Чтение онлайн

Маломальское просвещение просто обязано будет принести в королевство что-то вроде «феминизма наоборот»!

– Почему здесь нет, собственно, Эсканора? – полюбопытствовала, должно быть, думавшая о том же Хай Лин – Ведь он считается основателем королевского рода.

– Он не был ни правителем, ни даже принцем-консортом Лерин, ее объявили здесь королевой уже после смерти супруга. Насколько я помню, он погиб в поединке Магистром Морсоном незадолго до окончания войны… все уже ожидали поражения, защитники оказались обезглавлены… Если бы у Северян не разразилась та эпидемия, заставившая их в итоге попросить Лерин о помощи и присягнуть ей, уже как королеве.

– Чертовски своевременная эпидемия! – задумчиво поддакнула Ирма. – Скажи мне, Эля, а не распространяется ли власть королев «над всем живым в Меридиане», ну, скажем, на микроорганизмы… болезнетворные?

– Я, как и вы, знаю всю эту историю исключительно из исторических хроник. И мне лично не известна подобная магия, меня просто некому было учить… Если Лерин и имела к началу эпидемии какое-то отношение, ее действия были оправданы.

– Высокая политика, – глубокомысленно заключила водяная Стражница.

Пытаясь абстрагироваться от звона в ушах, неизбежно начинающего одолевать, стоило Ирме разойтись в своей болтовне больше обычного, Корнелия быстрее остальных пересекла зал и замерла перед серебристой занавесью, наполовину закрывшей арку в следующий. Отремонтированный, вычищенный и украшенный, этот зал мало напоминал ту полутемную каменную пещеру, в которой когда-то скрывались от княжеской гвардии бунтовщики, но девушка почему-то узнала его сразу. Даже фонтан и небольшое декоративное озеро, в котором она когда-то по юности и глупости предприняла попытку утопиться, неудачно выскочив из портала, были аккуратно восстановлены, наполняя своды умиротворяющим журчанием.

Как этот водоёмчик когда-то мог показаться ей настоящим омутом? Однако от порыва подойти поближе и заглянуть в дрожащую под мерно воркующими потоками водную поверхность Корнелию удержал укол какого-то загнанного на задворки подсознания холода. Или страха. Порой для ума очевидно, что омут, в котором так боялась утонуть, на проверку оказывается почти что лужей, а страх, куда более приверженный памяти и традициям, никуда уходить не желает. Прошлое ведь никуда не девается… разве не была Стражница Земли когда-то уверена, что этот самый дворец они с Элей, зачем-то решив совместить волшебство и колдовство, практически похоронили под землей, а первый этаж затопило образовавшимся на месте этого самого фонтана водоворотом? Однако же… отстроили, вот, буквально из руин!

Но не совсем то, что было. В каком-то смысле даже, совсем уже не то.

– Неля, что-то не так? – тихо спросила когда-то успевшая подойти Элион. Видимо, Корнелия, сама того не заметив, какое-то время простояла столбом, заглядывая в эту арку.

– Все так изменилось, – пробормотала белокурая Стражница, слегка качнув головой.

– Всему в жизни свойственно меняться, – философски напомнила юная королева, ободряюще сжав отчего-то похолодевшие пальцы подруги в ладошке. – Мне тоже когда-то было тяжело привыкнуть к этому… но иначе не получается. Пойдем? Никогда не могу правильно рассчитать момент, когда положено выходить к гостям, а появиться немножечко раньше все же лучше, чем опять опоздать…

У Корнелии мелькнула мысль, что будь она сама правительницей целого мира, то не выбирала бы момент, а появлялась, когда вздумается, без всяких сомнений, что именно этот момент – правильный. Но… со стороны всегда судишь с кажущейся легкостью. Да и углубляться во всякие там «если бы» – занятие вредное и бесперспективное. Особенно когда совсем не уверена в том, действительно ли хотела бы поменяться с подругой местами – хотя бы абстрактно.

По словам Элион, Калеб когда-то, хоть и ненадолго, но решил, что принцесса – именно Корнелия. Так он истолковал свои странные сны. А потом это невольно поставило его перед неразрешимым противоречием.

… Особенно когда совсем не уверена, действительно хотела бы, чтобы все когда-то сложилось совершенно иначе. Лучше или хуже – суть в том, что это была бы не своя жизнь, не своя судьба. А в чем тогда вообще смысл?

– Тогда нам действительно следует поторопиться.

На Земле точность иногда называют вежливостью королей… но в Меридиане всегда правили королевы, а женщин общественное мнение часто считает менее организованными – и любое исключение только подтверждает правило.

Придворные королевы куда больше горожан напоминали обыкновенных людей. Некоторые с прическами из щупалец, почти все – с чешуйчатой бурой или зеленой кожей – но все же они были похожи именно на людей, а не на вставших зачем-то на задние лапы ящериц и лягушек, которые в большинстве встречались на улицах города; некоторых мужчин и юношей вообще выдавали разве что зеленоватый оттенок оливково-смуглой кожи и необычные черты лиц. Хотя, как это часто случается при смене власти в стране, кое-кто из приближенных Элион головокружительно взлетел из самых низов, пожалуй, единственной «классической» меридианкой с чешуей и хвостом здесь была госпожа Рудольф… то есть, Советница Галгейта.

Ирма со всей свойственной исключительно ей вежливостью вклинилась между Корнелией и Элион, многозначительно пихнув юную королеву в бок – так, что та оступилась от неожиданности и только идущий по другую руку Разз удержал от потери равновесия.

– А ты уверяла, что здесь нормальных человеческих лиц не встретишь! – громким шепотом напомнила водная Стражница.

– Потомки были не только у Эсканора и Лерин, но и у их сподвижников. Всего у нас от пяти осталось четыре аристократических рода… если так можно сказать, учитывая, что женщин-аристократок почти не осталось и им приходится вступать в браки с полукровками или с местными жительницами. Когда-то род Грендал вымер несколько поколений назад из-за нежелания смешивать свою кровь с другими расами – частые близкородственные браки вызвали высокую смертность, особенно среди детей… все приняли это к сведению и пытаются балансировать на грани… пытались.

– Небось, мальчики в восторге от таких красавиц! – еще более громоподобным шепотом заключила Ирма. Корнелия с усилием подавила порыв отвесить подруге подзатыльник. – А почему мы не видели их здесь раньше?

– У родов Брэндис, Иднер и Хоэл собственные земельные владения на окраинах Королевства, а здесь не настолько развиты пути сообщения, чтобы часто бывать в столице. Галгейта считает, что мне давно пора выбрать кандидатуру будущего принца-консорта, вот воронье и слетелось! – с неожиданной злостью закончила Эля, заставив Ирму многозначительно присвистнуть.

– Судя по тону, придется этим потомкам славных родов таки становиться поклонниками лягушек, причем отнюдь не во французской кухне! И вообще, разве ты не собиралась…

Как-то странно покосившись в сторону Корнелии, Ирма резко сменила тему:

– Ладно, по крайней мере, скучать особо не придется…

– Да уж, что тебе еще для счастья-то надо? – чуть более ядовито, чем сама того хотела поддакнула Корнелия. Интересно, кто-то действительно считает деликатным поведением вот так многозначительно замолкать на полуслове? – Не говоря уже о том, что кандидатура Калеба действительно была лучшей, учитывая все, что он сделал для Королевства!