Чтение онлайн

— Я видел, что происходит, когда человек теряет концентрацию, — добавил Саймон. — Мой отец не мог сосредоточиться на работе, которую ненавидел, поэтому уделял ей недостаточно внимания. Я никогда не теряю концентрации. Полагаю, я поступил так же, как ты. Сделал свой собственный выбор.

До этого он ясно дал ей понять, что они не подходят друг другу. Тогда почему он смотрит на нее так, будто больше всего на свете хочет сгрести ее в охапку и отнести в свою постель? Его голос звучал спокойно, но глаза лихорадочно горели. Саймон Брэдли само противоречие, но это не умаляет его привлекательности. Тряхнув головой, чтобы прогнать эту мысль, она спросила:

— А как насчет твоей матери? Разве она не оказала на тебя никакого влияния?

— Нет, — отрезал он. — Она погибла в дорожной аварии, когда мне было четыре года. Я ее совсем не помню.

— Наверное, банально говорить в такой ситуации, что мне жаль, но мне действительно жаль.

— Спасибо. — Он снова посмотрел на нее, и его глаза еще больше заблестели. Она бы все отдала, чтобы узнать, что он сейчас испытывает. Саймон Брэдли волнует ее так, как ее не волновал раньше ни один мужчина. Даже зная, что у них ничего не выйдет, она не может перестать о нем мечтать. Желать, чтобы он оценил ее и полюбил такую, какая она есть.

— Расскажи мне подробнее о своем отце, — внезапно попросил ее Саймон. — Какой он?

— Такой же, как ты, — выпалила она, не подумав.

— Прошу прощения?

Туле показалось странным, что сравнение с человеком, которого он не знает, оскорбило его.

— Я имела в виду, что он тоже бизнесмен. Он фактически живет в своем офисе, и его ничего не интересует, кроме выгодных контрактов и получения прибыли. Он трудоголик, и ему нравится такая жизнь.

Саймон облокотился на спинку дивана:

— Значит, вот каким ты меня видишь?

— Да, — ответила Тула. — Ты очень на него похож. Уезжаешь на работу рано, возвращаешься домой поздно…

— Сегодня я рано вернулся, как и последние несколько дней.

— Верно, и я не знаю, как к этому относиться.

— Я тебя заинтриговал?

— Ты привел меня в замешательство.

— Еще лучше.

— Нет. — Тула отодвинулась от него. — Мне не нужна новая неопределенность. Ты ясно дал мне понять, что ты обо мне думаешь.

— Ты имеешь в виду нашу вчерашнюю ссору?

— Да.

— Это ничего не значит, — ответил он, наклоняясь вперед.

— Вчера ты так не считал, — напомнила она ему, стараясь не обращать внимания на то, что он снова приблизился к ней.

— Насколько я помню, ты тоже наговорила мне множество неприятных вещей.

— Да. Ты меня разозлил.

— Ты ясно дала мне это понять.

— Мы оба хорошо помним ту ссору.

— Это не все, что мы помним, — произнес Саймон низким голосом, взял ее руку и провел большим пальцем по ладони.

Тула вздрогнула. Это не ее вина. Она не хочет испытывать к нему сексуальное влечение. Это простая физиологическая потребность. Стоит Саймону к ней прикоснуться, как внутри у нее вспыхивает огонь.

Но она может попытаться избежать пожара.

— Саймон…

— Тула, нам хорошо вместе.

— В постели да, но…

— Давай пока остановимся на постели.

«Звучит заманчиво», — мысленно признала Тула. От его легкого, как перышко, прикосновения к ее ладони все нервы в ее теле зазвенели, как струны музыкального инструмента. Она сделала глубокий вдох, затем медленно выдохнула.

«Ты это сделаешь, не так ли, Тула?» — спросила она себя. Несмотря на разочарованный вздох, который она с трудом сдержала, Тула подалась навстречу Саймону.

Это было неизбежно.

Он встретился с ней взглядом, и в следующую секунду их губы соприкоснулись. От этого нежного контакта из ее горла вырвался тихий стон. В этот момент она поняла, как ей его не хватало. Как ей не хватало этого. Не имеет значения, что они постоянно выясняют отношения. Саймон прав. Сейчас ей нужно сосредоточиться на том, что она испытывает, когда он ласкает и целует ее.

Несомненно, в ближайшие недели и месяцы у них будет много времени для сожалений. Сейчас важно другое.

Волна желания, захлестнувшая ее, была такой мощной, что смела на своем пути все сомнения. Тула теснее прижалась к Саймону и позволила ему углубить поцелуй. Его руки сомкнулись вокруг нее, прижали ее к груди, и внезапно диванчик у окна показался им слишком узким.

Саймон повалился на пол, увлекая ее за собой. Он сделал так, чтобы она оказалась сверху.

— Ты не ушибся? — спросила она, глядя на него с участием.

Он поморщился, затем улыбнулся:

— Я в порядке, а скоро мне будет еще лучше.

— Надейся, надейся…

В его глазах появился озорной блеск, и ее сердце бешено заколотилось. Его ладони скользнули по ее спине и неожиданно сжали ягодицы.

— Я люблю вызов и знаю, когда мне его бросают, — сказал он и поцеловал ее снова. На этот раз его язык ворвался вглубь ее рта и начал чувственную дуэль с ее языком.

Тула взяла в ладони его лицо. Его щетина приятно покалывала кожу. Она содрогнулась, когда его руки так крепко сомкнулись вокруг нее, что она почувствовала, как бьется его сердце.

Саймон перекатился вместе с ней. Теперь она лежала на спине, а он поверх нее. Тула вздохнула, наслаждаясь приятной тяжестью его тела. Ей было безразлично, что под спиной у нее твердый пол: Саймон делал все для того, чтобы она не испытывала ничего, кроме удовольствия.

Оторвавшись от ее губ, он принялся покрывать поцелуями ее шею и ключицы, заставляя ее тело трепетать от наслаждения. Тяжело дыша, Тула водила ладонями вверх-вниз по его широкой спине. Его мышцы напрягались и расслаблялись под кончиками ее пальцев, и она улыбалась, радуясь, что ее прикосновения так на него действуют.