Чтение онлайн

Подумайте, с какой вероятностью именно на долю определённого человека одно за другим будут сыпаться испытания, из которых он ещё и живым будет выходить? Если схватка на пределе — то с равным или чуть более сильным противником, чтобы были шансы и накал. Если проблемы, то такие, что разрешить их можно несколькими способами. Если знания, то непременно достающиеся как раз перед тем, когда их необходимо пустить в дело. И пусть Всевышний ничем не намекал на своё присутствие, да и рассказ Авалона о космической свалке был вполне реалистичным и достоверным, я в последнее время всё чаще себя ловил на мысли о том, что со мной играют, словно с уникальной куклой, которой об игроках вроде бы и всё известно, но отыскать гарантию их участия в происходящем она не может.

И это… пугало. Я никогда не задумывался, как себя должны ощущать попаданцы, чьи судьбы находятся в руках скучающих богов. Малейшее Его недовольство, и тебя просто заменят на более или наоборот — менее послушную фигуру, такую, за которой будет интересно наблюдать. Обычно Всевышний брал за основу или полных бездарностей, потерявших в своих первых жизнях всё, что можно, или наоборот — чуть ли не полубогов. И в обоих случаях он наблюдал за их становлением, решая, заслужил ли актёр счастливо дожить свой век без забот или его можно наказать, перед смертью и отправкой на перерождение лишив всего того, за что он боролся.

И вроде бы я не сидел на месте, но кто его, Всевышнего, знает? Может, он ждал от меня совсем иного, и вот-вот разочаруется, смахнув меня с доски? Или он вообще никак не участвует в происходящем, и я действительно действую сам по себе.

Как узнать?

Да никак. Нет ответа — можно лишь гадать на кофейной гуще, да параноить, высматривая одному тебе видимые закономерности.

Я боялся потерять всё, и если с магами и мастерами меча, да и пусть даже с драконом я ещё мог как-то бороться, то против бога у меня не будет ни шанса. Даже у десяти тысяч меня не будет. И у миллиона — тоже. Всевышний находится на совершенно ином уровне: он может быть везде и нигде одновременно, может ходить сквозь ткань времени как у себя дома и создавать миры, прикладывая лишь малую крупицу усилий.

И всё, что я делал в последние лет так десять было направлено на то, чтобы отгородиться ото всех угроз разом.

— Невероятно. Это… можно ли как-то проверить, действительно ли наш мир… такой?

— Не знаю. Даже если это реально, то я слабо себе представляю, сколько сил и времени потребуется на это потратить. Может не хватить и целой жизни, но какой тогда в этом толк?

— Передать дело своим детям, чтобы хотя бы у них был шанс всё исправить. Это всяко лучше, чем… Хи-хи. — Демонесса неожиданно прикрыла рот ладошкой и засмеялась. — Знаешь, я прежде считала что смерть — это и так конец. Событие, после которого для тебя нет ничего, но тебе уже всё равно. Ведь тебя тоже нет. Но если круговорот душ — это нормально, а мы этого лишены, то… есть смысл побороться? Хотя бы попытаться?

— Смысл бороться есть всегда. Но прежде всего есть смысл жить.

Мои слова были тверды, а вот мысли путались и растекались, словно не желая со мной соглашаться. Вздохнув, я поднапрягся и создал себе кресло поудобнее, решив попытаться расслабиться хотя бы таким образом.

— Теперь, думаю, ты понимаешь, почему я так ко всему отношусь.

— Ищешь ловушку там, где её, возможно, нет вовсе? — Я сам того не заметил, как девушка перебралась ко мне на колени, принявшись успокаивающе поглаживать меня по волосам. — Если всё действительно так, как ты говоришь, то ни один бог не решится отказаться от тебя — как ты говоришь, фигуры, на которую он потратил в тысячи раз больше сил, чем на любую другую. А если это не так, то тогда выходит, что боги мыслят совершенно иначе, и смысла гадать нет. Согласен?

Мог ли я сейчас спорить? Определённо, нет.

— Согласен. Да, надеюсь, так оно и есть…

И снова голубое небо показалось над головой, а тёплые лучи солнца души Гессы начали заботливо щекотать кожу, совершенно не нагревая одежду.

На то это и пространство души — плохо в нём не может быть в принципе…

— Сова, открывай! Медведь пришёл!

Вынужденно прокричал я, подкрепив слова стуком и слабеньким, но направленным и оттого довольно заметным всплеском маны. Дверь была заперта, а нагло вламываться в чужой дом я всегда считал действом не совсем правильным. В конце концов я ничего не потеряю, если подожду пару минут.

Или пять.

Или десять…

— Золан? Никак надоели равнины, и ты решил исследовать горы? — Провокационно произнесла распахнувшая дверь Кей, выпятив грудь и приняв приятную глазу позу. Мне же оставалось только вздохнуть. — Что-то с кровью?

— Именно. — Подтвердил я очевидную, — встречались мы только по работе, — догадку вампирши. — Очередной эксперимент дал результат. Я лично всё проверил, но перед тем как двигаться дальше нужно узнать о нашей крови как можно больше…

— Нашей? — Кей воодушевилась. Видно, совсем не ожидала того, что моя просьба может послужить и на её благо. Раньше общие эксперименты не давали эффекта, и я обращался к ней только по поводу своей крови. — Мне нужны детали!

— Может, сначала в дом пустишь?

Девушка хмыкнула, пожала плечами и отошла в сторону, позволив мне войти в коридор, а оттуда и в гостиную, что пребывала в полнейшем запустении из-за отсутствия у Кей гостей. Наверное, я вообще был единственным, кто сюда заходил.

— Ну? Я не поверю, что тебе не интересно получить ответы на свои вопросы!

— Интересно, конечно. Но спешка делу не поможет — вопрос очень деликатный…

А за следующие пятнадцать минут я пересказал Кей свои догадки, тщательно отфильтровав слова. Например, о том, что наши глаза — это наследие драконов, я хоть и сказал, но на источник не указывал. У меня просто не было оснований настолько доверять Кей, чтобы рассказывать ей хотя бы десятую часть того, что известно моему ближнему кругу. Вампирша это отлично понимала, так что нисколько не обижалась.

Мы буквально использовали друг друга в поисках своей выгоды, так что ничего удивительного в этом нет.

— Мне понадобится несколько капель твоей крови… — Изящным движением она отделила от себя несколько капель. — … и столько же моей. Тебе сильно повезло с тем, что проклятье сошло на нет всего три дня назад.

— Значит, работать ты сможешь меньше месяца…

— И второй раз повезло, так как твоя задача может помочь и мне. В противном случае большую часть времени я бы оставила для своих проектов.

— Думаешь, я этого не понимаю?

— Кто знает…

Кей уже практически находилась там, в мире наблюдения и исследования, так что я поспешил достать из-за спины цилиндр, полный праны, и водрузить его на стол:

— Это тебе не понадобится?

— Пока нет. — Качнула она головой. — Но за предусмотрительность — спасибо.

Тем временем с десяток капель моей крови закружилось вокруг Кей, а я поудобнее устроился на стуле напротив, приготовившись ждать. Несмотря на то, что вампирам для такого рода исследований не нужны были ни артефакты, ни лаборатории, быстрым этот процесс я бы не назвал. События могли развиваться парой разных способов: первый подразумевал, что Кей в ближайшие пару часов обнаружит что-то интересное за счёт новых данных, а второй — что ей для этого понадобится по меньшей мере несколько дней, а то и месяцев. Честно говоря, я рассчитывал на первый вариант, так как второй был плох тем, что вампиршу донимало проклятие, раз в, примерно, два месяца лишающее её способности манипулировать кровью.