Чтение онлайн

Я перестала дышать.

Да, перестала.

Полностью.

Когда я выдавила, вырвался порыв воздух.

— Что?

Люсьен улыбнулся, и улыбнулся он полностью всем лицом. Я никогда не видела, чтобы он так открыто улыбался, эффект был ошеломляющим.

Затем он приблизил свое лицо ко мне и прошептал:

— Я планирую провести с тобой вечность.

Я уставилась на него.

Затем прошептала в ответ:

— Планируешь?

Он кивнул.

— Именно так.

— Я... я...

О, боже мой!

Он серьезно? Или это еще одна игра?

— Как? Почему? Когда ты...? Но ты не можешь, — пробормотала я, запинаясь.

— Могу, — ответил он.

— Это против правил, — напомнила я ему.

— Правила изменились, — сообщил он мне.

О боже. И снова Люсьен делал все, что хотел, и плевать на последствия.

— Люсьен...

И вот он уже не лежал на мне сверху, а я не лежала на спине.

Он сидел на заднице на кровати, а я сидела на нем верхом. Он крепко обнимал меня за спину одной рукой, прижимая мое тело к себе. Другой рукой зарывшись в волосах, обхватив затылок и придвинув мое лицо очень близко к своему.

В тот момент, когда он переместил нас в своей вампирской манере, и прежде чем я поняла, что сижу на нем, совершенно неготовая к тому, что он произнес дальше (не то, чтобы я когда-либо рассчитывала на это), он заявил:

— Я люблю тебя, дорогая.

О боже мой!

Он...?

Нет.

Нет!

— Не надо, — прошептала я, боль пронзила меня, и я увидела, как Люсьен моргнул.

— Не надо?! — прошептал он в ответ.

— Не играй со мной опять, — тихо попросила я, наблюдая, как мягкость исчезает с его лица, и на ее место приходит ярость.

Я напряглась.

— Я люблю тебя, — повторил он.

— Не надо, — прошептала я, это слово оборвалось на полуслове, и его хватка на мне сильно усилилась.

— Лия… Я... люблю тебя, — прорычал он, я открыла рот, но его руки сжали меня с такой силой, что у меня перехватило дыхание. — Мой отец солгал тебе. Я сказал, что не уважаю его, и ты знала, что он не тот человек, которого следует слушать и уважать. За ланчем ты все поняла. И за ланчем это было его лучшее проявление. А во время нападения на дом он вел с тобой как вампир, показав свою суть, каким является на самом деле. Он лгал тебе, Лия. Эдвина рассказала мне, что он говорил обо мне и тебе, это все гребаная ложь.

Я хотела в это поверить.

Я готова была поверить.

Но…

Прежде чем я успела обдумать свое «но», Люсьен видно считал мое «но», поэтому продолжил.

— Есть вещи, которые я объясню более подробно потом, а сейчас Совет внес поправки в Соглашение Бессмертных и Смертных. Вампиры снова свободны выбирать себе смертных партнеров. И я беру свою смертную в качестве пары. Ты любишь меня, я люблю тебя, мы связаны, то, что у нас есть, прекрасно, и это все, что когда-либо будет. На вечность. До конца дней. Пока солнце не упадет с небес, мы с тобой будем жить и разделять красоту.

Я почувствовала, как мое сердце подпрыгнуло, слезы наполнили глаза, а надежда опалила сердце.

Но то, что слетело с моих губ, было просто шепотом, с придыханием:

— Пожалуйста.

Я даже не знала, почему я это сказала, но Люсьен понял почему.

Поэтому ответил голосом, полным нежности:

— Да, любовь моя. Я не вру. И не играю с тобой. Клянусь Богом, все правда. — Он притянул меня еще ближе. — Я люблю тебя, Лия. Я полюбил тебя двадцать лет назад и буду любить вечно. Моя прекрасная Лия, слушай внимательно. То, что я говорю — чистая правда. И с этой правдой я даю тебе клятву.

Слезы потекли из глаз, стекая по щекам. Я знала, что Люсьен видел мои слезы, но его глаза не отрывались от моих.

А мои не покидали его.

Я заглянула в их глубину. И почувствовала, как он обнял меня, его большое, сильное тело прижалось, и тогда я заострила внимание на его клятве.

Он любил меня.

Могущественный Вампир Люсьен любил меня.

О Боже. Это было здорово.

Я подняла руки, зажатые нашими телами, пальцы обвились вокруг его шеи, прошептала:

— Ты можешь быть властным и раздражать. Я тоже могу раздражать. У нас будут сражения. Предполагаю, без ссор не обойдемся. Поэтому все будет потрясающе, но не будет только вечность красоты.

Я едва успела произнести последний слог, прежде чем его рука на моей голове прижала свои губы к моим. Наши губы раскрылись, языки сцепились, а затем я оказалась на спине, отдавая все своему вампиру и испытывая красоту того, что наконец-то, ну, наконец-то, получила от своего вампира взамен.

И, позвольте мне сказать, это было потрясающе.

Прошло много времени, когда он приподнял голову, я ошеломленно открыла глаза, и первое, что увидела его горячий, но нежный, обжигающий взгляд.

— Точно. Готово, — заявил он. — А теперь скажи мне, что ты, черт побери, хочешь поесть?

Я уставилась на своего вампира.

Потом расхохоталась.

Я моргнула от сна, услышав, как где-то вдалеке разговаривает Люсьен, и поняла, что он снова разговаривает по телефону.

Я уставилась на простыни, которые, по большому счету, мне совсем не казались картонными.

Люсьен накормил меня. После нашего поцелуя, я внезапно почувствовала голод, мне так захотелось буррито. Люсьен заявил, что о буррито не может быть и речи, учитывая, что наполнить желудок нужно чем-то мягким с витаминами и энергией, если учесть, что я не ела в течение десяти дней. Я все равно ответила, что мне очень хочется буррито. Он опять сказал, что буррито я не получу ни за что на свете. Я спросила, тогда зачем он меня вообще спрашивал, что я хотела бы съесть, раз собирался заказать то, что, по его мнению, я должна была съесть. Он целовал меня до тех пор, пока я не потеряла сознание, оставив в постели, затем вернулся через пятнадцать минут с гроздью бананов и банкой арахисового масла.

Я села на кровати, скрестив ноги, воспользовалась пластиковым ножом, чтобы намазывать арахисовое масло на бананы, все время смотрела на Люсьена, пока ела, а он в свою очередь решил собрать мои вещи, чтобы я не обременяла себя упаковкой.

Я не призналась ему, что люблю бананы с арахисовым маслом, они было потрясающими на вкус. Я также не призналась, что после этой еды впервые за несколько дней почувствовала себя человеком.

Поэтому оделась. Люсьен загрузил мои вещи в «Порше». Мы сели в машину, и он отвез меня за сорок пять минут до ближайшего города. При въезде в город, как будто у него был самонаводящийся маяк, он направился прямо к самому эксклюзивному отелю. Припарковался, схватил одну из моих сумок и свою единственную сумку и завел меня внутрь. Затем он снял президентский люкс со своим собственным дворецким (без шуток!).