Дочь жреца
Шрифт:
Ветер подхватил светлые, длинные волосы и кинул их мне в лицо.
Вокруг стояла ошеломленная тишина.
Мгновение.
Хассрат хотел обернуться ко мне. Мы успели встретиться взглядом, и он начал оседать…
— Идиотка!!! — со злой яростью закричал главный жрец.
Левое предплечье обожгло раскаленным прутом. Сквозь ткань высветился алый знак императорской службы.
Вокруг послышались резко открываемые порталы. Крики. Вспышки магии. Мне на все это было плевать… Только…
— Нет!!! — закричала я, кидаясь к упавшему телу.
Я даже не заметила, когда меня успели отвести на несколько шагов от него.
Упав на землю, я схватила Хасса, подтягивая его к себе и дикими глазами смотря на красное, быстро-быстро растекается на белом.
Я дрожащей ладошкой закрывала пятно, чувствуя теплую и липкую жидкость. Прижимала к себе теплое, обмякшее тело, буквально взвалив его на себя. И задыхалась.
Грудь сдавливало. Глаза жгли слезы, которые застыли на ресницах раскаленными каплями.
— Нет-нет-нет, — все повторяла я, не отводя не на миг взгляд от лорда.
Хассрат открыл затуманенные голубые глаза.
— Про-сти, — выдохнул он.
— За что? — голос у меня резко осип.
Я прижала его к себе, чувствуя его сердцебиение. Склонилась. Наши лица разделяло всего пара сантиметров.
— Тогда… артефакт Ахарара у Мерха… Я все думал после этого: смог бы я тогда согласиться? С помощью него можно многое решить. Оче-нь мно-гое… Для империи… И не мог ответить…
Лорд отдышался и продолжил.
— А сейчас понял. Не отдал. Не за что бы не отдал. Прости… что так поздно понял…
По моей щеке скользнула обжигающая слеза.
— Я люблю тебя, — выдохнул едва слышно Хасс.
Мои губы коснулись его… Теплое дыхание… Прерывистое дыхание… Поцелуй и его последний выдох…
Мои глаза расширились.
— Нет, — не слышно, только губы шевельнулись. И уже крик: — НЕТ!!!
Рука Хасса безвольно упала на землю.
Я затрясла его.
— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — бормотала, не слыша себя и смотря на его бледное, безучастное лицо.
Меня оттащили целители.
Я вырывалась, кричала, рвалась к Хассу. Не смиряясь, отказываясь верить, что его нет… Больше нет…
Я слышала рядом голос императора. Он пытался привести меня в чувство. Но мне было все равно. Я хотела к нему… к Хассу…
Целители не справлялись и к ним на помощь поспешили боевики. В меня кинули какое-то заклинание.
Золотая вспышка.
— На него не подействует! — рев императора. — У него магия древних! Боевые и целительские на него не действуют!
Я плакала. Сейчас мне было все равно, что меня видят в таком виде. Что реву, как девчонка. Что истерю…
Хасс…
Рывком вырвалась из сдерживаемых меня рук и рванула к Хассрату. Пара шагов и меня заключили в медвежьи объятья.
— Да приди ты в себя, Хассрат! — рыкнул над ухом Нартор.
Я лишь задергалась сильнее.
Император выругался и высвободил одну руку. Вспыхнуло заклинание.
— Все будет хорошо, друг…
Уже не будет…
Хорошие мои, это не конец! ХЭ БУДЕТ! Обязательно!
73
Бывает так, что ты себя обманываешь.
Скрываешь то, что уже давно надо было признать. Хотя бы себе. Хотя бы в мыслях.
Но жить в старых иллюзиях оказалось приятнее.
И вот…
Иллюзии разбились с тихим звоном. Все маски сорваны. А тайное стало явным.
Я люблю Хассрата.
Три слова.
Три простых слова. А в них вся моя жизнь.
Как так получилось? Когда я успела влюбиться? Когда этот лорд стал для меня большим, чем просто навязанный муж?
Мне безразлично.
Я любила.
А моей любви больше нет.
Остался лишь пепел от нее и воспоминания. Они жалили, душили, заставляя захлебываться всхлипами. И эти слезы… Эти бесконечные слезы.
В темноте, в пустой комнате, их не видно. И кажется, что их нет.
Именно такой стал мой новый обман.
Себя.
Прошла неделя.
Долгая, вечная, изнуряющая неделя.
Кажется, что я познакомилась с вечностью.
Меня не хотели оставлять в покое. Меня не хотели бросать и забывать. Все стремились поддержать.
Я бы их возненавидела, если бы в душе осталась хоть капля чувств. Но я их все выплакала.
Осталась лишь боль.
Она не желала растворятся в соленой влаге. И рвала, рвала на части, нанося кровавые раны. Жестоко. Любовь должна приносить счастье. А моя…
Ушла.
Резкий шум заставил поднять голову. Резкие выкрики, шум, голоса. И внезапно распахнувшаяся дверь.
Светлый прямоугольник резанул по глазам. И я отвернула голову, зажмурившись. Слишком долго просидела в темноте.
— Хассрат! — громко зовет император.
Одно имя, а внутри все скручивается и хочется выть.
Император быстрым, размашистым шагом проходит вглубь гостиной. Не ко мне. К окну. Резкое движение и в комнату хлынул поток солнечного, легкого света.
Поморщилась.
Но мужчине этого мало. Он подходит ко второму окну. Еще одно движение и в комнате становится еще светлее. Все словно оживает.
Тихий щелчок.
И пустоту заполняет птичий щебет, веселый шелест листвы и… запах. Запах жизни, счастья и надежды.