Чтение онлайн

Еще на похоронах Апекса Мишель рассказывала мне, что Кевин совсем слетел с катушек, и, крепко сидев на наркоте, он влипнул в долговые обязательства перед своими же дилерами. Его отец прекратил делать вид, что все нормально, и отлучил того от кормушки, закрыв кредитки. Сам Кевин фактически ничего из себя не представлял, живя за счет подружки Лейни где-то в Портленде.

Из сказанного я поняла, что контрольный пакет акций был поделен в равных долях между членами правления, а все остальные ценности: недвижимость, машины, яхты, самолет, облигации и деньги — Кевин старший жертвовал нескольким благотворительным фондам.

Приколист.

Мишель и Терри достался небольшой коттедж у озера Рослин. Я улыбнулась им.

Кажется, Форд был весьма справедливым парнем, и особенно стал таковым после смерти…

— Моему сыну, Кевину Айрону Форду, я оставляю дом, в котором он вырос. А также 10 % акций Growth Stocks с надеждой, что он сможет, наконец, научиться делать деньги, а не только тратить их…

— Ты, издеваешься, Джон? Дом и бумажки?!! Ты шутишь? — взорвался обделенный сынуля.

— Это воля твоего отца, Кевин, я лишь озвучиваю его последнее желание, — бесстрастно заявил стряпчий. — Кстати, он оставил тебе письмо…

— Да пошел ты, — Кевин вылетел из кабинета.

Я сжала губы, чтобы не улыбнуться. Внезапно, придурок?

— Ну, значит, остались только вы. мисс Форман, — обратился ко мне поверенный, пряча письмо Кевина обратно в толстую папку. — Кассандре Элизабет Форман я оставляю дом, который принадлежал ее отцу…

Я открыла рот. Я ненавидела Кевина Форда два долгих года именно за это. Он так мило прикидывался папиным другом, а после его смерти просто обнародовал гору расписок Алекса. Покер — страшная вещь, если не умеешь остановиться.

Но еще страшнее, когда твой лучший друг не желает остановить тебя. Нам с мамой ничего не оставалось, кроме как отдать Форду дом Форманов — единственную собственность отца.

А теперь…

Зачем тогда?

…- но с одним условием, — продолжал Джонатан.

Ох, ну конечно, условие.

— В течение года она обязана проживать в доме Форманов. Только после этого недвижимость перейдет в постоянную собственность. Если мисс Форман не выполнит условия, дом автоматически перейдет во владение моему сыну Кевину.

Мне словно дали под дых. Я сидела с восковым лицом, стеклянными глазами и открытым ртом.

— Мисс Форман, вам понятны условия наследования? — обратился ко мне огласитель последней воли покойного.

Я покивала и помотала головой одновременно.

— Вы можете обратиться в мой офис в Портленде позже. Мы все обсудим приватно, — он опять залез в папку. — И вам мистер Форд тоже оставил письмо.

Я протянула дрожащую руку, забрала конверт и спрятала в сумку.

Что, черт подери, все это значит?

Люди начали расходиться, а я так и сидела в кресле, ничего не соображая.

"Что, черт подери, все это значит?" — заклинило в моей голове.

— Мисс Форман, — поверенный протянул карточку. — Позвоните мне.

Я кивнула.

— Кэсси, пойдем на кухню, выпьем чаю, — Мишель сжала мою руку.

— Да, хорошо, — выдавила я, встала и отправилась за ней.

Я просидела за столом с Мишель и Терри весь день. Меня накормили и отпоили чаем. Первичный шок прошел, но голова просто гудела, не желая принимать и анализировать полученную информацию.

Что, черт подери, все это значит?

— Я уверена, он сделал это со смыслом, — проговорила Мишель.

— Форд в последнее время был сентиментален, он знал, что умирает, и приводил дела в порядок, — ответствовал ей Терри.

— Ни черта не понимаю, — твердила я одно и то же, как заведенная.

Я сообразила, что наступил вечер, только когда Мишель встала, чтобы включить свет. Нужно ехать в мотель, подумать обо всем, успокоиться, а завтра позвонить поверенному, чтобы разобраться как следует, без эмоций и нервов. Я попросила телефон, чтобы вызвать машину. Мишель настаивала, чтобы я осталась на ночь в особняке.

Не-е-е-е-ет.

Терри предложил отвезти, но я уже набрала номер.

У кованой решетки ворот они оба обняли меня, взяв обещание, навестить их, я неопределенно пробурчала что-то и прыгнула в машину. Водитель тронулся, а я вдруг вспомнила о письме. Достав конверт, разорвала его и прочитала последние слова лучшего друга моего отца.

Дорогая Кэсси.

Я знаю, ты ненавидела меня все эти два года. А может, и дольше. Я признаю, что поступил отвратительно, заставив вас с мамой отписать мне дом в обмен на расписки Алекса. Я был зол на тебя, на Клэр. Я винил вас в смерти своего лучшего друга, который, как мне казалось, отдал свою жизнь лишь потому, что в ней не было вас. Сейчас я понимаю, что злился на себя, потому что не смог стать для него чем-то большим, чем просто другом и партнером по покеру. Я любил твоего отца как родного брата.

Я знаю, что произошло, когда тебе было четырнадцать. Понимаю, почему ты перестала проводить лето в Сэнди. Пол Уотсон все рассказал мне тогда, но я не поверил. Не было сил признать, что мой родной сын — чудовище. Время показало, что он именно таков.

Мне жаль, дорогая. Я так виноват перед тобой, перед Алексом. Оставляю тебе дом Форманов с условием, если ты проживешь в нем год. Ты сможешь его потом продать или сдавать. Но я надеюсь, что за это время ты сумеешь полюбить Сэнди хотя бы вполовину того, как любил его твой отец.

Наверное, ты назовешь меня старым хитрым козлом, Кэсси? И будешь права, когда узнаешь, что при твоем отказе выполнить мое условие, дом уйдет Кевину.

Я надеюсь, это будет для тебя дополнительным стимулом. Пожалуйста, сделай это ради Алекса. И пусть у тебя все будет хорошо.

Прости меня, если сможешь, детка.

Кевин Майкл Форд.

Я хватала ртом воздух.

Наружу.