Чтение онлайн

– Супер! – сказал я, даже не утруждая себя потереть то место, куда Наташа опустила плётку. – Знаешь, что происходит в такие моменты с мозгом того, кого ударяют?

– Что?

– Мозг воспринимает ситуацию, как экстремальную, и мобилизует свой потенциал. У меня уже было такое, и я знаю, что через некоторое время я извлеку из своей памяти много, тысячи мыслей, проскочивших в момент удара, о которых я сейчас даже не догадываюсь. А что касается физического состояния, то, при физической боли в нашем организме вырабатывается эндорфины. Они соединяются с какими-то рецепторами, и, грубо говоря, на всех нервных путях, которые тянуться от периферии тела до центра удовольствия в нашем мозгу зажигается зелёный свет светофоров. Сразу по окончании боли можно некоторое время жить только приятными переживаниями своего тела, потому что они глушат неприятные своим количеством, что является непривычным состоянием, и тело просто улетает. Можешь себе представить, как в таком состоянии работает мозг, и как это отражается на том, что стоит у тебя на первом месте? – с улыбкой вернул я Наташу чуть-чуть назад в нашем разговоре.

– Странно, у тебя всё везде просто, а тут ты такие сложности рассказываешь.

– Тебе урок на будущее: никогда не объясняй своих поступков. Мнение относительно твоего психического состояния у людей всегда будет строиться обратно пропорционально этим твоим объяснениям. Другими словами: чем больше и лучше объяснишь, тем более сумасшедшим тебя сочтут.

– Никогда не думала так.

Я замолчал. Уже и так было много сказано, в том числе и лишнего.

– Я хочу теперь отвезти тебя домой. Теперь я хочу, чтобы ты начала всё обдумывать. Я попрошу тебя быть доступной для связи с тобой каждый день: или смс, или мэйл. Могу я тебя попросить пока никаких звонков?

– Конечно.

– Тебя это не обижает?

– Мы же партнёры!

– Я имею в виду просьбу, а не сам факт.

– Ответ тот же.

– Чёрт, кто-то очень хорошо переставляет фигуры.

– Что ты имеешь в виду?

– Ай, это я так, для себя, чтобы потом подумать кое о чём.

– Ты сейчас о работе подумал, когда со мной говорил?

– Угу, - соврал я, но это было очевидно.

Я выдержал паузу, чтобы не получилось, что я так скоро её выгоняю, и предложил:

– Ну, поедим?

– Поехали.

Когда мы вышли в прихожую, я сказал:

– И так это примерно будет также.

Я наклонился к её обуви, взял один полусапожек в руку, и изготовился помочь ей в обувании, а когда она не среагировала должным образом, вопрошающе посмотрел ей в глаза снизу:

– Я помогу.

– Я уже поняла, - ответила она, выставив ножку вперёд.

– Вот и правильно, - ответил я, и ухватился за ножку Наташи, чтобы она пережила прикосновение моих рук, а я ощущение от прикосновения к ней.

Мы подошли к лифту.

– Хорошо поговорили, - говорю.

Она усмехнулась.

– Может, у тебя такая беседа не первый раз состоялась в жизни, я ж даже представить не могла, что такие диалоги случаются.

– Я бы был скованней, окажись на твоём месте.

– Ты этого не можешь знать.

Мы спустились на лифте в помещение подземной стоянки.

12

Высадив Наташу возле её дома и возвращаясь к себе, я стал думать, как мне убить время до следующей пятницы, особенно выходные. И быстро нашёлся. У меня мало записано телефонных номеров гостиниц в моём телефоне, но если записан какой-то, то значит гостиница хорошая или единственная в этом городе. Отель Эзери в Сигулде не дотягивал до первого, но и о многообразии гостиниц в Сигулде думать не приходилось. И хотя там мне убийственно в прошлый и единственный раз приготовили рыбу за тридцать евро, не говоря о рыбном супе за, что-то там восемь евро, йогуртовый коктейль за три или четыре евро, который тоже был бе-е, и, наконец, наипростейшее мороженое, – я выбрал мороженое ассорти, где упоминалось моё любимое крем-брюле, - их телефон у меня сохранился. Единственная вещь, которую мне довелось тогда осилить с удовольствием, был шарик крем-брюле, который как раз шефом-поваром этого ресторана и не был приготовлен. Но так как это пришлось на ужасные рыбные извращения, мой вечер не оказался тогда таким, каким я рассчитывал, он окажется.

– Чтобы порадовать вас, наш шеф-повар подготовил новое меню. Приходите и убедитесь! На протяжении всего года ресторан «Гадалаики» («Времена года» по-латышски) будет радовать вас своими предложениями, для каждого сезона найдётся что-то особенное и неповторимое. А благодаря богатому разнообразию латвийских зелёных чаёв, найдёте в нашем ресторане и пятое время года!

Я, как говориться, выпал в осадок. Мало того, что явно просматривалось чтение подготовленного текста, так она (девушка-администратор) ещё и выбрала рекламировать то, что у них меньше прочего получается предоставлять своим посетителям. Правда, может с прошлого года там поменяли шеф-повара, но «разнообразие латвийских зелёных чаёв», но «пятое время года»! Да чёрт с ним – с зелёным латвийским чаем – «латвийским»!
– но «пятое время года»! Это ж какой и сколько этого чая надо выпить, чтобы потом знать, между какими (временами года) и что следует засунуть? Но я бы с удовольствием сказал: «Простите, что вы сказали?», - только чтобы ещё раз прослушать такой сексуальный девичий говор с приятным латышским акцентом в своём телефоне.

– Девушка, номер, просто номер, всё остальное я куплю отдельно. Спа, бассейн – всё работает?

– Да.

– Не запланированы ли на эти выходные какие-нибудь корпоративы, свадьбы?

– Нет. Если вы ищете оазиса на природе, чтобы набраться сил, и хоть на мгновение укрыться от повседневных забот…

– Оазиса на природе?

Не знаю, может на латышском это звучит и правильно, но я не такой утончённый ценитель отдыха на природе, чтоб даже углубляясь в лес, утопая в зелени, с машиной, оставленной на парковочной стоянке, с рюкзаком пищевых припасов за спиной искать какой-то там оазис для пикника.

– Оазиса на природе? – перебиваю я следующую, скорей всего вычитываемую из рекламного буклета фразу девушки-администратора, - нет, но спасибо, что предложили. Я просто хочу убить выходные, чтобы они не убили меня, а с понедельника по пятницу я как-нибудь протяну за работой, - спаясничал я; она, конечно, поняла по-своему.

– Тогда только номер? С завтраками?

– Да, только номер и завтраки.

– С пятницы по воскресенье.

– Да.

– Спасибо, что подождали. Забронировано на ваше имя, будем вас ждать.

Это было необычное для меня решение – отправиться в отель Сигулды на все выходные. Но я так за зиму соскучился по углепластиковой раме, воздушно-масляной конструкции вилки профессионального уровня, того же уровня заднего и переднего переключателя, манеток, тормозов, двадцати семи с половиной дюймов колёсам, в общем, по своему скоростному монстру-велосипеду Cube Stereo, который я купил в прошлом году в сентябре за шесть с половиной тысяч евро, и на котором в прошлом году я прокатился всего лишь пару раз, что придуманная случайным образом велосипедная прогулка по некоторым любимым местам в Сигулде неожиданным перечеркнула переживание, что я ни чем не смогу заглушить в себе томительное ожидание в тихие выходные у себя в квартире рабочей недели, а там и пятницы в конце неё.

На следующий день, в 15:00, на два часа раньше окончания рабочего дня я покинул свой офис. В 16:00 я уже выезжал из подземной стоянки с закреплённым в автомобильном креплении велосипедом. В 17:28 я въехал во двор отеля – пятьдесят минут времени выезжал из пятнадцати километров Риги. Поднявшись в свой номер, я быстренько переоделся в спортивный костюм и кроссовки. В сумке брякнула главная драгоценность на сегодняшний вечер – бутылочка бренди.

Мой план был таков: прокатиться до бобслеисткой трассы, в её окрестностях есть несколько точек, откуда открывается великолепный вид на речку Гаую и вообще красивый пейзаж, и до каждой из этих точек я собирался долететь; потом спа, сауна в отеле; потом я зайду в ресторан, чтобы определить, изменилось ли там что-то с прошлого раза, и если да, то остаться и поужинать там, а если нет, то поехать в центр и поужинать в любом другом ресторане, а когда вернусь, совокупиться с парочкой бокалов бренди, пепельницей, пачкой сигарет и зажигалкой, да всё это на террасе или перед открытой на неё дверью… Вот почему бутылочка бренди представлялась мне «главной драгоценностью на сегодняшний вечер». После активного отдыха, хорошего ужина, да такое расслабление от занятий, дел, мыслей…