Дочь Хранителя
Шрифт:
— Или что я его убью? — Видимо, в самую точку попала: — Не волнуйся. Все будет хорошо.
Потому что он вообще не придет. Зачем? Во-первых, после того, как Лайс его чуть не убил, побоится. А во-вторых, что он здесь забыл? Меня? После рассказа об этом ожерелье я, дура, так и думала. Меня. Успокоилась сразу же, поверила. Как трехлетка в Дедушку Мороза. Ты же была хорошей девочкой, Галла? Вот тебе подарочек: для начала серебряная побрякушка, а к ней красавец-эльф прилагается, колокольный звон и подвенечное платье. А то, что этот эльф тебя чуть было злобным драконам не сдал, так это по дурости и малолетству. Вот подождешь еще лет сто, он вырастет и поумнеет. А ты пока будешь ему детей рожать и портки стирать. Потому как за всем остальным мужчины, сама знаешь, к кому бегут.
— А где галчонок? — Эн-Ферро только сейчас обратил внимание на опустевший угол.
— Я его выпустила.
— Зачем? Он же еще маленький.
— Он полетел, Лайс. Правда. Когда ничего другого не остается, галчата очень быстро взрослеют.
Глава 6
Мир драконов
— Гвейн!
Крик разъяренной женщины ни с чем не перепутаешь. А если это женщина-дракон — тем более. Хранящий Слово непроизвольно сжался, словно пытаясь превратиться из громадного ящера в крохотную ящерку.
— Что это такое, хочу я знать?! — Джайла влетела в зал, скрежеща клыками и зловеще растопырив крылья. — Что это?
На каменную плиту перед старейшиной упал скомканный лоскуток.
— Ты его не сожгла? — удивился он. — Разве ты не понимаешь, как опасно хранить подобные доказательства?
— Доказательства чего? Чья это кровь, скажи на милость?
— Что? — растерялся старик. — Ты же сама сказала на совете…
— Что чувствую кровь открывающей? Только эти кретины могли поверить, что я способна определить это, даже не прикоснувшись к ткани! Я говорила то, что должна была. А теперь хочу узнать, что это значит? Куда ты дел настоящую кровь, ту, которую передал Диверу… — Она вдруг будто бы поперхнулась, судорожно сглотнула и хрипло выдавила: — Эльф-ф-ф… Эльф, Гвейн!
Дракон окончательно опешил.
— Эльф, старый ты маразматик! Если ты не менял кровь, то значит, это сделал эльф!
— Зачем? Думаешь, он был в курсе? Рошан сказал, что…
— Рошан такой же глупец, как и ты! — вспылила Видящая Суть. — Когда ты в последний раз видел ее? Их обоих?
— Джайла, я же говорил, что не вмешиваюсь…
— А теперь вмешайся! Вмешайся, пока не поздно. Расскажи Рошану, а лучше сам пойди к Эн-Ферро и объясни все, он же неизвестно что с вашей подачи думает.
— Джайла! Немедленно прекрати истерику! Эн-Ферро не дурак, разберется. По крайней мере, с Иолларом и без нашей помощи поговорит. Да уж, — протянул довольно, — порадовал меня принц, не ожидал. Дивера обмануть, Хранителя врат на родной планете! Ай-яй-яй! И что за кровь он ему подсунул? Сработало бы без нашего вмешательства?
— Сработало бы, — проворчала, успокаиваясь, драконица. — Кадм не Видящий. А кровь взята у человеческой женщины, волшебницы, причем достаточно сильной. Возраст от пятнадцати до тридцати — с поправкой на магическую составляющую точнее не определишь. Виртуальный клон для сравнения внешности тоже не построишь, у волшебников он выходит с искажением. Сработало бы. А открывающая или нет, этого никакими тестами не определишь — это видеть нужно.
— Молодец! Нет, каков молодец!
— Гвейн, скажи Рошану, — попросила Джайла снова.
— Сейчас? У него на Вилиле врата сыплются, а я его отвлекать буду? Вот закончит — тогда.
— А сам? Или меня пропусти? Или…
— Зеркало, — отрезал старик. — Зеркало можно. Посмотришь, успокоишься. А то, глядите-ка, нервная какая…
Дверь поддалась, даже не скрипнув, — значит, защитное заклинание она не сменила. Но после всего произошедшего Иоллар не считал себя вправе входить в этот дом. Присел на крыльце. Если ничего не задержит Галлу в школе, ждать оставалось недолго.
Он не ошибся — кер въехал во двор минут через двадцать. Девушка притормозила ящерку у дверей сарайчика, соскочила на землю и только сейчас увидела сидевшего на ступеньках эльфа.
— Ты?
Все что угодно можно было расслышать в этом вопросе: страх, удивление, возмущение. Все что угодно и ни толики радости.
— Я.
Он поднялся, но подойти поближе не осмелился. Одним только взглядом она держала его на расстоянии.
— Нам нужно поговорить.
— Нам нужно? — кривая усмешка на миг обезобразила ее лицо. — Лично мне уже ничего от тебя не нужно.
Иоллар все же решился и сделал шаг навстречу.
— Я хотел все объяснить. Насчет Дивера…
— Не стоит. Ты не мог отказать Хранителю своего мира. Ты не знал, чем это грозит мне. Ты вообще ничего не знал, потому что ни я, ни Лайс ни о чем тебе не рассказывали, а своего ума разобраться в ситуации тебе не хватило. Ты это хотел сказать?
Слова летели в него, словно камни.
— Не только, — произнес он с трудом.
— Считай, что ты все сказал. — Галла обернулась к нему спиной, открывая дверь в сарай. — В любом случае Дивер меня уже не волнует. А вот как бы ты объяснил…
Голос ее дрогнул, и она умолкла. Подхватила поводья и втянула ящерку в широкий темный проем. Пару минут провозилась там, снимая сбрую, насыпала корма. Иоллару хватило времени, чтобы опомниться, сбросить с себя наведенное ее холодным, бездушным тоном оцепенение, кинуться к ней и поймать в объятия в тот момент, когда она выходила обратно во двор.
— Милая моя, любимая. Просто дай мне все…
Договорить она не позволила. Нет, не оттолкнула его, не вырвалась — лишь отстранилась с таким выражением презрения и брезгливости на лице, что он сам разжал руки, поперхнувшись словами раскаяния.
— Я же сказала, что все поняла! Так зачем тискать меня и сюсюкаться?
Эльф в растерянности отпрянул. Всего ожидал он от этого разговора, был готов к многочасовым объяснениям, к ее обиде, даже злости. Но это раздражение, эта гримаса гадливости на ее лице стали для него полнейшей неожиданностью.
— Надеюсь, на приглашение ты не рассчитывал? — снова поморщилась она, делая шаг к дому.
Иоллар все-таки поборол охватившее его смятение. Нельзя было дать ей уйти, не разрешив все до конца.