Должник
Шрифт:
Она приехала через сорок минут. Этого времени мне хватило, чтобы еще раз все обдумать. И допить коньяк.
Дамочке было под тридцать. Коротенькая юбочка, открывающая крепкие икры, топик, укрывающий солидную грудь, поверх топика была небрежно накинута кофточка. Она процокала каблучками до бара, и ее силиконовые полусферы при движении были готовы выскочить из-под одежды.
Бармен указал мне ее еще издали.
– Минуточку, – бросил он мне, а затем уже красотке. – Отойдем.
Никто на девицу не обращал внимания. По всей видимости, она тут была за свою.
Бармен отвел ее в угол и начал ей что-то втолковывать. Ее намакияженное личико побагровело, едва она сообразила, о чем речь. Но бармен знал свое дело, и через пять минут он вернулся ко мне, оставив дамочку на месте.
– Маня согласилась поговорить, – кивнул он. – За те же деньги. Ну, которые ты мне обещал.
– А не круто ли будет? – попытался я урезонить бармена. – За такие бабки я могу найти бабенку на целую ночь.
– Можешь, – расплылся в улыбке бармен. – Ну тебе ведь не просто бабенка нужна. А?
– Ладно, – не стал спорить я. – Согласен.
Бармен прищелкнул пальцами и плутовато подмигнул. Я хмыкнул и протянул ему стодолларовую купюру.
– С ней я сам рассчитаюсь, – сказал я.
– Это само собой, – согласился бармен. – Только одно условие.
– Что еще за условие? – насторожился я, почувствовав, что этот гаденыш оставил про запас какую-то мерзость.
Но мерзость оказалась не слишком уж великой.
– Она будет с охранником. Сам понимаешь, после того случая…
– Где мы можем переговорить? – перебил его я; охранник меня не волновал, я ведь не собирался насиловать девицу.
– Я проведу вас в кабинку, – поспешно бросил бармен; а затем кивнул Мане.
Честно говоря, все, на что я надеялся, – это хорошее внешнее описание нужного мне субъекта. На большее я не рассчитывал. То, что найден человек, который может что-то сказать о «горилле», уже было удачей. Теперь нужно было убедиться, что мы говорим об одной и той же личности.
А как это сделать, я уже знал.
Кабинка была небольшой. Квадратный столик, возле него у стены обтянутое кожей сиденье в форме подковы.
Маня уселась с одной стороны столика и пригласила меня сесть напротив.
Бармен поставил на столик бутылку коньяка, начатую мною, два бокала и удалился.
Охранник остался.
– Может, мы побеседуем без него? – я кивнул на громилу. – Пусть он стоит у входа. Если что – ты крикнешь. Так что риска никакого.
Маня задумалась на минуту, затем неторопливо закурила, закинула ногу на ногу и после этого бросила своему телохранителю:
– Ладно. Стань на стреме у входа. Если он только пошевелится, я крикну.
Прежде чем уйти, охранник смерил меня уничтожающим взглядом и промычал:
– Лучше ей не повышать голоса.
Я не стал спорить. Дождался, когда он испарится, и после этого посмотрел на девушку.
– Ну так что там, – я расслабленно откинулся на спинку. – Что ты можешь мне рассказать? Бармен, думаю, ясно дал понять, кто меня интересует?
– Сначала «бабки», – пустила в меня кольцо дыма дамочка.
Два стольника, легшие на столик, быстро исчезли в кулачке собеседницы.
– Говорю сразу – где найти его, я не знаю.
– Так-с, – нахмурился я. – А что же ты знаешь?
– Знаю, что он скотина, каких свет не видывал, что от такого нужно держаться на расстоянии, и лучше на приличном. А если и ты такой – то и от тебя тоже.
– Ты мне не нужна, – тут же успокоил ее я. – Мне нужен только он. И все.
– Я это уже слышала от Леши.
Бармена, значит, зовут Леша. Ну, мне он уже по барабану, свою роль он сыграл.
– Когда он здесь появился? – я решил начать издалека.
– Месяца два назад. Может, больше. Не помню точно.
– Ты после знакомства с ним с месяц не могла выйти на работу, и не помнишь?
– А вот не помню, – искривила губы она. – Буду я всякое дерьмо помнить. На хрен! Все помнить – с ума сойти можно.
– Но то ведь особый случай, – поддел ее я.
– Тем более что особый. Больше причин забыть, – нисколько не смутилась дамочка.
Да, логика железобетонная.
– Ну хорошо. Что было дальше? Он появился.
– И Леша отправил его ко мне. Он предложил мне пятьсот баксов за ночь. И я, конечно, перед такими деньгами не устояла. Поехала с ним. К нему, как он выразился, домой. Сука, – с чувством заключила она.
– Ты отправляешься обычно без своей охраны?
– В тот день я пришла рано. Хотелось просто посидеть. Клиенты обычно вырисовываются позже. Но этому говнюку, видно, было невтерпеж. Охраны еще тоже не было. То есть ее нужно было подождать. Но этот гад сказал, что ждать не намерен. И если я хочу получить «бабки», то должна ехать немедленно. Ну и…
– Ты не устояла, – повторил я слова Мани.
– Точняк, – фыркнула дамочка. – Пятьсот баксов с неба не валятся.
– Ты рискнула. И поехала. К нему домой.
– Хрен к нему домой. Это он так сказал. На самом деле это был какой-то сарай. Ни мебели, ничего, только садомазохистские принадлежности. Он меня прищелкнул наручниками, ну и… Я думала, все будет, как обычно. Черт с ним, с домом. Но нет, он меня во все дыры поимел. А затем взял ножичек и начал им по мне водить. Сначала ничего. Только легкое такое покалывание, а затем он все сильнее стал надавливать на лезвие, и в конце концов я не удержалась и начала кричать по-настоящему. А от этого, мне кажется, он еще больше стал заводиться. Я через маску не видела. Он на рожу нацепил маску обезьяны. Но чем больше я орала, тем больнее он колол ножом. В какой-то момент я стала терять сознание и поняла, что он меня убьет. Точно убьет… И, наверное, убил бы. Если бы его не остановили.