Чтение онлайн

– Спасибо, дед, – поблагодарил его я и, засунув подарок в карман брюк, вышел прочь из комнаты.

Снаружи было темно и холодно. Громко звучала зловещая мелодия. Откуда-то снизу стал доноситься жуткий плач. По телу моему пробежала легкая дрожь. Заболело сердце. Я стоял и не мог ступить и шагу. В воздухе повисло облако тревоги. Внезапно за спиной у меня послышались чьи-то шаги. Интуиция подсказывала мне, что надо бежать, однако я предположил, что это возможно главврач делает обход, и остался стоять на месте. Когда шаги стали слышны громче, я оглянулся. Следом за мной одетая в черный балахон, с косою в руках, шла смерть.

– Вы главврач? – спросил я и, не дожидаясь ответа, бросился бежать.

– Конечно, главврач, черт подери! – крикнула мерзким старушечьим голосом смерть и бросилась вслед за мной.

Я рванул от нее что есть мочи и бежал вперед, пробегая все новые и новые двери. Однако она не отставала. Тогда я решил укрыться у одного из пациентов и, с ходу открыв первую попавшуюся, вбежал внутрь. Там я увидел старушку лет шестидесяти пяти. Она подошла ко мне и строгим скрипучим голосом спросила:

«Почему ты снова не выполнил домашнее задание, а?» Ответить я ей так и не успел. Ворвавшаяся фактически сразу же за мной смерть ловким ударом косы разрубила старушку напополам. Я мигом выскочил из комнаты обратно в лабиринт и бросился бежать. На этот раз я старался бежать, запутывая следы. Из нескольких коридоров я выбирал один, потом, пробегая по нему, переходил в другой, потом еще в один и в конце концов, я настолько затерялся в этих бесчисленных коридорах, что смерть вроде бы, наконец, немного от меня отстала. Тогда я сел на пол и попробовал отдышаться. Подобных пробежек я, судя по всему, не устраивал уже очень давно – ноги мои болели, сердце бешено колотилось, дыхание никак не восстанавливалось.

Немного поразмыслив, я решил, что лучше все-таки не искушать судьбу и вместо того чтобы сидеть здесь снаружи, ожидая пока меня не найдет смерть, надо бы спрятаться у кого-то из пациентов. Там пересижу, а потом, может, меня, и искать начнут. Я взглянул на дверь, перед которой сидел. Надпись на табличке была такая: «Греза». Я встал, оглянулся по сторонам и, как можно тише отворив дверь, вошел внутрь.

Внутри меня встретила девушка. Очень красивая. Одета она была в прекрасное вечернее платье. Девушка подошла ко мне и сказала:

– Чего стоишь? Сядь, отдышись».

– Дело в том, – сказал я, – что по зданию бегает какой-то псих с косой, вырядившийся смертью, и убивает пациентов.

Она молча указала на стоящее в комнате кресло. Я подошел к нему и сел.

– Ты можешь мне ничего не объяснять, – сказала она. – Я знаю о тебе все. Знаю, возможно, даже больше, чем ты знаешь о себе сам.

– То есть как? – спросил я.

– Но ты ведь фактически ничего о себе не помнишь, верно?

– Верно, – проговорил я.

– А вот я знаю, кем ты был до того, как потерял память.

– И кем же? – заинтересовался я.

– Писателем.

– Ты уверена?

– Да.

– И что же со мной случилось?

– Ты впал в кому.

– В кому?

Она молча кивнула.

– То есть ты хочешь сказать, что сейчас я нахожусь в коме? – предпочел уточнить я.

– Да.

– Но как это может быть?

– Я расскажу, если ты пообещаешь меня не перебивать.

– Договорились, – я расслабился и стал слушать.

– Как тебе известно, в голове человека, в его подсознании, если угодно, живет море личностей и до поры до времени каждая из них ведет себя относительно спокойно. Но иногда они выходят из-под контроля. Как правило, побеждает личность полностью противоположная твоей, то есть той, которая на данный момент оперирует не в подсознании, а в сознании. В этом случае говорят о раздвоении личности. Но с тобою все обстоит иначе. Поскольку ты являешься писателем, то склонен воплощать занимающих твое подсознание личностей в жизнь на листе бумаги, в своих рассказах и повестях. Таким образом, личности начинают обретать некоторую завершенность и становятся более реальными. После того как они захватывают определенную часть твоего мозга (ведь когда ты пишешь, ты думаешь лишь о своих героях, не так ли?), они начинают пытаться убить твое «я» и заменить его своим. Ты же своими придумками наплодил в своем подсознании такое огромное количество личностей, что мозг твой не выдержал... и вот ты здесь.

– В коме?

– Нет, здесь у меня.

– И что мне теперь делать? – спросил я окончательно сбитый с толку ее мудрыми речами.

– В-первую очередь, вернуть память.

– Но как?

– Переспи со мной.

– С удовольствием, но вряд ли это поможет...

– Поможет. Дело в том, что я вторая часть твоего целого. Я твоя инь, которую в реальной жизни тебе, кстати говоря, найти так и не удалось.

– Ну хорошо, – сказал я. – Раз дело того требует...

– Ну что? – спросила Греза, когда мы с ней проснулись. – Вспомнил?

– Да, – ответил я. – Вспомнил.

– Тогда попробуй все проанализировать и расскажи мне по порядку, что с тобой случилось, и что ты намерен делать.

– Ну, начнем, пожалуй, с тьмы и света, с которыми я здесь столкнулся раньше всего. Теперь я, видимо, сумел бы дать им мало-мальски ясное толкование. Вероятно, прежде всего, следует руководствоваться афоризмом «Мыслю, следовательно, существую», и, находясь между тьмой и светом, я как раз таки и решал, стоит мне мыслить на подсознательном уровне или не стоит. Дальнейшее, со мной случившееся, я прокомментировать не могу, да и не желаю. Вплоть до того момента, как встретился с клоуном, живущим в одной из комнат. Теперь я вспомнил, кто он такой. Самый настоящий клоун и есть. Мне было шесть лет, когда я встретил его в первый раз. У меня был день рожденья, и родители пригласили клоуна, чтобы тот развлекал собравшихся гостей. Однако я видел клоуна впервые, и испугался его. Я страшно верещал звал на помощь, и чем-то в него швырялся, чтобы он держался от меня подальше. В общем, вышел форменный скандал. Однако я не совсем понимаю, почему этот клоун встретился мне здесь снова.

– Ну что ж, – сказала Греза, – пришло время и мне кое-что тебе рассказать. Открыть тайну Дома плачущих ангелов.

– Я внимательно тебя слушаю.

– Дело в том, – произнесла она, – что Дом плачущих ангелов населяют по большей части призраки и ангелы. Что касается ангелов, то это и есть те самые личности, которые борются за право овладеть твоим, точнее пока еще, твоим сознанием. А призраки – это тени твоего прошлого, неразрешенные тобой вопросы, так и застрявшие у тебя в подсознании.

– Теперь я понимаю, что к чему! Девочка из детского сада, на которой я обещал жениться, но из-за переезда на другую квартиру не смог исполнить обещания. Дед Мороз, в которого верил, пока не увидел своего отца, подкладыва-ющего под елку подарок. Бог мой... неужели я все эти годы не переставал мучаться по этим причинам? И все эти бесчисленные кабинеты... там тоже?

– Да, там тоже неразрешенные тобой конфликты. Впрочем, не только.

– Ах да, Кит! Старина Кит! Я придумал его, когда мне было шесть лет. После того как посмотрел фильм о ковбоях. С тех пор я представлял себе, что я тоже ковбой, а он мой лучший друг. И мы с ним вместе бились с индейцами. Кажется, я назвал его в честь главного героя фильма. Значит, старина Кит не предал меня, так? Он отдал мне первую строчку из стиха.