Дочь Дракулы
Шрифт:
Секретарь удивлённо посмотрела на меня, когда я вломилась в деканат и плотно закрыла за собой дверь. Кроме неё, там, к счастью, никого не было. Я ещё раз извинилась, что забыла студенческий дома. И честно призналась, что упёртый преподаватель выгнал меня с пары за опоздание и поставил «энку». Секретарь сжалилась, так что остаток моего вынужденного окна прошёл в тихом и мирном подклеивании бумажек в отчётах.
Когда вечером, уставшая от рутинного дня, я вышла из института в компании девочек из своей группы, на пороге меня встречал всё тот же виновато улыбающийся румын с красной розой на длиннющем стебле. Проклятье. А потом…
– Ой, какой классный у Нинки ма-альчи-ик!!! Мне бы такого мальчика-а-а!!! – во всю голосину заорала Лера Блоха. И все, кто до этой минуты не успел обратить внимание на меня и Бесника, тут же сделали это. Блин.
Я убью её. Но сначала его. Или её? Может, убить их обоих? Или вообще убить всех?
Тоже мне нашла мальчика. Какой он мальчик?! Ему уже лет двадцать восемь – тридцать! Впрочем, есть девушки, для которых даже мужчины за шестьдесят мальчики…
Я быстро зашла за угол, и настырный румын бросился за мной следом, тыча в меня розой.
– Ты зачем сюда притащился с этим веником?! – обернувшись, зашипела я. – Ты же типа следил за моей жизнью, значит, знаешь, что я ненавижу розы!
– Но, моя господарша… – неуверенно ответил он. – Вампиры любят кроваво-красные розы. Их лепестки нежны и хрупки, как человеческая плоть… Возможно, розы вам дарили не те люди, поэтому вы не любите их…
– Я не вампир, идиот! И ты – явно не тот человек, от которого я бы хотела получать букетики!
– Вы всё ещё отрицаете свою природу и не верите в вашего отца?
– Он не Господь Бог, чтобы в него верить, – огрызнулась я. – Что тебе нужно?
– Мне нужно познакомить вас с отцом, – напомнил румын.
– А мне нужно в психушку! Едем вместе?
– Как прикажете, моя господар…
– О-оу, да валим уже!
Через пятнадцать минут «Яндекс. Такси» везло нас в психиатрический диспансер. Не подумайте ничего такого, это всё ради получения водительских прав. Вообще-то я не хочу водить машину, но умею. Это мама упорно настаивала, что права всегда пригодятся в жизни. Ок, в этой ситуации мне проще выучиться, чем спорить. Тем более что управлять авто в принципе не так уж и сложно. У меня в детстве с велосипедом больше проблем было.
Я никогда раньше не ездила в психиатрический диспансер и поначалу думала, что цыган каким-то образом умудрился подговорить таксиста и они везут меня за город убивать. Мы колесили по раздолбанным просёлочным дорогам, бесконечно петляя и утопая по днище в огромных ямах. По обе стороны от дороги располагался частный сектор, из-за заборов нас облаивали собаки. Я лихорадочно прикидывала варианты, как можно резко открыть дверь, выкатиться кубарем на улицу и сбежать, сверкая пятками, если вдруг что.
Но в конце концов машина подъехала к трёхэтажному красному зданию. Румыноцыган расплатился, и мы вышли. На дверях центрального входа висела несколько криво прибитая, но зато новенькая табличка «Психиатрический стационар». Отлично. А как пройти в диспансер?
Гугл ответа на вопрос не дал. И диспансер и стационар находились по одному адресу. И всё, ищите, как хотите. Мы растерянно озирались по сторонам, я уже решила зайти в стационар и попытаться всё выяснить там, но глазастый румын увидел на углу здания маленькую калиточку в заборе. Хоть какая-то от него польза.
У калитки перед нами стеной встал суровый охранник, заявив, что это вход только для персонала. Потом он объяснил, что для того, чтобы попасть в диспансер, нам нужно пойти вокруг да около, обойти глубокую яму под столбом, два раза повернуть налево, идти сто метров по шоссе параллельно высокому бетонному забору с колючей проволокой, а потом, увидев дыру в этом самом заборе, пролезть под всегда опущенным шлагбаумом, и вот там-то и будет диспансер. То есть там-то и будет нам счастье!
Пока мы шли, обходя огромную яму и кучу ям поменьше, по-прежнему наслаждаясь собачьим лаем из-под каждого забора частных домишек, покосившихся и практически вросших в землю, я постоянно напоминала себе, что вообще-то живу в двадцать первом веке. Ну так, чисто на всякий случай, чтобы не забыть.
Вдоль шоссе, по одну сторону которого тянулся бетонный забор, а по другую стояли уже крутые коттеджи, мы шли, щурясь от солнца, которое теперь светило прямо в глаза. И если бы румын вовремя не остановил меня, я бы пропустила заветную дырку в заборе.
Ну да, если у кого-то оставались сомнения, то дырка действительно была именно дыркой! Неровной и неопределённой формы, как будто её вручную выбили в бетоне каким-то инструментом. Прямо в дырке нас встретил шлагбаум, опущенный так, что перелезть через него было невозможно, как и говорил охранник, нам пришлось пролезать под ним.
Во дворе стояли убитые временем хозяйственные постройки. Подвыпившие мужички, греющиеся на вечернем солнышке, заметно оживились, увидев меня, но погрустнели, когда вслед за мной на территорию влез черноволосый Бесник с розой. Ему-то они и объяснили, что диспансер уже рядом, где-то там, в глубине двора, за тремя поворотами.
Это было белёное двухэтажное здание, возможно, сороковых годов постройки. Я радостно взбежала по осыпающимся ступенькам внутрь, но суровая тётенька в регистратуре объяснила, что это наркология, а для того чтобы попасть в психиатрию, придётся обойти этот особняк с другой стороны.
Почему всё так сложно?! Честно говоря, я уже хотела плюнуть на всё и уйти, но упрямый румын потащил меня по тропинке в обход, и вот, обойдя белый домик полукругом, мы наконец-то попали к психиатру.
Общение с врачом оказалось намного проще. Меня спросили, не стою ли я у них на учёте, впервые ли получаю права, где учусь, чем отличается солнце от лампочки, покивали и без проблем выдали справку. А вот потом…
В коридоре Бесника не оказалось. В обшарпанном кресле, в котором я сидела, ожидая приёма, лежала роза. Я неуверенно огляделась по сторонам. Может, он в туалет пошёл? Из соседнего кабинета вышла женщина в белом халате и маске. Спросить у неё, где туалет? Да вот ещё! Надо просто молча уйти и навсегда отделаться от этого цыгана, достал он уже со своими однообразными сказочками.