Дочь мэра
Шрифт:
Одна мысль о том, что своим языком сейчас все сломал, приводит меня в дичайший ужас. Со страхом прижимаюсь губами к мягким кудрям и с бешено колотящимся сердцем веду руками по изящной спине.
У нее все права на то, чтобы ударить меня, выйти из машины и вообще обижаться добрых пару дней. Да, блин, моя бывшая и за меньшее устраивала бойкот, а я потом бесился на сборах.
Яна хотя бы не сопротивляется, но в ответ не двигается даже. Эффект битого стекла, вонзаемого в кожу, как никогда ярко чувствуется. Тихо ненавижу себя, пока впитываю всхлипывания.
Как серпом по яйцам.
— Извини…меня накрывает. Я так устала, еще и это все сверху падает. Я как лучше хотела, не хотела стычек. А вышло так, что обманула. Я вообще всех вокруг теперь обманываю. И родных, и тебя, выходит…
— Облачко, — перехватываю ее за подбородок и утыкаюсь своим носом в ее опухший красный. Она с ним такая милая, что хочется сильнее обнять и успокоить как маленького ребенка. — Извини меня, пожалуйста, я говно вообще. Так не стоило говорить и давить на тебя тоже. Все. Закрыли вопрос? — киваю ей в надежде, что она не слишком сильно обиделась на мои слова, хотя в душе уверен в том, что на ее месте я бы точно втащил себе по яйцам.
Охуеть сравнение.
— Ты все еще хочешь со мной пойти на праздник? — звучит вопрос, от которого у меня начинают трястись поджилки. Докатился. Я в своей жизни вообще ничего не боялся, даже порванного презерватива, с Облачком же скорее буду бояться, если он не будет рваться.
Если они у нас вообще будут.
С ужасом понимаю, что все больше похожу на бабу, которая готова их протыкать, лишь бы не потерять мужика.
Ну вот. Приплыли.
Яна кивает и тут же обхватывает меня за шею, утыкаясь в меня мокрым носом. Лучшее ощущение в моей жизни, клянусь вам.
Мы все-таки отправляемся в путь, меня все еще потряхивает. Тему безопасника не поднимаем, но мне теперь жопу в расслабленном виде держать точно нельзя. И че с этим делать? Ну не вешать же на Облачко амбарный замок. Хотя я бы повесил…
Мне срочно надо знакомиться с батей. И срочно перевозить ее на свою территорию, а то угонят прямо из-под носа. Тут сразу клеймо ставить и пробу, что принадлежит мне, Исаеву Богдану!
Доезжаем быстро, и все это время я держу руку на пульсе, фигурально выражаясь. Клим с женой живут вместе с папой генералом, потому что у того проблемы с сердцем, а мать Юльки умерла. Следить за отцом некогда, он только вот как пару месяцев на пенсию ушел.
Вернее, его Юля туда отправила.
В общем, характер там такой, что крестись и беги куда подальше, а то догонит. Перегонит. Задушит. Загрызет и изнасилует.
Это я шучу, конечно. Прямо возле дома друга вспоминаю о букете. Яна принимает, но настроение все равно не то…
— Может подарим жене именинника?
— Да, давай, — тут же соглашаюсь. Логично ведь. А я не додумался купить два.
Мы с Яной приходим почти вовремя, на самом деле слегка опоздали, что меня как военного адски бесит. Пришел вовремя — это считай, что опоздал, а пришел раньше — это пришел вовремя. Мы же опоздали на три минуты двадцать восемь секунд. Все потому что Архангел в свое время вымуштровал, мы об опоздании даже думать боимся.
Мой педант внутри давится от злости собственной слюной, пока я переплетаю пальцы с холодной ручкой Облачка.
— Не волнуйся, — прижимаюсь губами к виску малышки, на что Яна нервно улыбается.
— Просто не люблю, когда на меня обращают много внимания. Кажется, они будут.
— Облачко, они все мне завидуют. Так что гордись.
Как и ожидается, тут уже все собрались. Обмениваемся рукопожатиями, улыбками, подъебками. Мекс на Яну не смотрит, правильно, не надо. А то еще сглазит, наглый.
А вообще молодчага, приветствует чуть ли не с закрытыми глазами. Тут из дам только Юлька и ее сестра, глубоко беременная сестра, и я начинаю думать, как бы Облачку скучно не стало. Яна краснеет полностью, на что я могу смотреть бесконечно с улыбкой.
— Клим, с дршкой тебя, дорогой, — похлопав товарища по плечу, сую ему в карман конверт. Как показывает практика бесед с этим товарищем, ему сейчас уже не нужны подарки. Может разве что новая нервная система?
Но нет, лыбится. Счастливый.
К нам подходит Юлька, на руках пузатый малыш. Это Витек, будущий собутыльник Клима, как он любит шутить, но ему тут же от жены подзатыльник прилетает. Ибо «нечего херню молотить, иди включи сыну Моцарта».
— Спасибо, Богдан, Яна, — к последней аж с поклоном.
— Яночка, я Юля, очень приятно!
Яна вручает букет жене именинника.
— Вау, спасибо!
Витек тянет ручки к Облачку, и та совершенно не тушуется, протягивает ему свою в ответ. Ловлю себя на мысли, что дети ей очень идут, а особенно в купе с такой восторженной улыбкой.
— И мне очень приятно.
— Нееее, Яна, я тебе советую волосы спрятать, иначе…будет много крика. Мы сейчас в том возрасте, когда очень упорны в своих желаниях.
Девушки отходят в дом, а к нам выходит генерал. Слава Богу, меня он жалует. Иногда кажется, что больше, чем Клима.
Ну да, это ж не я любимую дочку увел из-под носа. Обвожу взглядом присутствующих и отмечаю, что босса нет. Подозрительно.
— Исаев! Опоздал! — медленной развязной походкой идет он в нашу сторону с бутылкой коньяка.
— Виктор Григорьевич, виноват.
— Причина? — насупив брови, недовольно переспрашивает.
Интересно, а как Клим и Юлька Витька заделали? Тут же точно батя смог бы лезть с советами…
— Защищал честь девушки.
Почти не вру ведь?
— Ты хочешь сказать развращал? — Мекс открывает рот и ржет.
— Цыц! Штрафную тебе, Исаев…
Штрафную, так штрафную…
Глава 41