Чтение онлайн

Маленькая темная комната. На полу лежат какие-то фигуры, их лица освещены мерцающей лампой, а Кем Ли говорит:

– Доктор, позвольте представить вам нескольких ученых парней… мистер Ли Янг, мистер Ен Ши…

– Мы польщены вашим присутствием, доктор.

Ли Янг и Ен Ши подняли свои длинные элегантные хвосты, освобождая для меня место на полу. Бледно-зеленый пепел налип на их лапы, и они приветливо улыбались.

– А что вы, парни, изучаете, если с моей стороны уместен такой вопрос?

– Мы изучаем вершины рая, доктор, и полет желтого журавля.

– Ах, да. Я знаком с этим семейством. Я не испытываю к ним почтения, поскольку, как общеизвестно, они закусывают грызунами.

– Пожалуйста, доктор, попробуйте хотя бы немного наших драгоценных сладостей, они вот здесь, в глиняном кувшине.

Уф-ф-ф, у-ф-ф.

– Я не могу разобрать этот запах…

– Он приходит к нам из звездной реки, доктор, это мазь самих богов.

Эти китайские ученые владеют особым методом представления фактического материала. Он почти столь же туманен, как и любой из моих собственных научных документов. Я полагаю, что единственный способ узнать, что именно находится в этом кувшине, это попробовать немного. Очень хорошо, тогда сунем нос и усы в этот липкий сироп…

Лип, лип, лип.

Очень успокаивает… ощущения. Мистер Ли Янг улыбается мне, и я улыбаюсь ему в ответ. Я явно чувствую головокружение… мой нос зудит… какие-то мысли вихрем проносятся в голове… боже мой! "Наркомания среди крыс", страницы 234-248, "Начальные действия опиума", 1969. Да ведь я нахожусь в секции исследования наркотических воздействий!

Сползаю со стенки кувшина и… и будто подвергаюсь декапитации, моя голова уплывает куда-то… нужно удержать ее… слава богу, я вовремя ее поймал…

Волнение охватывает легочный и митральные клапаны. К этому добавляется ощущение уродства, будто мой локоть прикреплен к прямой кишке. (Сравните с: "Употребление опиума крысами", английский журнал "Вопросы алкоголизма", 1935.) А меня уже манит мисс Хоп Той.

– Сюда, доктор Рэт, все уже дожидаются вас.

– Дожидаются меня? Как приятно слышать.

Я следую за ней сквозь трещину в стене. Мы поднимаемся еще на один пролет ступеней. Я слышу множество голосов. Дверь открывается, и мы входим… в аудиторию! Все аплодируют. Ба, да это они аплодируют мне!

– Идите прямо на сцену, доктор. Король ожидает вас.

Разумеется, теперь я все понял. Наклонив голову, направляюсь к сцене. Там, прямо передо мной сидит на своем троне Крыса-Король из Швеции.

– …доктору Рэт за его выдающийся вклад… потому что его прекрасный… великолепный прорыв… мне приятно вручить вам, доктор Рэт, Нобелевскую премию за вклад в науку.

– Благодарю вас, ваше величество.

Вспыхивают камеры, аудитория лучится приветствиями.

– …вот сюда, доктор, прошу вас. Для вас и для других лауреатов будет устроен специальный обед… сыры, разных сортов… немного прессованного печенья… всевозможные сладости…

– Конечно, конечно…

Богато убранная коврами гостиная, сверкающий канделябр. Все лауреаты кланяются друг другу. В центре комнаты огромная изящная хрустальная чаша. Какой чудесный запах. А внутри плавают такие удивительные фрукты: апельсины, лимоны, так что все лауреаты тут же суют туда носы. Вот я подхожу и присоединяюсь к ним. Восхитительно. Мои поздравленья повару.

Но почему это я сползаю по краю чаши, наступая на кожуру от апельсина? Вокруг меня китайская вышивка, куда же это я попал, что случилось? И почему на мне высокий шелковый головной убор? Осторожно ползу вдоль этого места в сточную канаву, прихватив с собой саксофон, мои лапы вымазаны липким дегтем. (Сравните с: "Потеря реальности под действием наркотиков", "Психиатрия и неврология".) Где-то далеко звучит гонг. Вот появляется сиделка в белом… это мисс Хоп Той… мерцает лампа… мистер Кем Ли улыбается мне… я повис на краю их кувшина, мой нос в сиропе…

За дверью слышны громкие голоса. В комнату врываются крысы-бунтовщики! Быстрее, доктор, протрезвляйся!

– Хорошо, забирайте лекарства…

Капитан мятежников и его команда хулиганья забирают кувшин, отталкивая в сторону мистера Ли Янга и его компанию. Я переворачиваюсь на спину и падаю в тень, в то время как заговорщики придумывают свой очередной ход:

– Мы собираемся бросить камень в Президента, это цель номер один на сегодняшний день…

– Верно, мы хотим забросать камнями их всех, конгрессменов, сенаторов и прочих ОВП (Очень Важных Персон).

– Мы загрузим наркотики в наши защечные мешки. Мы доберемся до их кухни в этом Белом Доме…

– Мы спустим все это дерьмо в президентский суп. Забросаем его камнями за завтраком, ланчем и за обедом, и забросаем каждого, кто ест вместе с ним.

– Его леди тоже.

– Верно, ее тоже.

– Мы накачаем наркотиками армию.

– С этим проблем не будет, они, так или иначе, все наполовину наркоманы.

Меня охватили странные чувства. У революции так много войск. Боевики и внутри, и снаружи, со всех сторон слышны тяжелые удары марширующих ног. А еще эти крысы, замышляющие заговор с наркотиками. Что я делаю здесь? Меня охватывает дрожь. Мой хвост трясется, зубы щелкают. Начинается кризис идентификации.

– Извините… Мне бы хотелось глотнуть воздуха. Они очень заняты грабежом запертого шкафчика, в котором хранятся наркотики, и не замечают, как я сматываюсь оттуда.

– Затем, когда мы проясним их сознание, они должны увидеть необходимость единения всех живых существ…

Тут я испытал нечто похожее на кошмар, оказавшись в притоне наркоманов, наслушавшись зловещих голосов. Странные амбициозные идеи. Я должен… предупредить Президента. Крысы на его кухне, защечные мешки, наполненные пропитанным опиумом печеньем.

Теперь, через этот коридор, вниз по ступеням…

Вот улица, вот переулки. Я только что получил чертовскую встряску, но я… все еще иду по кругу, ноги дрожат, нос все еще зудит.

Ну, хорошо, допустим, что я сфинкс с отрубленным хвостом! Какая прекрасная фантазия!

Ведь это наши заспиртованные предки.

Плавают в банках. А бунтовщики подсвечивают их прожекторами. Множество крыс ходят вокруг бутылок, глядя на своих предков. Приличное зрелище, вполне приличное.

Теперь я начинаю понимать, почему ученый-профессор и его ассистенты делают подобные экспонаты. Да на них просто приятно смотреть! Наш проф протравил все органы и мышцы с помощью яркой краски, а центры прожилок просто прекрасны. Мне часто доводилось слышать, как он выкрикивал: "Прекрасно, просто прекрасно!" А я так и не знал, почему, до настоящего момента.