Чтение онлайн

— Естественно, тебе тут никто гирю к щиколотке не пристегивал.

— Я знаю, — кивнула она и осведомилась глухо: — Олеську только я удочеряю? Ты не желаешь поучаствовать?

— Нет, — мотнул головой Гаранин. — Я еще не дорос до такой ответственности…

Она кивнула и, наклонившись в три погибели, завозилась со шнурками ботинок. Будто они развязались. Такая ерунда!

— Недоросль хренов, — пробурчала себе под нос Света, силясь не разреветься.

«А на что ты рассчитывала, девочка?» — поинтересовалась мысленно и, выпрямившись, улыбнулась.

— Поэтому мне решать, за сколько продать кафе и как получить опекунство. Я не планирую жить в Зарецке и держать кафешку на окраине города. Мне это не интересно, понимаешь?

— Неплохой вариант, кстати, — хмыкнул Арсений. — Я бы в гости приезжал. Вы бы меня рыбником угощали…

— Обратись к Вовану и Кабану. Они тебя угостят, — отрезала Света и предпожила мирно: — Поехали в Гречишкино, а? Что-то я устала, сил нет…

Из окна кабинетика Михеича за ругающейся парочкой наблюдал Кабан.

— Девка наглая, берегов не чует. Кто-то за нее пишется? Просто так себя нормальные люди не ведут. Да и ты знак давал, — повернул он голову в сторону хозяина лавки.

— Не наглая, — усмехнулся Михеич. — Знает, что за ней сила. Она тебе не зря про землетрясение намекнула. Я кое-что слышал об ее семье. Лучше не связываться, поверь.

— А если такая крутая, чего тут с этим бирюком тусуется? Нашла бы себе получше. Вон мы с Вованом хоть куда.

— Любовь, — поморщился Михеич. — А вы, пацаны, не тяните. Света — девка непростая. Тут приезжал ее родственник. Серьезный мужик. Полруки откусит, коли зазеваешься.

— Ладно, — хмыкнул Вован. — Нас ее предпожение устраивает. Завтра займемся. Все документы девчонке выправим. Чем быстрее сделаем, тем раньше кафе заберем.

Вернувшись к себе в Гречишкино, Арсений поймал себя на мысли, что пребывает в странном состоянии. С одной стороны, хотелось обнять Светку и не отпускать. Никогда. Дать нерушимые обеты, навсегда привязывающие друг к другу. Заделать ребенка, жениться и жить с обожаемой женщиной. А с другой… Полина тоже поначалу казалась верной и любящей, а появился Севочка, и жизнь понеслась под откос.

«Не хочу», — пробурчал про себя Гаранин, сам до конца не понимая, от чего именно с души воротит. To ли от идеи скоропалительно жениться на ляльке, то ли от белого конвертика, валяющегося на краю стола.

— У меня голова болит, — пробормотала недовольно Света и сразу прошла в зимовку. За ней следом заскочила Олеська и, стянув с себя сапожки и комбинезон, плюхнулась рядом на кровать, не оставив Арсению даже шанса устроиться рядом.

Он прошел на кухню и, вскипятив чаю, завалился на диван. А потом, передумав вставать, задремал. И неожиданно для себя осознал, что в его прощение никто особо не нуждается. Нет, конечно, Полине хочется замолить грешки, а Севе помириться с братом. Но, хоть прости их трижды Арсений, на мнение Космонавта это не повлияет.

«Отец никогда не примет в своем доме женщину, рассорившую его детей. Разве что когда родится внук или внучка. И то не факт, — мысленно отметил он и покосился на злосчастный конверт. — Зря оставил, — хмыкнул мысленно. — Читать Полькину ложь не собираюсь. Севке наплету с три короба, что ни на кого зла не держу. Пусть живут и радостно размножаются».

Гаранин громко зевнул, намереваясь поспать, как в кухню притащилась Олеська. Стянула со стола печенье, запила чаем из Сениной кружки, а потом, увидев конверт без надписи, кинулась в зал за карандашами и начала что-то рисовать.

— Ты есть хочешь? — осведомился Гаранин, наблюдая, как девочка старательно выводит фигурки людей, домики и солнце.

— Нет, — отмахнулась Олеська и, высунув язык, принялась раскрашивать солнечные лучи.

Арсений, чуть слышно ступая, отправился в зимовку. Примостился рядом с сонной Светой и, крепко прижав ее к себе, пробормотал чуть слышно:

— Не беги от меня, девочка. Я без тебя пропаду.

— Другую обнимешь, — пробурчала она сквозь дрему. — Я уеду, ты быстро замену найдешь.

— Найти-то не трудно, — хмыкнул он, прижимая ее к себе. — Но зачем нам расставаться, если и так хорошо?

— Я пока никуда не еду, — отмахнулась она. — А там посмотрим… Может, скоро надоем и ты меня в Зарецк отвезешь и в первый попавшийся поезд посадишь.

— Даже не мечтай, куколка, — рыкнул Гаранин. — Как ты можешь надоесть, если мы и не ссорились.

Он чмокнул ее в ключицу и тревожно подумал, что и с Полиной жил в ладу, а оказалось-в аду. За женой пришлось долго ухаживать, пока она не соблаговолила переспать с ним. И то у нее на пальце уже играл всевозможными гранями бриллиантик помолвочного колечка. А ляльку и просить не пришлось. Сама в первый же вечер в койку прыгнула. Такие женщины созданы для удовольствия мужчин и уж точно не дпя женитьбы. Он залез рукой под тонкую майку и, нащупав упругое полушарие, зашептал жарко на ухо:

— Может, спровадим Олеську на гору к людям другой расы? Я сейчас Сергею позвоню, пусть заберет. Мне не терпится, маленькая…

— У меня болит голова, — ледяным тоном отрезала Света, откидывая его ладонь со своей груди. — Подожди до вечера, Джин. У нас все по расписанию, а внеурочные встречи в душевой не предусмотрены. Гаранин скатился с кровати и, наскоро обув валенки, выскочил во двор, завел Ямаху и умчался в сторону Лебяжьего.

— Идиот, — тихо ругнулась Света.

«До ответственности он не дорос, а вот в душевой потрахаться прям горит. Обойдешься, мальчик. Любишь кататься, люби и саночки возить, — подумалось ей. Но в тот же момент Света одернула саму себя. — Какой ему брак? Ведет себя как мальчишка! Взбрыкивает, как жеребец-малолетка. Ему бы только с туристочками трахаться. Каждую неделю с новой. Какой из него отец семейства? Уж с Люсьеном точно не сравнить!»

И вспомнив бывшего мужа, Света горько разрыдалась. Мысли постепенно перешли на родителей.

«Папочка дпя меня сил не пожалел, — подумала она. — Сколько же денег ушло на лечение? А дядя Витя еще добавил. Шутка ли, рак крови вылечить! А ведь я ему не родная, Пахомову тем более. А Гаранину все нипочем. Никакой ответственности и серьезности. Олеська, конечно, не своя, но и не чужая. А вот помочь ребенку в беде даже не собирается. Где бы она сейчас была, если бы не я? Ему она точно тут мешает. Девочку на гору отвезем и в койку — вот классно придумал. А что ты хотела? — обратилась она к самой себе. — Человек избегает серьезных отношений и не делает из этого секрета. И кажется, тебя, милая, это еще месяц назад устраивало. Так что же изменилось? Наверное, я влюбилась, — после некоторого раздумья призналась Света. — Мужик классный. Красивый. Лучше уехать и вспоминать время от времени, как веселое приключение».