Чтение онлайн

— Я звонила, и мне сказали, что там я опоздала — выдыхаю я и возвращаю ему листок. Не дождавшись, пока он возьмет, бросаю ему на колени и откидываюсь на спинку кресла. Смотрю в окно, и между нами повисает неловкая тишина. Конечно, меня это огорчает, но я пытаюсь взять себя в руки, чтобы не вести себя так с Давидом. Он не виноват в том, что тоже увидел эту рекламку и не виноват в том, что я опоздала.

— Тогда тебе повезло, что сегодня утром, я туда ходил. — нарушает тишину Давид и я поворачиваюсь к нему. Он смотрит на меня и не улыбается. — Кажется, — выдыхает он — у меня с собой был один из твоих альбомов с набросками, а еще я сделал фото нескольких твоих картин. К тому же я очень обаятельный. — теперь он улыбается. А я не понимаю, радоваться мне или нет. — У них найдется место для твоих картин. Завтра утром мы должны привести их. — я несколько раз моргаю, а потом бросаюсь вперед и крепко обнимаю Давида за шею, покрываю поцелуями его лицо. Я так счастлива, что моё сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

****

Поверить не могу, что это действительно происходит со мной.

Делаю глубокий вдох, чтобы восстановить дыхание. Здесь пахнет льняным маслом, бумагой, я так же чувствую запах свежести и цитрусовых, но это уже вина Давида и его одеколона.

Мы в доме искусств, пришли, чтобы полюбоваться моими картинами. Да, вы всё верно поняли, вместо одной как это было заявлено в буклете, они позволили мне разместить целых две. Должна признаться, что мои работы выделяются и я могу заметить это лишь потому что перестала обесценивать свои умения. Интересно, что для этого мне понадобилось пройти большой путь и услышать о том, что я талантлива от огромного количества людей вокруг меня.

Удивительно, что с появлением Давида в моем окружении произошли большие перемены. Появились люди, которые открыто восхищались моими работами, говорили о том, что я потрясающе рисую, а некоторые мгновенно загорались идеей и предлагали работу, в то время как раньше мне было стыдно говорить о своём увлечении, а мой бывший парень и вовсе называл мои картины мазней.

Мазня.

Я улыбаюсь сама себе, когда понимаю, что моя мазня теперь висит в доме искусств. Надеюсь, мой папа рассказал об этом Антону.

Я торчу здесь уже второй час в сопровождении своего парня, который держит меня за руку, постоянно поправляя лямку моего джинсового комбинезона.

Когда этот вечер заканчивается, Давид не спешит вести меня домой, а тянет прогуляться вдоль реки, рядом с домом искусств. На мосту толпится народ, они пытаются сделать красивые снимки воды, в которой прыгают огни вечернего города. Ветер приносит с собой запах выпечки из ближайшего кафе и малинового чая.

Я останавливаюсь, чтобы вдохнуть по глубже. Уверена, что от избытка эмоций я сегодня не смогу заснуть.

— Ты в порядке? — смеётся Давид

— В порядке — киваю я и смотрю на него так, что мне, кажется, будто он смущается. — Спасибо за то, что так веришь в меня и за то, что помогаешь мне и… — я вздыхаю — Давид, я так сильно тебя люблю! — говорю я и обнимаю его за шею. — Ты делаешь меня безумно счастливой!

Давид аккуратно убирает от себя мои руки и я удивленно смотрю на него, но не получаю объяснений. Он просто смотрит на меня какое-то время, склонив голову, а потом усмехается и делает глубокий вдох. — И ты сделаешь меня безумно счастливым, если согласишься за меня выйти. — шепчет Давид. Его голос почти теряется в окружающем нас шуме воды, негромкой музыке, что доносится из кафе и разговорах прогуливающихся мимо нас парочек.

— Что ты сказал? — спрашиваю я, хотя услышала его слова очень хорошо. Меня бросает в жар, а потом в холод, кажется, что начинает кружиться голова, когда Давид что-то ищет в кармане куртки. Достает от туда синюю бархатную коробочку и бросает на меня задумчивый взгляд, когда делает шаг вперед. Теперь он стоит слишком близко ко мне, отчего у меня перехватывает дыхание.

— Ты выйдешь за меня замуж, Кристина? — спрашивает он и открывает коробочку. Протягивает её мне и буравит своим взглядом. Чувствую, как слезы застилают мой взор и пока не разрыдалась окончательно, лихорадочно киваю и бросаюсь ему на шею. Он крепко прижимает меня к себе и начинает кружить. А потом кричит о том, что я сказала «да».

Поверить не могу, что я невеста.

Мы не торопимся, нет. Мы просто хотим создавать свой мир и наполнить его нашими совместными победами, возьмёмся за руки, чтобы победить наши страхи и сомнения и будем бороться с любыми трудностями. Нас не пугает, что мы женимся в самом начале своего пути, ведь уже сейчас я твердо уверена, что он тот, кто мне нужен, мой герой. Моя вторая половина.

Давид мечтает выкупить здание в центре. Это огромный гараж наверху есть несколько жилых комнат, которые он планирует переделать под кабинет и игровую зону. А я мечтаю стать художницей. Пусть так и начнётся наш путь. К н и г о е д . н е т

Я напрасно осуждала Алину, когда она сделала тату во имя любви, потому что до краев наполненная этим чувством сделала то же самое.

Мы с Давидом сделали тату.

Я хотела, чтобы наша любовь не только наполняла нас и текла по венам. Я хотела, чтобы её часть была на моём теле. С тех пор как мы стали жить вместе всё изменилось, и я мечтала сделать его своим, заклеймить и прокричать об этом на весь мир.

Теперь на наших безымянных пальцах правой руки, красуется дата нашей первой встречи. Не тот день, когда мы начали встречаться, а тот день, когда Давид заговорил со мной, когда я как завороженная смотрела на его тату, на картине в салоне. Зная уже тогда, что человек, который её носит должно быть невероятный, потрясающий и глубокий.

Мы с Давидом отправляемся в ЗАГС и заполняем все необходимые документы, чтобы стать мужем и женой. Я так счастлива, что игнорирую странные взгляды дамочки, что принимает наши паспорта и задает вопросы для заявления. Мы поженимся через месяц на третий день после моего девятнадцатого дня рождения.

Поначалу, мы планируем пожениться, а потом рассказать обо всем нашим родным, я знаю, что мой папа ни за что не позволит нам этого сделать, но потом принимаем решение пригласить на нашу тайную свадьбу братьев Давида.

Пока мы едем к нему домой я погружаюсь в свои мысли и мне становится грустно от того, что я не могу разделить этот до боли волнительный момент с мамой и папой. Я не могу позволить им вмешаться и всё испортить. Не жалею, что на регистрации брака не будет такой же потрясающей арки, как у Артема и Аня, что мы с Давидом не станцуем наш первый танец, прислушиваюсь к себе и понимаю, что ничего из этого не является моей мечтой.

Единственное что я по-настоящему хочу — это провести свою жизнь с Давидом.