Чтение онлайн

– Джон Генри Холидей, – представился Холидей, – а это Джек Омохундро.

– Наслышан о вас обоих, – признался Уилсон и улыбнулся, заметив Уайльда. – Вчера был на вашей лекции. Вы отличный оратор, сэр.

– Благодарю, – сказал британец. – Писатель из меня еще лучше. Надеюсь, перед отъездом из Лидвилла вы купите мои книги?

– Почему бы и нет? – ответил Уилсон. – Ездить в дилижансе из города в город стало намного скучнее, теперь, когда мистер Бантлайн запустил эти свои безлошадные экипажи.

– Почему? – спросил Уайльд. – Вы ведь добираетесь до пункта назначения гораздо быстрее.

– Да, но больше не приходится останавливаться, чтобы отдохнуть и напоить лошадей, так что на станцию по пути не заедешь.

– Он дело говорит, – согласился Омохундро.

– Что ж, господа, похоже, мне сегодня везет, – сообщил Уилсон. – Во что играете?

– Последний час – в покер с обменом, – ответил Омохундро.

– Подходит, – сказал Уилсон. – Сколько составляет взнос?

– Ну, раз уж вам сегодня везет, – заговорил Холидей, – пусть будет сотня.

– Это целая куча корсетов и исподнего, – задумчиво проговорил коммивояжер и, пожав, плечами, ответил: – А, к черту! Все равно играю на чужие деньги. Если не повезет, то свои заберу, вернусь в отель, лягу спать, и мне приснится, будто я обыграл самого Дока Холидея.

– Мне нравится ваш настрой, сэр, – сказал дантист. Заметив, что и вторая бутылка опустела, он попросил бармена принести новую.

– Ты бы полегче, Док, – предостерег его Омохундро. – Это уже третья за вечер.

Холидей пожал плечами.

– Жажда замучила.

– Но…

– Хватит, – отрезал Холидей таким тоном, что Омохундро сразу понял: тема закрыта.

Разыграли четыре сдачи. Две выиграл Уилсон, еще две – Омохундро.

– Поднимем-ка сумму взноса до двух сотен, – предложил Холидей. – Пора мне отыграть свои деньжата.

– Не возражаю, – ответил Уилсон.

– Я тоже, – поддержал Омохундро.

Уайльд поближе присмотрелся к Холидею. От дантиста уже разило винокурней, он с трудом поднимал карты со стола и не мог их толком держать. Глядя на сдачу, он часто моргал, не в силах сосредоточить взгляд. Омохундро начал с сотни долларов, Холидей с парой восьмерок поднял ставку, Уилсон спасовал, и Холидей, вытащив третью восьмерку, победил.

Пришла его очередь сдавать. Он кое-как перетасовал колоду, выпил еще стаканчик, чтобы не тряслись руки, швырнул деньги на середину стола и сдал. Пока Холидей веером раскладывал на руках сдачу, Уайльд заглянул ему через плечо: пара королей, валет, тройка и двойка.

Уилсон бросил на стол тысячу долларов. Омохундро раз глянул на банк и спасовал. Холидей же вынул из кармана стопку денег и отсчитал тысячу.

– Сколько вам карт, сэр? – спросил он Уилсона.

– Ни одной.

– Крупье берет две, – сказал дантист, сбросив двойку и тройку. Медленно присовокупил новые две карты к остальным; вытянуть удалось третьего короля и шестерку.

Уилсон пересчитал деньги в куче, что лежала перед ним, и все сдвинул в центр стола.

– Шесть тысяч триста долларов, – объявил он.

Уайльд ждал, что Холидей сдастся, но тот лишь достал из кармана пачку денег и положил ее рядом с банком.

– Принимаю и поднимаю.

– На сколько? – спросил Уилсон.

– На все, – пожав плечами, промямлил дантист.

Омохундро пересчитал деньги в банке и сказал Уилсону:

– Чтобы вскрыть Дока, вам нужно заплатить одиннадцать тысяч сто пятьдесят долларов.

– У меня столько нет.

– Я не приму отказа от продавца корсетов, – сказал Холидей.

– Сейчас все сделаем, – заверил его Омохундро и обратился к посетителям: – Взгляните на руку Уилсона. Кто хочет в долю?

Прошло минут десять, и наконец нужная сумма набралась. Уилсон вскрылся: четыре дамы и туз.

– Неплохая попытка, – пробормотал Холидей, выкладывая на стол свои карты. – У меня четыре короля.

– О чем это вы? – возмутился Уилсон. – Тут три короля и валет.

– Нет, это вы о чем?! – вскинулся Холидей. Он шатко поднялся из-за стола, уперся в крышку руками и едва не ткнулся в карты носом. Зло поморгал, еще раз присмотрелся. – Черт, будь я проклят! – невнятно выругался он и рухнул на пол.

4

Когда Холидей очнулся, в салуне уже никого, кроме бармена, не было. Прошло несколько минут, прежде чем Холидей вспомнил исход партии, и еще немного – прежде чем осознал, что он теперь без гроша за душой. Все деньги, отложенные на санаторий, он проиграл, не сумев спьяну отличить валета от короля. Тогда Холидей поднялся на нетвердые ноги, немного подождал, чтобы снова не упасть, и вышел в ночь. На Харрисон-стрит тоже было пусто; один лишь койот бесстыже смотрел на него.

Холидей достал револьвер и прицелился.

– Бесполезно, – предупредил койот.

Пока Холидей пытался свести глаза в кучу, он обернулся давешним воином-апачем.

– Гоятлай знал, что придет эта ночь, – сказал оборотень.

– Ну и флаг ему в руки, – пробормотал Холидей. – Джеронимо прислал тебя поглумиться?

Воин мотнул головой.

– Гоятлай хотел напомнить, что однажды вы работали вместе.

– Так ведь ты уже напоминал. Что теперь у него на уме?

– Скоро узнаешь.

– Черт бы тебя взял! – прорычал Холидей. – Я не в том настроении, чтобы загадки разгадывать. Продул все до пенни! Либо говори, чего Джеронимо хочет, либо убирайся к дьяволу!

– Гоятлай собирается поручить тебе важное дело, – ответил воин. – Только в одиночку у тебя ничего не получится.

– Что же я такого должен сделать?!

– Узнаешь, когда время придет.

– И когда оно придет?

– Скоро, – пообещал оборотень, снова став койотом, и скрылся в ночи.

5