Чтение онлайн

Он не понял, что то, что я видела, как он практически поцеловал Дестини, было большим жирным гребаным разрывом?

Доминик ухмыльнулся.

— Ты была моей девушкой с тех самых пор, как врезала мне по лицу два дня спустя после нашего знакомства. Ни одна девушка никогда прежде не била меня за то, что я трогал её за задницу, но ты сделала это, а после, каждый день без конца оскорбляла меня и открыто демонстрировала свою ненависть. Мне нравится это в каком-то странном, извращенном смысле. Ты не покупаешься на мою фигню, Брона, ты настоящая со мной. Ты не ведешь себя так, как думаешь, я хочу, чтобы ты вела себя, пытаясь переспать со мной. Большинство дней ты просто отказываешься на меня смотреть и избегаешь любой ценой. Ты удивительная.

Я ошарашено уставилась на него.

— Ты ненормальный. Я нравлюсь тебе, потому что ненавижу тебя?

Доминик рассмеялся.

— Нет, ты нравишься мне, потому что остаешься верна себе и ни в малейшей степени не фальшива. Ты также невероятно красивая и у тебя отпадная задница, что тоже плюс. Ты нравишься мне, потому что это просто ты.

Доминик Слэйтер, мой заклятый враг, только что признался, что я нравлюсь ему. Сейчас, конечно, это уже не было для меня новостью, и со вчерашнего вечера я знала об этом совершенно точно, но, услышав, как он впервые произносит это вслух, я все равно почувствовала небольшую слабость.

Почему это заявление заставило моё сердце сжаться, а в животе запорхали бабочки?

Я прекрасно знала ответ. Он тоже мне нравился.

Чертовски сильно.

— Я сделаю вид, что не заметила этот свинский комментарий насчет моего внешнего вида и задницы. И твоего кратковременного умопомрачения тоже. Я не нравлюсь тебе, Доминик. Тебе нравится Дестини, или есть ещё какая-то причина, по которой ты практически запихнул свой язык ей в глотку в регклассе сегодня? — рявкнула я.

Я ненавидела то, как сильно эта ситуация на самом деле раздражала меня.

Доминик усмехнулся.

— Я не собирался целовать её, детка. Она лезла мне прямо в лицо, пытаясь соблазнить поцеловать её, но я все равно не повелся бы на это, не тогда, когда у меня есть ты. Но если бы это был тест, то ты бы прошла его на отлично.

— Тест?

Доминик кивнул.

— Да, иногда ты как закрытая книга. Я понятия не имею, что ты чувствуешь или о чем думаешь, но, когда Дестини приблизилась к моему рту, и ты вся покраснела от гнева, я понял, что это разозлило тебя.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули.

— Нет, не разозлило. Мне вообще пофиг…

— Нет, не пофиг. Ты не хочешь, чтобы я целовал Дестини и, готов поспорить, не хочешь, чтобы я целовал кого-нибудь другого тоже, верно?

Я отвернулась от него, но он взял меня за подбородок и заставил снова посмотреть ему в глаза.

— Верно? — повторил он.

Хотелось ли мне, чтобы Доминик целовал других девушек?

Нет, определенно, нет.

— Да, — пробормотала я.

Он счастливо улыбнулся.

— Хорошо, потому что я не хочу целовать никого, кроме тебя. Знаю, я придурок, и ты не самая большая моя фанатка, но я хочу быть с тобой. Думаю, я бы был способен на убийство, если бы ты принадлежала кому-то другому.

— Принадлежала? Я не гребаная собственность…

Ухмылка Доминика заставила меня умолкнуть на середине предложения.

— Что? — прорычала я.

Он пожал плечами.

— Хватит спорить со мной, детка. Я хочу тебя, а ты хочешь меня. Просто признайся в этом самой себе, и мы сможем двигаться дальше.

Я фыркнула и, отвернувшись от него, закрыла глаза.

— У меня есть проблемы, Доминик…

— Кому ты об этом говоришь, — перебил он меня. — Не рассказывай мне о проблемах.

Я опять вздохнула, а затем открыла глаза и снова посмотрела на него.

— Нет, у меня есть проблемы с… со… сближением с людьми.

Он снова усмехнулся.

— Я довольно близок к тебе прямо сейчас.

Я закатила глаза и стукнула его кулаком по плечу.

— Нет, я имею виду здесь, — огрызнулась я и указала на своё сердце, после чего уронила руку и смущенно отвела взгляд.

— Брона, — пробормотал он.

Когда я так и не посмотрела на него, он притянул меня ближе к себе и поцеловал в щеку.

— Детка, нет ничего неправильного в том, чтобы подпустить кого-то к себе ближе. Это не имеет ничего общего с тем, что произошло с твоими родителями.

Услышав упоминание о них, я закрыла глаза.

— Пожалуйста, не говори о них. Я люблю и скучаю по ним, но их больше нет. От разговоров о них, у меня только болит в груди.

Доминик снова поцеловал мою щеку и понимающе кивнул.

— Ладно, я не буду больше упоминать о них, но я просто хочу, чтобы ты понимала, что это не одно и то же.

Я фыркнула.

— Но это одно и то же, если я привяжусь к тебе — сильнее, чем сейчас — а затем случится что-то, что отнимет тебя у меня, тогда мне будет больно. Доминик, я уже потеряла двух любимых людей в своей жизни, Бранна — это все, что у меня осталось. Я не сближаюсь с людьми, просто потому что не могу вынести осознания, что они могут оставить меня, не успею я и глазом моргнуть. Это пугает меня, ясно?

Я почувствовала ещё один поцелуй у себя на щеке.

— Я никогда не оставлю тебя. Есть одна вещь, которую тебе следует знать обо мне, детка. Раз ты стала моей, то я уже никогда не отпущу тебя. Я упрямый придурок восемьдесят процентов всего времени, поэтому, даже если ты захочешь оставить меня, я все равно не позволю этому произойти.

Я бы сказала девяносто девять процентов.

Моё сердце бешено колотилось в груди, и пока он говорил, мои чувства к нему становились всё глубже с каждой проходящей секундой.