Чтение онлайн

– Он испугался кактусов? – хмыкнул Тош.

– Да нет же, кретин несчастный, – огрызнулся Ван Дик. – Он даже думать не хотел о том, почему земля в саду такая плодородная, такая черная, тогда как всюду вокруг она больше похожа на пыль. Теперь уловил? Рекс закапывал там трупы! Этот сад был настоящим кладбищем! Мертвяки подкармливали кактусы!

– Бред какой-то! – заартачился Тош.

– Ага! – признал его собеседник. – Но ты-то чуть не попался, бедный простофиля!

В середине дня они описали все, что обнаружили во время первого этапа раскопок. Сара насчитала пять разбитых старинных статуэток. Картина – предположительно викторианской эпохи – в лоскутах. Три горшка доколумбовой эпохи (вывоз запрещен!) чудом уцелели. Мебель же буквально взорвалась под давлением балок и разрушенных стен. Персидские ковры напоминали плохо прокрашенную шерсть зубра.

– Ничего интересного, – прошептала Антония. – Я даже не знаю, разочарована я или успокоена.

– Это лишь начало, – ответила Сара. – Не ослабляй защиту, игра только началась.

– Думаю, мы просто поддались панике, – пожала плечами Антония. – В конце концов, это всего лишь разрушенный дом, и ничего больше. Как только мы найдем этот дурацкий магнитофон, я делаю ноги.

Саре хотелось бы разделить ее оптимизм, но надпись, выведенная на пыльной поверхности, продолжала танцевать у нее перед глазами: «Бегите! Завтра будет слишком поздно».

Оглядев горы просеянного строительного мусора, Сара решила, что пришло время устроить сиесту. Жара стала совершенно невыносимой.

Она чувствовала себя грязной, одежда стояла колом от смеси пота и пыли. Однако о том, чтобы потратить питьевую воду на умывание, не могло быть и речи. Как и ее компаньоны, она уже выпила семь литров. В таком темпе запасы иссякнут довольно быстро.

Когда наступила ночь, Тош и Ван Дик объявили, что займутся стряпней, а барышням остается только чопорно сложить ручки на коленях, как подобает истинным леди.

Они все слишком устали, так что шутки быстро сошли на нет. Сара быстро отпустошила свою миску, даже не отдавая себе отчета в том, что ест. Через десять минут она уже залезла в свой спальный мешок и уснула, крепко сжав кулачки.

Рекс Фейнис придет к ней около полуночи.

Она почувствовала его пальцы у себя на лице – он нежно ощупывал ее лоб. Рекс, одетый в белый смокинг, который когда-то надевали все звезды по торжественным случаям, склонился над ней. Его черные волосы казались нарисованными прямо на черепе, безупречная линия усов напоминала перевернутую галочку, сделанную китайской тушью. Он был похож на волшебника из мультфильма. (Возможно, на Мандрэйка [8] , созданного Ли Фальком и Филом Дэвисом?)

Сара открыла глаза. Ее очаровала его элегантность. Рекс приложил палец к губам, словно призывая не будить остальных. То, что должно было произойти дальше, предназначалось только для посвященных.

Она последовала за ним из палатки, гордая тем, что он выбрал именно ее. Она знала, что должна от него бежать, но была не в состоянии это сделать.

«Это всего лишь сон, – повторяла она себе. – Это совершенно не важно». И тем не менее она понимала, что лжет самой себе. Это не сон. В этом-то и заключалась опасность. Она находилась на пороге пограничной территории. И только что перешагнула черту, поддалась плану, далекому от реальной жизни. Вместе с контейнером приоткрылась дверь в другое измерение. Оттуда появился Рекс.

Сара пошла за ним по пятам, они вошли в цилиндр.

– Рой, – велел Рекс, – там ты увидишь дверь, открой ее. Когда окажешься на той стороне, я объясню, что тебя ждет.

Сара повиновалась. Конечно, она должна была отказаться, но не смогла и стала разгребать завал. Внезапно она наткнулась на красивую высокую дверь красного дерева. Ручка легко повернулась. Сара шагнула вперед.

Едва переступив порог, она поняла, что находится в гостиной Дома шепотов. Впечатляюще роскошной гостиной, какой она была до землетрясения. На журнальном столике урчал огромный «Филко», медленно крутились бобины. Сара знала, что ламповые усилители дают магнитофону такое качество звука, с которым никогда не сравнится ни один транзистор.

– Все, что ты скажешь, будет записано на специальную пленку, которую нельзя ни стереть, ни уничтожить, – объявил Рекс. – Она будет вечным свидетелем.

– Чего вы от меня хотите? – заволновалась Сара.

– Да ладно тебе, – усмехнулся Рекс. – Не надо передергивать! Это ты чего-то от меня хочешь. Все вы приходите с одной целью – чтобы я дал вам то, чего вы желаете, Ты, естественно, хочешь, чтобы я уничтожил твои шрамы. Это возможно. Но до того – до того – тебе следует это заслужить. Ты должна развлечь меня.

– Вы хотите, чтобы я переспала с вами? – бросила Сара. Но как только она произнесла эти слова, то поняла, насколько – о, насколько! – ей бы хотелось, чтобы этим все и ограничилось!

Увы, как она и боялась, Рекс отрицательно покачал головой.

– Такие вещи меня не интересуют, – объявил он. – Нет, если ты хочешь выздороветь, ты должна отдаться другим мужчинам, я сам выберу тебе партнеров.

– Но они не захотят меня, – простонала Сара. – Я слишком изувечена. Как только они увидят мои шрамы, то оттолкнут меня. Так все всегда и происходит.

– Вот именно! – ухмыльнулся Рекс. – В этом-то и заключается весь интерес игры. Ты должна будешь как-то выкручиваться, чтобы они забыли о твоем уродстве. Тебе придется стать такой похотливой, чтобы они забыли о твоих шрамах и думали только о том, как бы тебя трахнуть. Вот такую цену тебе придется заплатить за выздоровление.

– А Адриан Уэст? – резко вскинулась она. – Что вы потребуете от него в обмен на возможность ходить?

– Я потребую, чтобы он уничтожил свою коллекцию.

Дальше – туман. Сара оказывается в богато убранной комнате, но без окна. Здесь множество зеркал и темных картин, на которые она старалась не смотреть, потому что они сводили ее с ума. Ей показалось, что это написанные Гойей картины о колдовстве. Явно подлинники. Кровать с балдахином, толстый ковер кроваво-красного цвета, алые простыни. Даже стены были оклеены красными обоями с золотыми лилиями. И она оказалась в этой комнате, одетая лишь в черный кожаный корсет, скрывавший ее тело. Она ласкала одного мужчину, десяток мужчин – она уже не знала скольких.

В соседних комнатах, больше похожих на бетонные камеры, в подвалах Дома шепотов, «священнодействовали» другие женщины. В основном звезды экрана, а также певички, от которых отвернулась капризная публика. Под крылышком Рекса они стали проститутками, чтобы поддерживать привычный уровень жизни. Фейнис находил им богатых клиентов, которые были готовы заплатить целое состояние ради того, чтобы переспать с героиней своих фантазий. Обычно они оказывались сильно разочарованными после подобных экспериментов и возвращались очень редко. Им достаточно было одной ночи, чтобы понять, что между кинематографическими персонажами и женщинами из плоти и крови, которые их играют, лежит огромная пропасть.