Чтение онлайн

Амелия. Нет.

Магдалена. Рассказывай!

Мартирио. Не знаю, про что ты говоришь…

Магдалена. Обе знаете лучше меня. Вы вечно шушукаетесь между собой, а другим ни гуту. Про Пепе Римлянина, вот про что!

Мартирио. Ах!

Магдалена. Вот тебе и «ах»! Об этом уже судачат в селении. Пепе Римлянин женится на Ангустиас. Вчера вечером он крутился возле нашего дома и, наверное, скоро пришлет свата.

Мартирио. Я очень рада. Он хороший парень.

Амелия. Я тоже. Ангустиас хорошая девушка.

Магдалена. Лжете. Ни капельки вы не рады.

Мартирио. Магдалена! Что ты говоришь!

Магдалена. Если бы ему полюбилась сама Ангустиас, Ангустиас как женщина, я была бы рада, но он зарится на ее деньги. Хотя Ангустиас наша сестра, что греха таить, она старая, хворая и всегда была плоше всех нас. Она и в двадцать-то лет была похожа на пугало, а уж теперь, когда ей сорок, нечего и говорить!

Мартирио. Мало ли что. Счастье приваливает тому, кто его меньше всего ожидает.

Амелия. Если на то пошло, она правду говорит! Ангустиас достались все деньги ее отца, она одна богатая в нашей семье, и поэтому теперь, когда дело дошло до наследства, он и сватается к ней!

Магдалена. Пепе двадцать пять лет, он самый видный парень в округе. Добро бы он задумал жениться на тебе, Амелия, или на нашей Аделе, которой всего двадцать лет, но он почему-то выбрал самую невзрачную в доме, да еще гнусавую, как ее отец.

Мартирио. Может, она ему нравится!

Магдалена. Терпеть не могу, когда ты притворяешься!

Мартирио. Боже избави!

Входит Адела.

Магдалена. Ну, покрасовалась перед курами?

Адела. А что же мне делать?

Амелия. Увидела бы мать, она бы тебя за волосы оттаскала!

Адела. Я так радовалась этому платью. Думала надеть его, когда мы пойдем на гулянье. Второго такого ни у кого нет.

Мартирио. Да, нарядное платье.

Адела. И оно мне очень идет. Изо всех платьев, которые шила Магдалена, это самое лучшее.

Магдалена. А что тебе сказали куры?

Адела. Ничего, только наградили меня блохами, и они мне ноги искусали.

Все смеются.

Мартирио. Ты можешь покрасить его в черный цвет.

Магдалена. А лучше всего подари его Ангустиас к свадьбе с Пепе.

Адела (со сдержанным волнением). Разве Пепе Римлянин…

Амелия. А ты не слыхала?

Адела. Нет.

Магдалена. Ну, теперь ты знаешь.

Адела. Не может быть!

Магдалена. Деньги все могут!

Адела. Значит, вот на кого она смотрела через щелку в калитке?

Пауза.

И этот человек способен…

Магдалена. Он на все способен.

Пауза.

Мартирио. О чем ты думаешь, Адела?

Адела. О том, что в мои двадцать лет мочи нет соблюдать этот траур.

Магдалена. Привыкнешь.

Адела (разражаясь плачем, со злостью). Не привыкну. Не могу я сидеть взаперти. Я не хочу зачахнуть, как вы, не хочу пожелтеть в этих комнатах. Завтра надену свое зеленое платье и пойду гулять по улице. Я хочу на волю!

Входит Служанка.

Магдалена (властно). Адела!

Служанка. Бедняжка! Как она горюет по отцу… (Выходит.)

Мартирио. Замолчи!

Амелия. У всех нас одна судьба.

Адела успокаивается.

Магдалена. Чуть служанка не услышала, что ты говоришь.

Появляется Служанка.

Служанка. Пепе Римлянин идет вниз по улице.

Амелия, Мартирио и Магдалена бросаются к двери.

Магдалена. Пойдем посмотрим!

Выбегают.

Служанка (Аделе). А ты не пойдешь?

Адела. Мне неинтересно.

Служанка. Когда он завернет за угол, из окна твоей комнаты будет лучше видно. (Выходит.)

Адела остается на сцене. Она с минуту колеблется, потом тоже торопливо уходит.

Входят Бернарда и Понсия.

Бернарда. Проклятый раздел!

Понсия. Сколько денег достается Ангустиас!

Бернарда. Да.

Понсия. А остальным-то гораздо меньше.

Бернарда. Ты мне это уже три раза сказала, и я не стала спорить. Гораздо меньше, много меньше. Не напоминай мне про это.

Входит густо напудренная Ангустиас.

Бернарда. Ангустиас!

Ангустиас. Да, мама.

Бернарда. Как у тебя хватило духу напудриться? Как ты могла умыть лицо в день смерти отца?

Ангустиас. Он мне не отец. Мой отец умер давно. Неужели вы уже не помните?

Бернарда. Этот человек, твой отчим, сделал для тебя больше, чем родной отец. Благодаря ему ты теперь станешь совсем богачкой.

Ангустиас. Это мы еще увидим.

Бернарда. Хоть для приличия вела бы себя как положено! Хоть из уважения к покойному!

Ангустиас. Мама, позвольте мне выйти.

Бернарда. Выйти? Сперва пудру сотри. Ишь какая тихоня! Вся в теток! (Насильно стирает носовым платком пудру с лица дочери.) Теперь иди!

Понсия. Бернарда, не будь такой въедливой!

Бернарда. Я еще не выжила из ума, как моя мать, и прекрасно знаю, что делаю.

Входят все дочери.

Магдалена. Что случилось?

Бернарда. Ничего не случилось.

Магдалена (Ангустиас). Если разговор идет о разделе, то деньги к деньгам – ты у нас самая богатая, можешь все взять себе.