Дом 16/1
Шрифт:
Мама Натальи сердилась и пыталась образумить дочку. Читала долгие нудные лекции о вреде алкоголя для молодого женского организма. Говорила, что если получилось забеременеть в первый раз – получится и во второй, что ничего необратимого не случилось.
Депрессия Наташи кончилась как-то сразу, когда в супермаркете она встретила Игоря. Он почти не изменился. Подошел первым, начал отпускать шуточки по поводу бутылки в корзинке молодой женщины. Она списала все на некое семейное торжество.
– Как, и меня забыли пригласить? – почти искренне возмутился Игорь.
– Ты не входишь в наш избранный список, - среагировала Наталья.
Парень не устроил разбора полета, почему она кинула его несколько лет назад, не пытался ухаживать, просто выслушивал ее отрывочные реплики, отвечал на вопросы. И каким образом Наташа оказалась у него дома и в постели, не поняли, пожалуй, ни он, ни она. Все было стремительно, на одной физиологии. После всего Наташа просто встала, оделась и пошла к двери.
– Пока! – бросил на прощанье Игорь. – Как я понимаю, не звонить и не искать встреч?
Девушка просто кивнула, не в состоянии произнести ни слова.
Однако, депрессия прошла. Чувство вины прекратилось без остатка. Олег и мама были очень рады этому. Тем более, Наталья приготовила вкусный ужин, что не случалось уже очень давно, пригласила родителей. На семейном торжестве молодая женщина не выпила ни капли, и во всеуслышание объявила, что взяла себя в руки.
Ровно через года Наташа и Олег стали родителями чудесного мальчика Никиты. Ребенок родился здоровеньким, был похож на отца. Младенец рос спокойным, рассудительным не по возрасту. Его мама наслаждалась материнством в полном объеме: ходила гулять в парки, часами прогуливалась по тенистым аллейкам, познакомилась с такими же молодыми мамами, читала книги по воспитанию детей.
Все было отлично!
Олег получал очень хорошую зарплату и когда Никите исполнилось три года, даже не встало вопроса, в какой садик его отдавать: государственный, или платную группу на пару-тройку часов. Тем более, Наталья выходить на работу не собиралась. Времени заниматься ребенком было, хоть отбавляй.
Малыш с удовольствием посещал группу развития. А его мать могла три часа посвятить себе. Наталья записалась в тренажерный зал, успевала на массаж, в солярий, привести себя в порядок у косметички. Выглядеть она стала просто шикарно.
Муж смотрел на женщину с обожанием. Случайно встреченные знакомые с легкой завистью. Наташе это нравилось.
Пока не встретилась Ирина.
– Привет, подруга! – окликнула та в магазине. – Смотришься на все сто!
– Спасибо! – женщина оценивающе взглянула на бывшую подругу, выглядела та не важно. – Как твои дела?
– Ничего… В смысле, ничего хорошего… Игорь болен.
– Чем? – Наташа спросила больше для приличия.
– ВИЧ… Слышала о таком? – с сарказмом ответила Иринка. – Вы расстались, он попробовал наркотики. Его компания достала. Тащу их на себе, как ломовая лошадь.
Женщины вышли из магазина. Наташа была в шоке от услышанного и потому молчала. В голове крутились мысли, что эту грязь она могла принесли в семью. Почему? Когда? В ТОТ момент встречи, Наталья не заметила признаки наркомании в Игоре. Но Ирина же не могла знать об их случайной встрече… Значит, уже тогда…
Бывшая подруга говорила что-то, а Наташа только кивала, но ничего не слышала на самом деле. Опять наказание обрушилось на нее! Что за кара Божья следует за ней по пятам!
Сразу же после расставания с Ириной женщина пошла в платную клинику и сдала необходимые анализы, мало ли что, вдруг что-то проявилось через несколько лет. Десять дней ожидания тянулись, как годы. Сынишка и муж не понимали перемены в настроении Натальи. Она была постоянно погружена в себя, сторонилась всех. Мать опять пришла читать лекции, но дочка грубо осекла ее.
Спида у Наташи не оказалось. Резкое облегчение. А потом желание увидеть Игоря. Ведь ему же недолго осталось?...
У женщины было три часа, когда она отвела Никиту в садик. Вполне достаточно для кратковременного визита.
Дверь открыла Ирина. Нечесаная, в замызганном халате и тапках на босу ногу. Бывшая подруга молча пригласила войти. Наташа почувствовала исходивший от нее запах перегара.
В квартире было грязно. Половина вещей куда-то исчезла.
– А где Игорь?
– Нигде, - Ирина развела руками, покачнулась и вцепилась в пришедшую. – Подох, наконец. Вчера похоронили. Видишь, поминаю. Будешь? – она прошла на кухню, налила водку в чашку и протянула Наталье.
– Не буду. Я пойду.
– А что заходила-то? – удивилась Ирина.
– Не знаю.
– Постой, - остановила женщина ее в дверях. – Там Игорь тебе письмо оставил.
Наташа открыла запечатанный конверт прямо в подъезде.
«Привет, сука! Ненавижу тебя! Ты всю жизнь мне испортила! Будь проклята!»
Смятая бумага полетела в мусорку. Но слова жгли душу, Наташа чувствовала, что чувство облегчения сменилось еще более страшной депрессией, что ей так плохо. Что она – никчемное, жалкое существо! Что все, кто ее любят – страдают о ее недоразвитых чувств!
– Мама! – позвонила Наташа по сотовому. – Тут у меня появились планы. Ты не можешь забрать Никиту к себе до завтра? У Олега ключи, он придет часов в двенадцать ночи. Ужин у меня готов… Да, пока! – и уже перед самым отбоем добавила: - Я люблю тебя, мамочка!
Олег пришел с работы немного пораньше. В квартире было тихо. Никитка, конечно, мог уже спать, но Наташа всегда его встречала. Мужчина заглянул в комнату, на кухню – никого. На столе лежала записка.
« Олег! Я очень виновата перед тобой, перед Никитой, перед мамой. Я не та, за кого вы все меня считали! Так больше нельзя! Прости!... Наташа».
Женщина висела на трубе в туалете…
Квартиру продали за бесценок, очень быстро.
Забрали из садика документы Никиты.
В другом районе города их никто не знал…
Квартира 9. Из паутины.
Мир Павлика состоял из родителей и квартиры. Остальное он выпускал из своего сознания напрочь. Все, что ему было нужно – можно было найти в стенах двух комнат, кухни, коридора и санузла. Все, кто ему был нужен – почти каждый день были рядом: когда вечером, после работы, когда вообще весь день. Остальное для жизни нужно ли?