Чтение онлайн

— Чудом. Пришлось убить того, кто до этого убил этого парня.

— К чему мне ненужные подробности? — отмахнулся бог, он втягивал в себя энергию, которая шла прозрачно-зеленым дымком прямо ему в нос, и напоминал кайфующего наркомана. — Главное, что появился доступ.

— То есть вы теперь можете сюда пройти сами? — обрадовался я.

Потому что после появления такой возможности мое задание считалось выполненным, я мог потребовать снять печать и спокойно проживать жизнь, пусть и чужую, не отвлекаясь на опасные поиски.

— Увы, — обломал он мои надежды. — Только получил немного энергии. Для того, чтобы я мог появиться здесь, нужно восстановить хотя бы одну реликвию. Что здесь случилось, известно?

— В смысле? — не понял я.

— Почему реликвии уничтожились? — скривившись от моей непонятливости, пояснил он.

Я покопался в чужой памяти и вынужден был признать:

— Об этом ничего не знаю. Только то, что часть почти одновременно взорвались, после чего началось массовое нашествие потусторонних сущностей.

Такие нашествия случались регулярно и раньше, но в других масштабах: создавалось Искажение, работало какое-то время, после чего бесследно исчезало. Как будто вскрывался гнойник, выплевывал из себя накопившееся, после чего начиналось заживление. А вот после разрушения реликвий, сущности начали вылезать чаще, более того — эта зона хоть медленно, но расширялись. Расширение немного сдерживали оставшиеся реликвии: в их сторону наступление не шло.

География этого мира соответствовала тому, в котором я был раньше, за исключением названий населенных пунктов и их расположений. На других материках тоже существовали подобные зоны, но они были стабильными. Нет, они тоже создавали искажения и выплевывали свои порождения в случайных местах, но делали это реже и не пытались захватить территорию побольше.

— Тебя должно было перенести в тело человека из семьи, связанной с одной из моих реликвий.

— По крови, скорее всего, связан… Фамилия — Воронов.

Бог усмехнулся.

— Я не опускаюсь до запоминания каких-то фамилий, только конкретных людей. Но если ты попал в нужного по крови, то должен иметь доступ к каким-то семейным архивам или что там у вас.

— Не все так просто.

Я пояснил ситуацию по своему положению полностью выброшенного из старшего семейного гнезда птенца. Или отбракованного щенка от элитного производителя, спарившегося не с особью, предназначенной для одаренного потомства. Скорее второе: каким бы элитным ни был производитель, помет от беспородной самки вряд ли интересовал заводчиков.

— Вот ведь, — недовольно бросил бог. — А прийти к ним и потребовать свое?

— Я для них — выбраковка. Неодаренный ребенок от женщины, которую они не признали. Да к тому же без магии.

Выкладывать свои предположения о причинах покушения на меня я не стал: тогда точно отправят в логово врага, выяснять, что же мне такого досталось, ради чего можно убить.

— Ты одаренный, причин тебя не принимать больше нет. Иди и требуй своё. Ты должен собрать хотя бы одну реликвию. Для этого нужны знания, много знаний.

— Предыдущего владельца тела убили сразу после смерти главы рода, — сдался я. — Если я к ним заявлюсь с какими-то требованиями, меня никто не станет слушать. Сделают вид, что я никогда не появлялся, и прикопают где-нибудь по-тихому. Или, привязав камень, утопят с камнем в ближайшем водоеме.

— А как же родственная кровь? — опешил бог.

Похоже, он не только молод по божественным меркам, но и наивен по человеческим. Почему я не удивлен, что его выперли из созданной им части мира без возможности вернуться?

— Когда речь идет о наследстве, у некоторых особей навык родственной крови отключается, — пояснил я в понятных для собеседника терминах.

— А, бракованная генетика, — сообразил тот. — По идее, семьи с такими нарушениями должны вымирать со временем. Заложено в программу развития мира.

— Эта, похоже, пока не вымерла.

— Было бы проще, останься ты единственным наследником. — Маг бросил на меня оценивающий взгляд, видимо прикидывая, насколько я подойду для полного уничтожения родственников. — А что если?..

— Не мой путь, — сразу обозначил я моральные рамки. — У меня генетика не бракованная. Это там у кого-то сбой, а я убить никого не смогу. Да и те не своими руками убивали.

Он оживился.

— Ты тоже можешь не своими руками.

— Это противоречит моим моральным принципам.

А еще финансовому положению и умению находить исполнителей на такие деликатные дела. Но богу хватило и первого пункта, чтобы перестать настаивать на геноциде всех Вороновых. Тем не менее он напомнил:

— Ты подрядился выполнить мое поручение.

— Я не отказываюсь. Но мы договаривались на восстановление реликвии в первую очередь. Узнать, почему они рассыпались, можно и по-другому. Вороновская — не единственная, и если школьник не знает причин, то это не значит, что про них ничего не написано в открытых источниках. Возьму в библиотеке подшивку газет за нужный год и изучу.

— В любом случае у тебя есть год, раньше встречи не будет, — мрачно сообщил бог.

— Почему?

— Потому что ограничения есть на посещение Лабиринтов, — недовольно сказал он. — Не доберешься до алтаря. Разве что соберешь хоть одну реликвию и я смогу заглянуть сам.

В божественном голосе слышались нотки явного божественного сомнения: не хватало уверенности, что восстановление одной реликвии будет достаточно для божественного возвращения. Похоже, противостоит ему кто-то очень и очень сильный, кому на глаза попадаться нельзя ни в коем случае.

— Время молитвы выходит, — сообщил мне бог, заставив сильно и сильно удивиться: то есть это я сейчас ему молюсь? — Нужно решать, чем тебя усиливать.

— Мне бы что-то для нападения и защиты. На ваш выбор. Вы точно разбираетесь лучше меня, — польстил я ему.