Чтение онлайн

Грецкий Орех только помотал головой.

– Если Дедушка заболел корью, то почему она не затронула остальных? Ведь все эти ерундовые болячки типа кори, ветрянки, свинки не опасны даже для лоховских детей. Во всем этом нет никакого смысла. – И, опровергая собственные слова, она повернулась к Ворону с упреком: – А ты о чем думал, когда позволил чуть ли не всей семье толкаться рядом с ним и дышать этими миазмами?

Ворон только передернул плечами. Все это время он не сводил глаз с трясущегося старика на постели. Узкое красивое лицо Ворона отражало глубокую задумчивость.

– Все течет, все изменяется, – изрек Орех. – Если пятьдесят или сто лет назад у нас был иммунитет против болезней лохов, это не значит, что он остался и сейчас. Быть может, это часть естественного процесса.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что абсурд, который творится у нас на глазах, естествен? – осведомилась она, указывая на Дедушку Флика.

– Единичный случай еще не эпидемия, – заметил Орех, – и это действительно может оказаться чем-то другим. Но если будет новый случай, нам придется поместить больного в строгий карантин.

– А это поможет?

Он долго колебался с ответом.

– Не знаю. Может, мы уже все заражены. Может, это как заведенный будильник или как бомба с часовым механизмом. Согласно последним научным исследованиям именно так происходит процесс старения у лохов. Они живут себе и живут, почти не меняясь, а потом что-то в их генах щелкает. Внезапно прорезаются старческие морщины, и не успеешь оглянуться, как уже не можешь ходить без палочки.

Ворон, продолжавший наблюдать за Дедушкой, вдруг прервал его:

– Похоже, началось. Твою мать!

Кожа Дедушки Флика приобрела молочный оттенок. Потом сделалась совсем тонкой. Когда она стала почти прозрачной, Роуз смогла отчетливо увидеть печень, сморщенные черно-серые мешочки легких, пульсирующий красный узел сердца. Вены и артерии напоминали дороги на автомобильном навигаторе. Она различала оптические нервы, связывавшие глаза с мозгом. Они выглядели как призрачные струны.

Потом он вернулся. Его глаза ожили, поймали взгляд Роуз и уперлись в нее. Он протянул руку и взялся за ее неповрежденную ладонь. Ей пришлось подавить в себе инстинктивный импульс отдернуть руку. Если Орех правильно поставил диагноз, Дедушка заразен. Впрочем, какого дьявола! Если Орех прав, они все уже заражены.

– Роуз, – прошептал он. – Не покидай меня.

– Не покину. – Она села на край его постели, их пальцы переплелись. – Ворон?

– Да, Роуз?

– Посылка, которую ты отправил в Стербридж, сможет полежать там некоторое время, не так ли?

– Конечно.

– Хорошо. Тогда сначала разберемся здесь. Но мы не можем себе позволить ждать слишком долго. Та девчонка оказалась намного опаснее, чем я предполагала. – Она вздохнула. – Ну почему беда никогда не приходит одна?

– Это она так изуродовала тебе руку? Как?

На этот вопрос ей отвечать не хотелось.

– Я теперь не смогу отправиться с вами, потому что она знает, как я выгляжу.

А кроме того, подумала она, но не сказала вслух, если Грецкий Орех все-таки прав, я буду нужна остальным здесь в роли Мамаши Кураж [24] .

– Но нам необходимо захватить ее. Это становится нашей важнейшей задачей.

– Почему же?

– Потому что если она перенесла корь, то должна обладать лоховским иммунитетом. И тогда ее пар будет полезен для нас во всех смыслах.

– Сейчас детям делают прививки против всей этой муры, – сказал Ворон.

– Это может сработать, – кивнула она.

Дедушка Флик между тем снова начал выпадать из цикла. Наблюдать это было тяжело, но Роуз пересилила себя. Когда внутренние органы снова скрылись под хрупкой кожей, она посмотрела на Ворона и подняла свою покрытую синяками и ссадинами ладонь.

– И к тому же… Мы должны хорошенько проучить ее.

Когда в понедельник утром Дэн проснулся у себя в башне, на доске вместо списка снова красовалось сообщение от Абры. Поверх него она изобразила радостный смайлик с оскаленными зубами.

Она приходила! Я была готова и врезала ей!

В САМОМ ДЕЛЕ!!!

Она это заслужила, а потому УР-Р-Р-А!!!

Мне нужно с тобой поговорить, но не по Интернету.

На том же месте в три часа дня.

Дэн снова лег на кровать, закрыл глаза и попытался отыскать Абру. Обнаружил ее по пути в школу в обществе трех подружек, что само по себе показалось ему рискованным. Причем не только для Абры, но и для подружек. Он надеялся, что Билли уже прибыл и приступил к исполнению своих обязанностей. Причем ему тоже следовало соблюдать осторожность, чтобы какая-нибудь излишне бдительная соседка не приметила его и не сочла подозрительным.

(я могу встретиться с тобой мы с Джоном уезжаем только завтра, но все нужно сделать быстро и аккуратно)

(да хорошо поняла)

Дэн снова сидел на скамейке перед увитым плющом зданием библиотеки Эннистона, когда появилась Абра, одетая для занятий в школе в красный джемпер и броские красные кроссовки. Через ее плечо был перекинут рюкзак. Дэну показалось, что со времени их последней встречи она подросла на добрый дюйм.

Она помахала ему рукой.

– Привет, дядя Дэн!

– Привет, Абра. Как дела в школе?

– Замечательно! Я получила пятерку за доклад по биологии!

– Тогда присядь на минутку и обо всем мне расскажи.

Она подошла к скамейке, двигаясь с изяществом и энергией, почти танцуя. Глаза блестели, щеки играли румянцем: здоровая во всех смыслах этого слова девочка-подросток. Она, безусловно, не могла не привлекать внимания. У Дэна не было особых оснований тревожиться по этому поводу, но он почему-то все-таки испытывал легкое волнение за нее. Одно хорошо: совершенно неприметный «форд»-пикап стоял у тротуара в половине квартала от них. За рулем сидел немолодой уже мужчина, который потягивал кофе из картонного стаканчика и читал журнал. Или делал вид, что читает.