Чтение онлайн

– Самые замечательные! – заверил сын, опираясь рукой на косяк. – Жизнь вошла в колею.

Как известно, в каждой бочке меда непременно должна быть ложка дегтя. Свежеиспеченного кандидата медицинских наук немного огорчал «технический регресс» – некоторая утрата хирургических навыков. После того случая он оперировал мало и всегда в качестве ассистента. Академик Белянчиков перестал бы уважать себя, если бы хоть чем-то не напаскудил строптивому аспиранту. Но на самом деле он не напаскудил, а помог. Кириллу и самому не хотелось самостоятельно оперировать в Центре, потому что любая операция – это лотерея. Вроде бы сделаешь все правильно, а что-то, тем не менее, пойдет не так. А подставляться снова ему было нельзя – сожрали бы с потрохами. Нет, лучше уж пусть других жрут…

Навыки – дело наживное. В благоприятной обстановке Кирилл рассчитывал восстановить их за месяц, максимум – за два. А затем нужно будет сделать какую-нибудь особо сложную операцию, чтобы себя показать и злопыхателям нос утереть. Жизнь покажет, кто из нас колбасник, а кто – корифей!

Выполнив программу-минимум, ассистент кафедры госпитальной хирургии Барканский сразу же начал работу над докторской диссертацией, посвященной лечению язвенных кровотечений.

– Что же ты за три года никого в Москве не присмотрел? – подкалывал отец.

– Я туда не за этим ездил, – серьезным тоном отвечал Кирилл.

Все московские связи, кроме вялотекущего, то разгоравшегося, то затухающего романа с Инной, были мимолетными и носили чисто развлекательный характер. Впрочем, и с Инной, которая больше ничем не «награждала», ничего серьезного быть не могло. К женитьбе Кирилл относился очень ответственно. Люди ошибаются, когда говорят, что женитьба не должна мешать карьере. Женитьба должна способствовать карьере, а не просто «не мешать»! И если ты намерен жить в Ярославле, то и жену надо подыскивать здесь же. Из нужных кругов.

Большинство аспирантов из регионов, в том числе и «целевики» всячески старались остаться в Москве, не мытьем, так катаньем, правдами и неправдами. У Кирилла и в мыслях ничего подобного не было. В Ярославле у него все было схвачено, да и уважения там больше. Доцент – уже фигура. Чтобы в Москве такого уважения добиться, нужно академиком стать.

Ассистента Барканского студенты полюбили сразу же – молодой, веселый и занятия у него нескучные. При каждом удобном случае Кирилл Мартынович старался вывести своих учеников «в поле», то есть – к пациентам. Такой подход был полезен как для студентов, которые лучше усваивали материал, так и для самого преподавателя – если пациенты видят, что ты учишь других, твой престиж сильно возрастает. Заведующий оперблоком как-то раз пожаловался на то, что группы Барканского «вечно путаются под ногами», но тут же получил по ушам от зама по хирургии – терпите, люди не на экскурсии к вам приходят, а по делу!

Студенты однажды тоже нажаловались заведующему кафедрой – мол Барканский нас нарочно запутывает, чтобы выставить дураками. Сказал, что покажет пациента с опухолью печени, а привел к пациенту с хроническим панкреатитом. Что за цирк с конями? Кирилл объяснил, что никакой это не цирк с конями, а выработка умения мыслить самостоятельно, полагаясь только на собственные глаза, уши и пальцы. Ну и, конечно же, на собственный ум, если таковой имеется. Мало ли кто вам что скажет? Мало ли кто ошибется в диагнозе? Академики тоже ошибаются, непогрешимых нет. А отвечать за пациента вам. Так что учитесь-ка думать! Заведующий такой подход одобрил и прорекламировал на очередном собрании.

Больше всего Кирилл любил водить студентов не в операционные и не в палаты, а в приемное отделение, где жизнь била ключом (случалось, что и по голове). В «приемнике» его визиты приветствовались – студенты пациента расспросят, осмотрят, опишут, а дежурному врачу остается только подпись в истории болезни поставить. Разве плохо? А если случай какой-то мутный или стремный, то можно записать в истории совместный осмотр с ассистентом кафедры Барканским К. М., разделить, так сказать, ответственность.

– Врачи всегда спотыкаются на ровном месте, – учил отец. – Проблемы возникают там, где их не ждут. «Всегда начеку» – девиз не только чекистов, но и врачей.

Кирилл эти слова запомнил и был начеку. А как иначе? Ведь на нем лежала двойная ответственность. Налажаешь – опозоришь не только себя, но и славную врачебную династию. Как потом родителям в глаза смотреть?

При всей своей снисходительной демократичности к пропускам занятий Кирилл относился строго. Не из вредности, а потому что по-другому нельзя. Если сегодня закроешь глаза на отсутствие одного студента, то завтра не явятся пятеро, а послезавтра – и вся группа. Так что, простите-извините, но извольте предоставить справку и написать реферат по теме пропущенного занятия. Справки нет? Первое и последнее предупреждение. Прогуляете без уважительной причины еще раз – будете объясняться с деканом. Нужно с первого дня дать понять ученикам, что проще прийти на занятие, чем не прийти, и тогда с посещаемостью все будет в порядке.

– Логвинов вчера упал с мотоцикла, – доложил один из студентов, едва Кирилл вошел в свой кабинет, точнее – в учебную комнату, которая по совместительству служила ему кабинетом, поскольку ассистентам отдельных хором не полагалось. – Получил закрытый перелом лучевой и локтевой костей, правых, в травмпункте гипс наложили. Но он сегодня придет…

– Зачем? – удивился Кирилл. – С нерабочей правой рукой на занятиях делать нечего. Да и не стоит проявлять лишнюю активность, пока кости срастаться не начали. Мало ли что.

– Его из травмпункта к хирургу направили, потому что он животом о дорожное ограждение приложился, – пояснил другой студент, живший с Логвиновым в одной комнате общежития. – Но поскольку был уже второй час ночи, а живот практически не беспокоил, он решил отложить консультацию до утра.

– Такие вещи не откладывают, – строго заметил Кирилл. – Странно, что вы этого не понимаете, коллеги.

Логвинов появился к концу занятия.

– Вошел в поворот, а там – песок, – рассказал он. – Стройка рядом, видимо какая-то машина просыпала. Конь – в одну сторону, я – в другую. Хорошо, что животом о железку приложился, а не головой.

Согласно традиции, медиков для обучающих демонстраций стараются не использовать, но случай был хорошим – тупая травма живота полусуточной давности. Грех упускать, да и у Логвинова возражений не было.

– Каждый осматривает пациента, а затем пишет на листочке диагноз и тактику! – распорядился Кирилл. – Листочки сдаете мне. Коллективный разум лучше не включать, думайте самостоятельно.

Студенты не обрадовали – все, как один, порекомендовали наблюдение в поликлинике по месту жительства. Состояние стабильное, давление и пульс в норме, живот мягкий, участвует в акте дыхания, при пальпации отмечается небольшая болезненность в околопупочной области – что, мол, тут еще можно порекомендовать?