Чтение онлайн

– Вы забываетесь!! Вы ответите! – завизжала Элания.

Кемдор и Стелла отодвинулись от нее как можно дальше. Не заметить того, что происходило с графиней, было невозможно.

Ничего, насчет «ответите» мы слышали…

– Вы пытались отговорить Фонквэ, вы грозили ему, но он был слишком беспечен. Он недооценил того, что есть в вас, ваших знаний, вашего союза с чудовищем… И поплатился за это еще раньше вашего сына. Вы предприняли последнюю попытку сохранить статус кво в пятницу 3 сентября, но Карл был тверд. Вам стало ясно, что перенесения жертвенника не избежать. Мое скорое появление добавляло масла в огонь. Вы вызвали Фонквэ на свидание под предлогом помощи, разве нет? Вы знаете о подземельях все, поэтому назначили встречу в бывшей кладовой неподалеку от святилища. Но вы не собирались договариваться с эльфом. Вы убили его кухонным ножом, взятым в полночь. Вас видели, не отрицайте. Вы смогли лишить эльфа воли к сопротивлению, примерно так же, как меня, и ударили ножом в сердце. После этого вы ушли – через подземный ход в дом. Ваши следы повсюду. Нож и топорик Фонквэ вы унесли с собой. Оба этих предмета вы использовали позже, на следующий день. Вероятно, охранные чары, следы которых мы нашли в спальне Карла, не позволили вам проникнуть в его покои ночью и нанести смертельный удар. Вы были вынуждены пойти на рискованное убийство утром, при множестве свидетелей.

– Вы сами не знаете, что несете! – Губы Элании почернели. Чернота в виде россыпи точек появилась у нее и вокруг глаз.

– Вас никто не видел, потому что вы применили чары. Вы знали, как заставить людей не обращать на вас внимание. Это легко с вашими способностями. Вы пришли в кабинет к Карлу и превратили его в безвольное, лишенное сознания существо. Я знаю, каково это, потому что испытал ваши чары на себе! Карл упал на кушетку, и вы вонзили нож ему в грудь, надавав на него, чтобы лезвие дошло до сердца. Гангрена, поразившая графа в то утро, была делом ваших рук. Она убила бы Карла, но для этого потребовалось бы время. Когда Эрна и Тибальд отправились на встречу со мной, вы не стали терять ни минуты. Нож был гарантом вашего успеха. К тому же вы решили свалить все на эльфа, которого тоже сначала заразили гангреной. Что вы сказали Фонквэ? Небось, пообещали ему снять с него заклятье, когда звали в подземелье?

– Лжете! Где ваши доказательства?

– Любая магическая экспертиза докажет наличие одержимости, – сказал я. – Ваши способности притянули однажды к вашему сознанию некую сущность. Она укоренилась внутри и дала всходы. Можно назвать это существо демоном, не суть важно. Со временем, вы образовали с ними взаимовыгодный симбиоз. Он питался аурой дома и вашей злобой, вашим недоверием к родственникам и детям, вашей завистью. Первой жертвой демона стала Кира. Для вас она действительно была конкурентом. Вы использовали ее в качестве источника питания. Как всякий оборотень, вы знали, как выходить сухой из воды. Вы свели ее с ума, и не удивлюсь, что не без вашей помощи Кира бросилась в море. А старик Драуф? Не благодаря ли вам у него случился сердечный приступ?.. Мотив для убийства Карла и Фонквэ налицо – боязнь, что жертвенник вернется на место. В этом случае демон внутри вас лишится силы. Но есть и другое – вы боитесь, что Ройун-Бойгел доберется до вас! Вот что вас страшит. Жертвенник позволит богу ночи очистить загрязненное пятью веками забвения место. Остается сожалеть о том, что никто из Сэдлфортов не догадался раньше обратить внимание на местоположение жертвенника, а не на него самого.

– Это не может быть правдой, – сказала Стелла. Сейчас она тоже походила на призрак – полупрозрачная, бледная. Кемдор обнял жену. Ему нечего было сказать. Рудхор повалился на спинку стула. Элания пила из него жизнь. Пила много лет, превращая не старого еще мужчину в развалину.

– Перестаньте! – сказал я графине. В этот момент внутри меня все холодело.

Отступать поздно.

Внутренний сыщик влез в доспехи и вышел на бой.

– Вы уйдете отсюда ни с чем, – прошипела графиня. – Ваш лепет жалок! Неужели я могла убить своего сына?

– Именно вы! В вашей семье, у Мербингов, это принято, не так ли? Мы навели справки. Оказалось, что в вашем роду было некоторое количество исключительно злых волшебников, обожающих травить и сжигать своих близких. Некоторые из них получили по заслугам, когда вскрылись их преступления, иные пали жертвами внутренних войн. Ваши отец и мать, например, убили друг друга. Вас отправили к дальней тетке, у которой вы жили до совершеннолетия. Тетка сделала все, чтобы никто не узнал, насколько порочна была семья Мербингов. Вы вышли замуж за Рудхора, а когда Драуф предложил вам заняться магией, могли считать, что жизнь устроена… При первой же возможности вы заключили союз с демоном и впустили его в себя. Карл догадывался об этом, но стоял только в начале пути. Он просто не успел собрать больше информации. – Тихо. Как перед бурей. – В общем, у меня все. Советую сдаться правосудию… В противном случае, ваша участь будет незавидной.

– А что насчет вашей участи? – Лицо графини чернело. Скаттерхолл переминался в стороне. Среди слуг поднималась паника. Еще немного – и они побегут из гостиной.

– Вы уже пробовали убить меня. Если бы не помощь Ройун-Бойгела… Также на вашем счету несколько попыток сломать защитные чары вокруг комнаты для гостей, где остановился я. Все зафиксировано в документах. Вы пробовали заразить меня черной гангреной. Неужели попытаетесь и сейчас?

Рискованный шаг, но именно так мы условились. Надо было вызвать чудовище на какие-то активные действия.

И они последовали. Скаттерхолл вскрикнул. Его ударило нечто невидимое. По комнате разлетелись ярко-оранжевые искры. Призрак завизжал. Чародей упал возле камина.

Чудовище, полуженщина-полудемон, метнулось ко мне.

Она могла убить меня. Достаточно было мгновенья, чтобы выпустить дух из Бэзила Хрофта.

Но Элания просчиталась. Что-то прогремело, затрещало. Призрак замер на месте, крича и дергаясь внутри полупрозрачного столба огня, упирающегося в потолок. Ловушка сработала.

Один из дюжих констеблей вышел вперед с волшебной палочкой в руке.

– Ох, едва не опоздал, – сказал Олаф Фронглаг, один из самых известных и сильных магов, работавших на правительство. – Сильна бестия, ох сильна… – Он поводил палочкой, усиливая защитный кокон. – Давненько ничего подобного не встречал. Благодарю вас, Скаттерхолл, за приглашение. Мы вплотную займемся этим случаем, расследование обещает быть интересным… – Маг поглядел на меня. – Вы проделали гигантскую работу, господин Хрофт. Значит, то, что я слышал о вас, верно…

Он что, сомневался? Я почувствовал себя уставшим. Хотелось спать. А еще сильнее – уехать отсюда.

– Благодарю. Дальше – дело чародеев…

– А как вы плели сеть вокруг преступника! – Олаф с чувством пожал мне руку. Силен был и могуч этот легендарный маг. Переодетый констеблем, он не производил комического впечатления.

Потирая шею, к нам приблизился Скаттерхолл. Судебный маг виновато улыбался.

– Один бы я ее не удержал…

Теперь фигура Элании была неподвижной. Казалось, графиня плавает в прозрачной емкости с водой.

Стоило труда восстановить среди паникующих слуг порядок. Им и хозяевам предстоит долго приходиться в себя после полученного шока. Так что самое сложное для них впереди.

В ту минуту я старался не смотреть им в глаза.

Шериф отпустил публику, и мы устроили последнее перед моим отъездом крупное совещание. Я не хотел оставаться в Миле дольше, чем требовалось.

Прошло целых пять дней, прежде чем я смог уехать из Ветряной Мили. Это были нелегкие дни. Дом умирал на глазах, но жалости к нему я не испытывал. Больше всего меня беспокоила Эрна. Наш разговор на следующий день, хотелось надеяться, вселил в нее уверенность, что все будет в порядке. Я старался, хотя, видят боги, не мастер по части утешений. Девушка потеряла брата и мать. Остался полубезумный отец, с которым придется что-то делать. Одно хорошо – Кемдор раздумал уезжать, пока не будут улажены все важнейшие вопросы.