Чтение онлайн

— Это если он Папе на прямой телефон не звякнет, — сомневается Бахтин.

— Не должен, — трёт ладонью об ладонь Сергей Семёнович. — Подумай сам. Он явно в пуху будет, и рылом, и не только. Идёт откровенно спасать свою жопу. Значит, будет камуфлировать беседу как служебную необходимость. А в такой легенде, он сто процентов на личный номер звонить не будет. Чтоб психологически из роли не выйти — поясняет Сергей Семёнович не понимающему Бахтину. — Он хоть и мудак, но чувствует, где и как сыграть. А Папа плохую игру от природы сразу видит, как говорится, талант. М-да.

— Вы уверены? — всё ещё сомневается Бахтин.

— Более чем! — горячится Сергей Семёнович. — Это вы молодые, всё бы вам мозгами… Тут чувствовать надо. В общем, это уже я на себя беру. На личный номер звонить не будет. Сможешь подстраховаться, если что, и Министра — в пиковом втором варианте — через СОП в ожидании приёма помариновать? Скажем, на въезде?

— Не обещаю. Спросить могу, если под ваше слово. — Бахтин вопросительно смотрит на начальника, тот уверенно кивает. — Тогда спрошу. И мы в любом случае будем должны.

— Это не важно. В данном случае. — Решительно говорит Сергей Семенович.

— Тогда мне туда поехать надо лично. Это явно не по телефону… Сергей Семёнович, но это мы с конца заходим. Давайте с начала теперь? Если мы точно этим занимаемся, вот давайте друг другу тут ещё раз всё подтвердим. Что идём до конца, в любом варианте, — Бахтин тяжело и испытующе смотрит на начальника.

— Да. Я уже старый, Олежек. Мне хочется и что-то нематериальное после себя оставить. Например, мир почище. Лучше скажи, как источник защищать будем?

— Сериковых что ли? Сына и жену?

— Да.

— Под программой защиты свидетелей. На одной из баз СОПа, сам не знаю, на какой — это СОП сам решать будет, и никому не скажет. Вот как раз и договорюсь с СОПо, как туда поеду. Это вообще процессуально автоматом делается, сын тем более несовершеннолетний; дело особой важности; угроза более чем реальная. Тут СОП автоматом и сам впряжётся.

— Это хорошо… из Обороны Объектов его только ядерным ударом будет можно достать… — довольно трёт руки Сергей Семёнович.

— Шеф, но я про начало не договорил. Давайте сначала — это давайте согласуем, с кем дознание проводим? Уж больно перспективы резонансные… Мы ж сами только надзорный орган. Мне же кому-то это всё формально направить надо. Не в МВД же.

Бахтин с начальником смеются.

— У тебя есть свои намётки? — отсмеявшись, спрашивает Сергей Семёнович.

— Да. Агентство по Противодействию Коррупции.

— Я против, — задумчиво возражает Сергей Семёнович. — Сейчас, Папа не у дел. Без его помощи, с Агентством точно не потянем, у них оперативные возможности ноль. Знаешь что, а сходи-ка ты к Комару? Наладь взаимодействие? Тем более формально, и из них кто-то замазан. Лучше чекистов просто никто не «выведет».

— Думаете? — с сомнением спрашивает Бахтин. — Как бы…

— Уверен. Олег, уже поздно, потому я не буду аргументировать, хорошо? Просто считай это моим приказом. — Видя нахмурившегося Бахтина, Сергей Семёнович садится обратно в кресло. — Я постарше тебя, Олег. И он тоже. Я его ещё в те времена помню, которые о человеке гораздо лучше нынешних говорят… Если ты с Комаром не договоришься, по этому вопросу, с другими ты тем более ни с кем не договоришься. Плюс — тебе понадобятся все ресурсы чекистов. Включая спеццентр.

— Борцов с терроризмом?

— Конечно. — Серьёзно кивает Сергей Семёнович. — Комар единственный, кому и власть глаза не застит, и от политических игр далёк, и не трус: из тех, кто при власти у чекистов, только на него «за идею» на все сто рассчитывать можно. Это я тебе как его давний недруг говорю.

— Ну, если вы сами так уверены…

— Уверен, Олег. — Снова перебивает Бахтина начальник. — Как бы мы ни бились за палки и влияние в конце месяца, но всё, что касается интересов страны, Комар всегда отрабатывал на пять. И свой карман с государственным никогда не путал. Это тебе я говорю, который ему далеко не друг.

— Где ты опять ночью шатался, маленький монстр? — Лена шлёпает меня сзади по деликатной части тела, когда я перемешиваю длинной деревянной ложкой рагу из баклажанов в казане. Попутно она ненамеренно подбивает мой локоть, и длинная ложка выступает в роли рычага: кусочки рагу улетают в потолок, на стену, в окно, где часть из них прилипает брызгами к поверхности.

— Спасибо. — Очень медленно поворачиваюсь и в упор смотрю на Лену. — За беспокойство.

— Ой… Пха-ха-ха, — Лена забывает, что хотела спросить, и, схватив с плиты губку (которой я мою кастрюли) пытается ею удалить брызги со стекла.

Размазывая их ещё больше.

— Так, я сейчас ничего не видел. Кое-кто вытрет сама, окей? — кошусь на неё краем глаза. — Потом, когда я уйду…

— Хорошо, не беспокойся, эгоистичный тиран. — Лена забрасывает губку в мойку, плюхается на стул, закидывает ногу на ногу и повторяет вопрос. — Где шатался? Я всё слышала…

— Это что именно? — искренне удивляюсь.

— Как ты дверь закрывал. Когда вернулся, — признаётся она.

Не вижу причин от неё что-либо скрывать, потому в две минуты рассказываю ей и о визите Серого, и о своих дальнейших действиях.

Лена задумчиво качается на задних ножках стула с полминуты, когда мой телефон, выставленный на самый громкий сигнал, пиликает, сообщая, что пришло смс от Бахтина (он у меня настроен особым тоном)

Бахтин: мы работаем. Пожалуйста, на всякий случай, будь на связи. Всё время.

Стесев: Не понял, но хорошо.

Лена заглядывает мне через плечо, выхватывает телефон из моих рук, убегает на другой конец стола и лично читает сообщение от Бахтина плюс мой ответ. Потом запускает телефон скользить по столу в мою сторону и разочарованно говорит: