офису.

Девушки насладились обжигающим напитком и продолжили болтать.

Ясмина достала из своего пакета небольшую коробочку и протянула мне. Я робко взяла и приоткрыла. А потом сразу закрыла, увидев, что там лежало.

– Это слишком дорогой подарок! Я не могу его принять!

– Можешь! Потому что я его покупала вместе с ожерельем и получила большую скидку. Не переживай, я могу себе это позволить.

– Ты знаешь про бусы?

– Ну конечно! А ты думаешь, кто это все предложил?

– Спасибо тебе огромное! Мы в России любим жемчуг. Но такой красоты я не видела.

– Носи с удовольствием.

Я обняла подругу, показала остальным нитку с белыми камнями и убрала к картине. Дальше Оливия протянула мне красивую коробку. Она была тяжелая и большая.

– Я не изменяю себе и вновь накупила тебе шоколада. Дубайский, потому что опять едешь из Дубая, и из верблюжьего молока, я слышала, тебе он понравился.

– О да! Я вообще каждый кусочек смаковала в прошлом году. Растягивала, сколько могла. Теперь мне надолго хватит! Спасибочки!

Дверь скрипнула, и мы обернулись.

– Так вот где пропадает прекрасная половина нашего офиса.

– О, Коллин! Я очень ждала, что вы зайдете. Не хотелось отвлекать вас от дел.

– Ну, что ты, Аврора, для тебя я всегда найду время. Например, сейчас. Девушки, позволите, я украду нашу командировочницу ненадолго.

Девушки закивали, а директор взял меня под руку и повел к себе в кабинет.

– Честно признаться, я давно готовил эти документы и вложил в них много сил и, что уж скрывать, надежд. Прочитай, пожалуйста, скажи, что об этом думаешь.

И положил передо мной пачку листов. Я поняла, о чем он говорит, только когда прочла заголовок: Офер. Офером называли предложение работы с конкретными должностными обязанностями и конкретными суммами.

Фостер хотел меня «схантить», как говорили профессионалы. Он считал, что сейчас для компании я делала много, а платили мне мало. Он специально провел анализ рынка, чтобы предложить достойные деньги, и сейчас сделал офер с зарплатой, о которой можно было только мечтать. При том, что я знала, как большие компании любят брать людей на хорошие должности с минимальным окладом. Сейчас он убеждал меня, что компания меня не ценила, потому что я сидела на цокольном этаже и из окон рассматривала чужую обувь, когда в Дубае могла бы смотреть на всех свысока. Но он не догадывался, что больше всего меня соблазняла должность. Когда я прочитала, у меня аж мурашки побежали: бизнес аналитик.

Если бы я была одинокой, то согласилась бы тут же и подписала документы. Но мне нужно было поговорить с семьей. Он оставил мне скрепленные документы и попросил очень хорошо подумать. Время было, но больше года ему было бы сложно оттягивать реструктуризацию филиала. Я поблагодарила за щедрое предложение и, ошеломленная, вернулась в кабинет. Пока укладывала документы, осмотрелась и представила, что могла бы сидеть здесь целыми днями, и сердце забилось сильнее.

А потом уловила обрывок разговора и прислушалась:

– Я и говорю, что совершенно не понимаю, что делать с квартирой. Она мне дорога, потому что она моя. Но у жениха, конечно, жилплощадь поинтереснее. У него есть тренажерный зал в здании и бассейн.

– Но сдавать ты не хочешь?

– Нет. Как представлю, что чужие люди трогают мои вещи, так сразу не по себе становится.

Я какое-то время слушала обсуждение, не участвуя. Однако эта тема меня задела, и все тело сотрясалось в порыве вставить слово. Я все-таки набралась храбрости попросить Ясмину об одолжении.