Дом
Шрифт:
железные ворота были открыты), она узнала, что прихожая была из
современного стекла, боковой кабинет выстроен из деревянной черепицы с
уютным эркером. На третьем этаже была небольшая башенка, частично в
Викторианском стиле, с вырезанными из дерева украшениями.
Дети считали, что в этом доме обитают привидения, но Дэлайла так не
думала. Для нее дом был потрясающим, цветущим, будто пришедшим из
давних времен или из старых черно-белых фильмов. Подростки на Хэллоуин
всегда планировали забросать его яйцами, но, насколько ей было известно, никогда этого не делали. Дом – как самое странное место в Мортоне, вместе с
Гэвином – был настолько необычным, что местные жители хотели
притвориться, будто его вовсе не существует.
Впереди нее Гэвин свернул за угол, и Дэлайла отступила назад, прячась за
стволом огромного вяза и наблюдая. Она ждала, когда он приблизится к забору, и повторяла себе, что как только он коснется защелки на воротах, она
развернется и пойдет домой.
Но этого не произошло.
Гэвин перешел дорогу, и железные ворота начали открываться без единого
к ним прикосновения. Двери отворились на достаточное расстояние, чтобы он
прошел внутрь, и с лязгом закрылись обратно. Она не видела, чтобы он
обернулся или хоть как-то прикоснулся к воротам.
Дэлайла не знала, как на это реагировать, и застыла за старым деревом.
Зачем кому-то автоматические ворота, если подъездной дороги нет? Может, у
него в кармане было что-то наподобие пульта? Но руки Гэвина не были
засунуты в карманы. Он держался ими за лямки рюкзака. Если у него и был
пульт, то он им не воспользовался.
Она перешла дорогу и встала перед внушительной изгородью, окружающей
Лоскутный Дом. Заглянув сквозь густые виноградные лозы, она заметила, что с
входной дверью произошло то же самое: она широко распахнулась, стоило
Гэвину к ней приблизиться. И за дверью никого не было, его встретила лишь
темнота.
Она планировала пойти домой, но после увиденного была не в силах этого
сделать. Не долго думая, проверив носком ботинка нижнюю опору и
набравшись храбрости, она вскарабкалась вверх по крепкой лозе, перелезла
через изгородь и свалилась на газон с другой стороны.
Переведя дыхание, она огляделась. И что это был за вид!
Появившийся перед ее взглядом дом мало походил на образ из ее
воспоминаний. На самом деле, он выглядел так, словно кто-то соединил два или
три дома разных стилей и эпох. Он был разных цветов: темно-бордового, ярко–
желтого, зеленого и небесно-голубого, – и казалось, он ни разу не бывал под
бурей, дождем или даже пылью. Наверху витражные окна сверкали на
послеполуденном солнце и по виду напоминали глаза, следящие за округой.
Одна часть передней лужайки была изумрудно-зеленой, блестящей и густой. А
вот другая, наоборот – почему-то засохшей и пожелтевшей. На задней дворе
красовались деревья, усыпанные рубиново-красными яблоками. На самом деле, каждое дерево в саду цвело, будто весной… но на дворе была середина января.
Дэлайла заморгала, привыкая к свету и чувствуя себя попавшей из
обычного мира в какой-то потусторонний, наполненный богатыми,
насыщенными и яркими красками.
Оглянувшись через плечо, она убедила себя, что попала в какую-то
кроличью нору, или сейчас спит, и ей все это кажется. Разве такой дом может
существовать в реальном мире?
Она обернулась на звук его голоса, когда он с кем-то поздоровался и бросил
на пол рюкзак. Дэлайла подкралась к ближайшему окну и заглянула в него. В
темном каменном камине уютно горел огонь, и ее накрыла головокружительная
волна облегчения: в доме есть кто-то, ждущий Гэвина. Возможно,
приготовивший ему суп и испекший к обеду хлеб.
Но как только его высокая фигура попала в поле ее зрения, шторы перед
ней задернулись с такой силой, что на мгновение Дэлайле показалось, будто
весь дом содрогнулся.
Глава четвертая
Он
Гэвин услышал визг и царапающий звук с улицы, и подбежал к окну,
сражаясь со Шторами
– Дай мне посмотреть! – крикнул он, сообразив, что сейчас произошло. Он
увидел ботинок Дэлайлы, когда она пыталась перелезть через ограду. Тонкие
ветки лозы потянулись к ее ноге. Он постучал по окну, и ветки неохотно и
обиженно отступили назад.
Он не общался с ней раньше, даже зная, что она шла за ним, потому что не
мог себе представить, что даже бесстрашной Дэлайле хватит смелости
перелезть через забор. Прежде чем успел одуматься, он выскочил из дома, пронесся через Ворота и догнал ее на улице.
– Дэлайла!
Она замерла и повернулась к нему с румянцем на щеках, от которого его
губы начало покалывать.
– Прости меня! Я просто… – она моргнула и пожала плечами, не зная, что
сказать. – Просто хотела знать, ты все еще живешь здесь или нет.
– Живу, – ответил он, и неловкость этой ситуации сменилась на какое-то
другое чувство, стоило их взглядам встретиться.
У нее были зеленые глаза и россыпь веснушек на носу. Ему стоило бы