Чтение онлайн

— Но почему он молчит? — Урсула перестала есть.

— Потому что не хочет красоваться, а еще отчасти он боится своего отца, — ответил он.

— Но...

— У Виктора есть кое-какие соображения, — Артур налил ей еще вина.

— И какие же? — с придыханием спросила Урсула.

— Он хочет купить какой-нибудь старый завод, а потом, в Америке, оборудование, и делать лекарства в промышленных масштабах, и продавать в своей аптеке, — изрек Артур.

— Значит, аптека принадлежит Виктору? — она свела брови. — Но вам нужны инвесторы?

— Да, — он кивнул, — нужны.

— Тогда пришло время познакомиться с Ротербергами.

***

Февраль 1920.

За городом Виктору удалось купить старый завод, что он долго обустраивал. Хейден Ротерберг как управленец помог организовать процесс. Артур, Виктор и Хейден стали партнерами, организовали дело по принципу Генри Форда. Они выписывали технику, нанимали рабочих, Фредерику Свану новая компания дала возможность проводить эксперименты по созданию новых лекарств.

Теперь Виктор осматривал свое детище, мечтая, чтобы дело не прогорело и не пострадали люди. Он слишком много вложил сюда.

Так появилась «Лейтон и Ко», дело всей его жизни. Списки приглашенных на открытие были уже готовы, а Урсула дала обществу повод посплетничать о его происхождение, теперь все знали, кто он, — все, кроме Дианы, — почему-то ей он не позволял об этом говорить: пусть гадает, кто этот таинственный лорд Холстон.

Он помнил первую встречу с Хейдоном, Виктор же не помнил ничего, да и слушать рассказы об его бывшей семье тоже был не намерен. Он знал, что Руфусу уже девятнадцать, а Анне — семнадцать, то, что мамочка с папочкой души в них не чают, — он это знал всегда. Хейден сразу же предложил план по перестройке завода, ведь он уже занимался этим в Ирландии и Лондоне.

Он был благодарен Урсуле за то, что она организовала их встречу, несмотря на то, что отчасти дала повод вспомнить его прошлое. Прошло почти шесть лет, и теперь он уже никогда не будет принадлежать ирландской земле. Здесь он свободен, здесь он у него будет все.

На открытии было много людей, со многими Виктору пришлось познакомиться. Так он нашел художника, что предложил рисовать эскизы упаковок. Мария приехала вместе с Вильямом, конференция должна была скоро закрыться, но Вильяма оставляли в Париже. Диана заболела, и поэтому ее не было. Кстати, ей исполнилось шестнадцать, что вызывало ревность у Соланж, которая снова объявилась в Лондоне и пыталась завоевать Виктора.

Рамсей был горд, но испытывал грусть: Виктор решил забросить госпиталь, в чем не мог себе отказать Артур. Гости пили шампанское, и Виктор подмечал в них потенциальных клиентов: женщины будут приходить к нему в аптеку, а потом звать своих подруг, ну, а затем Виктор будет предлагать конкурентам продавать и его товар, платя им за это. За деньги многие согласятся.

Это было новое время. Время «долгого перемирия» и великих потрясений...

Глава 11

Худший способ скучать по человеку — это быть с ним и понимать, что он никогда не будет твоим.

Габриэль Гарсиа Маркес

Май 1920.

Уже почти год Диана не была в Англии; в последний раз она приезжала на Рождество, но Виктора так и не увидела. Никто не говорил, где он, а в обществе сплетничали о молодом лорде Холстоне, и Диане очень хотелось знать, кто это. Лондон вновь удивил: днем жизнь кипела, и до позднего вечера город не затихал.

Девушка вдыхала сладкий воздух, смотря на улицы и замечая контрасты: здесь шел богатый лорд, одетый по моде, и здесь же стоял мужчина с протянутой шляпой, прося милостыню. Сколько еще понадобится времени, чтобы Лондон стал прежним? Тогда все были охвачены идей пацифизма, англичанки еще пока не получили право голосовать; феминистки не останавливались, они все больше и больше отвоевывали позиции.

Диана приехала к отцу на Логан-Плейс; Рамсей по этому случаю устроил ужин, где была Аманда с Сайманом и их дочка Теа. Урсула и Артур опоздали; Диана ждала, что вместе с ними приедет и Виктор, но этого не произошло. Она грустно водила вилкой по тарелке, и ее одолевали разные мысли: «А что, если у него появилась девушка, на которой он хочет жениться? А может, он уехал навсегда из Лондона?» Артур ничего не говорил, только расспрашивал ее о Париже и Марии с Вильямом, с которыми она часто встречалась. Сейчас последний работал в британском посольстве, и поэтому Мария часто устраивала светские вечера.

— А где Виктор? — вдруг неожиданно спросила девушка, обращаясь к отцу. — Он больше не навещает тебя, папа?

— Виктор сейчас в Штатах, — ответил Рамсей.

— Он уехал навсегда? — Диана пыталась скрыть в голосе испуг.

— Нет, он уехал две недели назад и вернется не раньше октября, — вставил Артур.

— Зачем? — продолжала расспрос Диана. Артур смутился и посмотрел на Урсулу, его взгляд словно спрашивал: «Неужели ты ничего не писала об этом?»

— У него там много дел. Во-первых, нужно найти хорошее оборудование (то, что мы купили, нужно менять), во-вторых, там много предпринимателей, которые могут дать множество ценных советов... — Диана посмотрела на Артура с недоумением, ожидая подробных объяснений. — У нас с Виктором и Хейдоном Ротербергом совместный бизнес.

— Вы продали аптеку и бросили свой госпиталь!? — возмутилась девушка, понимая, что таким поступком они предали идеалы отца, но Рамсей молчал.

— Нет, она как стояла там, так и стоит. Мы в январе открыли свой завод и теперь продаем свои лекарства, в красивых коробочках, с надписями и инструкциями, что печатают нам на типографии отца Джейсона. Прибыль пока небольшая, и все, что мы вложили, еще не окуплено, — Артур говорил быстро, но из его слов она уловила главное — у Виктора и Артура свой бизнес. — Наша компания называется «Лейтон и Ко», и Виктору госпиталь больше не нужен, а я его не бросил, и Джейсон со мной работает, а Фредерик работает на нас.

Диана молча слушала. Виктор, ее Виктор, занимается своим делом. Он, он... Сердце почему-то пело и радовалось. Она пожала плечами, снова начиная ковыряться в своей тарелке. Но только одно не укладывалось у нее в голове — где Виктор нашел столько денег? А может, Виктор и есть тот таинственный лорд Холстон?

После того, как Сайман, Рамсей и Артур остались в гостиной, три сестры ушли в библиотеку. Аманда заперла дверь, как делала и в юности. Ей было уже почти двадцать четыре, Аманда никогда не отличалась крутым нравом, она была мягким человеком, редко спорила и считала правильным иногда согласиться, чем яро спорить, называя это проявлением упрямства и глупости. Они жили с Сайманом тихо, он был хорошим отцом, она любила его, но немного устала от некого однообразия. Он много работал, а она вела хозяйство в его обветшавшем, но очень уютном загородном домике. Так она решилась открыть свой шляпный магазинчик, с чем ей помог Виктор. Она обожала его, но как друга, и Сайман не ревновал ее к нему. Магазинчик облюбовали кокетки, задававшие тон в новой моде.