Чтение онлайн

– Благодарю вас, мосье, – отозвалась Энн, тщетно пытаясь улыбнуться.

– Но я должен извиниться перед вами за происшедшее этой ночью, – продолжал Ано. – Я делаю это со стыдом. У меня не было сомнений, что вас привезут сюда, оставив в нежных ручках мадемуазель Бетти, и я пришел, чтобы избавить вас от них. Но у меня никогда в жизни не было более сложного дела – такого ясного для меня и с таким малым количеством доказательств для суда. Я должен был получить доказательства и был уверен, что найду их сегодня ночью в этой комнате. Однако прошу вас мне верить – если бы я хоть на миг представил себе жестокое обращение, которому вы подвергнетесь, то пожертвовал бы этими доказательствами. Умоляю простить меня.

Энн Апкотт протянула руку.

– Мосье Ано, – просто ответила она, – если бы не вы, меня бы сейчас не было в живых. Я бы лежала здесь в темноте и одиночестве, как мне обещала Бетти, в ожидании Эспиносы… и его лопаты. – Она так сильно вздрогнула, что диван покачнулся.

– Вы должны забыть об этих несчастьях, – мягко произнес Ано. – У вас есть молодость, как я говорил вам раньше. Пройдет немного времени, и…

Его прервало возвращение Никола Моро в компании комиссара Жирардо и двух жандармов.

– Франсину Роллар уже увели? – осведомился Ано.

– Сейчас уводят, – сухо отозвался Моро. – Можете ее слышать.

Из коридора доносились шарканье ног и женский голос, выкрикивающий ругательства. Потом звуки стихли.

– Мадемуазель Харлоу не доставит вам столько хлопот, – сказал детектив.

Бетти съежилась на стуле, отвернувшись и что-то бормоча себе под нос. Она ни разу не взглянула на Джима Фробишера с тех пор, как он вошел в комнату.

Наклонившись, Моро развязал Бетти лодыжки, а высокий жандарм поставил ее на ноги. Но колени девушки подогнулись – силы покинули ее. Жандарм поднял ее, как ребенка, и направился к двери, но Джим преградил ему дорогу.

– Стойте! – крикнул он. – Мосье Ано, только что вы сказали, что верите каждому слову истории мадемуазель Энн.

– Это правда.

– Значит, вы верите, что мадам Харлоу была убита в половине одиннадцатого вечера двадцать седьмого апреля. А в это время мадемуазель Бетти была на балу у мосье де Пуйяка! Вы должны ее освободить!

– А как насчет событий этой ночи? – отозвался Ано. – Пожалуйста, отойдите.

Джим неохотно шагнул в сторону. Когда Бетти выносили из комнаты, он стоял с закрытыми глазами и с таким горестным выражением лица, что Ано довольно неуклюже попытался его утешить:

– Для вас это был поистине горький опыт, мосье Фробишер.

– Вам следовало с самого начала все мне рассказать! – огрызнулся Джим.

– А вы бы мне поверили, если бы я это сделал? – Так как Фробишер промолчал, Ано добавил: – Я рассказал больше, чем вы думаете, и пошел на страшный риск, чего, как я теперь знаю, не имел права делать. – Он повернулся к Моро: – Когда они уйдут, заприте ворота и входную дверь, а ключи принесите мне.

Жирардо уложил в пакет раствор яда, шприц, таблетки цианида и обрывки веревки.

– Здесь есть еще кое-что важное, – заметил Ано и, склонившись над письменным столом, поднял большой и плоский черный футляр. – Вы должны это узнать, – обратился он к Джиму, передавая комиссару футляр от пишущей машинки «Корона». Судя по его весу, машинка находилась внутри. – Да, – продолжал детектив, когда дверь за Жирардо закрылась. – Эта комната служила фабрикой производства анонимных писем. Здесь накапливалась информация, здесь печатались письма, отсюда они рассылались.

– Шантажирующие письма с требованием денег! – воскликнул Джим.

– Некоторые из них, – кивнул Ано.

– Но у Бетти Харлоу было достаточно денег. А если бы ей понадобилось больше, она могла только попросить.

Ано покачал головой.

– Шантажисту денег никогда не достаточно. Тем более, когда его самого начинают шантажировать.

Фробишера внезапно охватил гнев. Ведь Ано и он пришли к выводу, что в этих преступлениях замешана целая шайка. Возможно, Бетти была ее членом или даже главой, но неужели остальные должны выйти сухими из воды?

– Есть и другие! – воскликнул он. – Человек, который ехал на том мотоцикле.

– Младший брат Эспиносы, – отозвался Ано. – Вы обратили внимание на его акцент, когда остановились у развилки в Валь-Терзон? Больше ему не садиться в свой мотоцикл.

– А человек, который принес… мешок?

– Морис Тевне, – усмехнулся детектив. – Молодой многообещающий новичок. Сейчас он в участке. Ему никогда не дождаться от меня доброго слова, которое откроет для него путь в Париж.

– А сам Эспиноса, который должен был прийти сюда завтра… – Джим осекся, глядя на Энн.

– И который убил Жана Кладеля, – добавил Ано. – Глупец! К чему использовать каталонский нож каталонским же способом? – Он посмотрел на часы. – Несомненно, Эспиноса уже за решеткой. Как и другие, мосье, о которых вы никогда не слышали. Сеть была раскинута достаточно широко, так что можете не опасаться, что кто-то ускользнул.

Моро вернулся с ключами и передал их Ано. Детектив спрятал ключи в карман и подошел к Энн Апкотт.

– Сейчас я не стану донимать вас вопросами, мадемуазель. Завтра вы расскажете мне, почему вы отправились на бал к мадам ле Ве. Это выглядело так, будто вы собираетесь бежать, что, конечно, не было правдой. Завтра вы сообщите мне подлинную причину и то, что произошло с вами там.

Энн содрогнулась, вспомнив недавние события, но спокойно ответила:

– Да, я все вам расскажу.

– Отлично. Тогда мы можем идти.

– Идти? – удивленно переспросила Энн Апкотт. – Но ведь вы заперли пас в доме.

Ано рассмеялся. Детектив приготовил сюрприз для девушки, и он обожал сюрпризы собственного производства.

– Думаю, мосье Фробишер уже обо всем догадался. Этот дом, Отель де Бребизар, [48] по прямой линии находится очень близко от Мезон-Гренель. Между ними находится лишь ряд домов на улице Шарля-Робера. Его построил Этьен Бушар де Гренель, председатель парламента в период царствования Людовика XV, причем этот достойный человек построил его одновременно с Мезон-Гренель. После этого он поселил здесь даму из провинции, у которой дом позаимствовал название – мадам де Бребизар. Никакого скандала не произошло, ибо председатель никогда не являлся с визитами к мадам. И по понятной причине. Между этим домом и Мезон-Гренель он соорудил потайной ход.