Чтение онлайн

Трусы оказываются мне велики, но Сергеевич откуда-то извлекает почти полутораметровый шнурок, который завязывает прямо поверх «моих» трусов. Фиксируя их на мне.

Смотрю на себя в зеркало, становится смешно.

Сергеевич моего веселья не разделяет:

— Хватит сачковать. Потом похихикаешь. Погнали…

Следующие полтора часа он решает, видимо, сразу несколько задач. Во-первых, проверяет, насколько я в форме (либо насколько её растерял). Кажется, моё текущее состояние его удовлетворяет.

Во-вторых, он, как заведённый, отрабатывает со мной на лапах что-то, понятное только ему. Я лишних вопросов не задаю, поскольку вижу, что за нами исподволь наблюдают сразу несколько человек из разных концов зала (что вполне естественно: на индивидуальные тренировки специалиста уровня Сергеевича, в любом зале, смотрят все и всегда. Просто данность).

Третья задача, которую решает Сергеевич, это просто насладиться тщательно скрываемым вниманием к себе и к тренировочному процессу. До меня с запозданием доходит, что тренировка текущего выступающего чемпиона области — это всегда интересно. Особенно для тех, кто из других секций.

А чемпион сейчас типа я. Один из.

В конце концов, Сергеевич выдыхается (в отличие от меня) и идёт в тренерскую, доигрывать проигрышную позицию без свидетелей. Мне он даёт задание на местной «стенке», которое я добросовестно и монотонно отрабатываю, не обращая внимания ни на что вокруг (попутно отрабатывая и кое-что своё).

От монотонного бросания кулаков в стенку меня отвлекает вначале группа из пяти парней возраста Вовика (и чуть постарше), имеющих внешность явно одной южной страны, с которой мы даже не граничим. Они переговариваются о чём-то на своём языке, разминаются с набитыми ватой мячами и просят меня подвинуться.

Без проблем.

Затем они лезут в ринг, разбиваются на пары и отрабатывают что-то, с моей точки зрения, несусветное. Но в залах есть свои неписаные правила, и с поучениями никто ни к кому не лезет.

Кстати, из пяти, руководит их «тренировочным» процессом далеко не самый старший из них. В их занятие я не вникаю, поскольку языка общения не понимаю (раз) и у меня есть, чем заняться (два). Не говоря о тех самых правилах приличия (три).

Через какое-то время задание Сергеевича завершаю полностью. Засовываю голову в местную тренерскую, доложиться Сергеевичу. Застаю его за чашкой чая с коллегой, очередным разгромом на доске (в пользу коллеги) и в скверном настроении (это уже у Сергеевича).

— Сейчас, пятнадцать минут, — нервно бросает он, не глядя на меня и прихлёбывая из чашки. Попутно решая задачу, как одним слоном справиться с ладьёй и конём противника. Задача, видимо, решению не поддаётся.

— Серёга, ну признайся, что продул?! — смеётся его партнёр по игре (и, видимо, местный коллега тоже).

— Это мы ещё посмотрим, — сосредоточенно пыхтит в ответ Сергеевич, допивая чай. — У меня чай закончился, вскипяти ещё!

— Ну-ну, — неприкрыто глумится его коллега, но всё же со стула поднимается и электрочайник включает. — Это надолго, — поворачивается он при этом ко мне. — Минут на двадцать. Можешь пока в зале подождать, — местный тренер явно намекает, что проигрывать при свидетелях Сергеевич будет ещё дольше.

Посмеиваясь, возвращаюсь в зал.

Где меня берёт в оборот этот молодой «инструктор» бородачей южной республики. И просит составить ему пару в ринге, поскольку их нечётное число.

Сразу оговариваюсь, что времени у меня минут около пятнадцати, на что получаю снисходительный кивок, дескать, хорошо.

При этом, пятёрка «студентов» (видимо, они всё же учатся в универе) пересмеивается о чём-то на своём языке. Ну-ну.

Отработкой чего-то мой визави явно решает не заморачиваться. Весом он, кстати, чуть легче меня, но чуть выше ростом. И очень резкий (в смысле, быстро и неожиданно атакующий).

Своих четверых товарищей он сгоняет с ринга, а сам, как заправский завсегдатай, командует вольный бой.

Это несколько противоречит всем правилам, но кое-чем он меня уже зацепил. А где-то местами и достал. Я не понимаю их языка, но вижу эмоции. Человек он явно не совсем хороший, и сложный коктейль его эмоций лично у меня сомнений не вызывает.

Рассчитывающий на резкость, он достаточно быстро атакует. Если у него ещё и набит кулак, это было бы достаточно опасно.

Кому-нибудь другому.

Я же все его намерения вижу. Причём в проекции как мозга, так и тела.

С первой атакой у него предсказуемо не получается. Как и со второй. Его «сопровождающие» внимательно наблюдают за нами, перебрасываясь односложными восклицаниями.

Затем мой «партнёр» «проваливается» ещё раз, получает от меня слева в висок и наливается цветом томатного сока. Себя явно не контролируя.

Хм, да что ж за тип-то такой…

Наплевав на предыдущую разумную сдержанность (а он действительно уникален по сочетанию «скорость атаки — резкость удара либо отхода назад»), мужик просто бросается в размен ударами.

Не смотря на свой более высокий рост (по тактике, ему как раз наоборот надо держать меня на дистанции, где я ему ничего не могу сделать). Не смотря на свою более плохую физическую форму («завяжись» мы сейчас, он сдохнет через минуту). Несмотря на то, что он обо мне ничего не знает (мне кажется, просто увидел во мне новичка в зале: я-то тут первый раз).

Размен ударами не затягивается: поверх его левой я кладу свою правую, и мужик просто растягивается на ринге. Чуть подёргивая левой ногой в такт сердечным сокращениям.

В этот момент из тренерской, наконец, появляется Сергеевич (и не один, а с местным тренером). Увидев «картину маслом», Сергеевич вначале удивлённо и шумно всасывает воздух секунд пять. Затем высказывает мне три слова матом. Потом его товарищ-тренер кладёт ему руку на локоть и что-то шепчет на ухо (из разряда того, что эти бородачи — ещё те фрукты).

Затем дружными усилиями реанимируем «подрубленного» «спортсмена». Четверо товарищей которого задумчиво наблюдают за этим действом.

Спохватившись, местный тренер посылает кого-то за дежурным врачом, но мужик уже пришёл в себя и от медпомощи отказывается.