Чтение онлайн

А пока лучше убрать это белье в шкаф, не стоит выставлять напоказ эти ниточки и порождать ненужные фантазии у рабочих и у охраны.

Мм… а какая приятная ткань у трусиков… интересно, почему он выбрал именно их? Может, хочет меня в… эээ… нет, я не готова к такому. Не сейчас. Может быть, позже… Говорят, так тоже можно получить оргазм. О боже! О чем я только думаю!!! Нет, ни в коем случае нельзя! Потом после таких мыслей могут быть действия. И если в мыслях я ему это позволю, значит, и в реальности не устою. А этого нельзя допускать. У меня только все устаканилось в жизни. Мне новые штормовые волнения в виде Макса не нужны.

Открываю дверь шкафа – а тут меня ждет сюрприз. Весьма приятный. На плечиках висит пара футболок, более скромных, чем та, что лежала кровати. На полочке еще одни шортики и джинсы! Джинсы! Отлично! А вот с бельем не повезло: трусики, что я держала в руках, были самыми закрытыми, если о них так можно сказать.

Остальное белье заставляло буйствовать фантазию на предмет того, что, как и в каких позах сделает со мной Макс, если увидит в нем. И эти фантазии вызывали приятные мурашки по коже и томление внизу живота. Один день с ним – и я превращаюсь в нимфоманку. Хотя, учитывая, сколько у меня не было секса – это нормально, наверное.

Так, надо взять себя в руки. Выбираю футболочку, с полки забираю джинсы, ненавистные трусики, более или менее нормальный лиф и обувь – и со всем этим добром закрываюсь в ванной комнате.

Когда же я выхожу, одетая и с высушенными волосами, на пороге комнаты замирает мужчина с инструментами в руках и амбал, который ранее сообщил о приезде отца Макса.

Как же быстро выполняются тут его распоряжения. Плюсик в его карму от меня. Люблю, когда начальство уважают.

Так.. а чем бы себя теперь занять, пока они пытаются починить все, что разрушил Макс. Может, пройтись по дому, посмотреть, что тут и как… А лучше спущусь в столовую, вдруг обед еще не совсем остыл, или хотя бы его можно подогреть и поесть: организм требует пищи после двух заходов в ванную.

Спускаюсь по лестнице на первый этаж и различаю за приоткрытой дверью голоса, один из которых принадлежит Максу. Наверное: там его кабинет. Подхожу ближе и слышу…

Максимилиан

Да что б тебя!.. И почему именно сегодня все хотят меня навестить?!

Как же не хотелось от нее отрываться, но ничего не поделаешь – все же отец. После опять к ней загляну, и тогда уже точно ничего нам не помешает.

Поворачиваю в сторону кабинета, уверен, батя там меня ожидает. Действительно, стоит у окна и смотрит задумчиво куда-то вдаль.

– Кхм… Привет, отец

– Здравствуй, сын.

Поворачивается в мою сторону и протягивает руку навстречу моей. Стандартное рукопожатие между сыном и отцом.

– Как дела? Какими судьбами в мое скромное жилище?

Молчит и смотрит на меня внимательно, как будто прочтет ответ на моем лице

– Так что случилось?

– Я думал, это ты мне расскажешь.

«Не понял…»

– Ты о чем? У тебя что-то случилось, раз ты приехал в такую даль и даже не позвонил перед этим.

– У меня-то все в порядке. А вот что у тебя случилось?

– Отец, давай по делу и прямо, без каких-либо намеков.

– Хорошо. Давай по делу. Хочу спросить, что тебя заставило снять с общего счета пятьсот тысяч долларов?

Вот блин… Я и забыл, что расплатился с общего счета. На моем уже не было достаточной суммы. Все же это затратное дело – строить и обустраивать дом.

– А, ты об этом. Я и сам хотел с тобой поговорить на эту тему. Как ты знаешь, я был на своеобразном аукционе и после того, как выкупил Алену, хотел уже уйти. Но следующий лот заставил меня вернуться. Она – моя давняя знакомая. Я был очень удивлен, увидев ее там в качестве лота. Посчитал правильным выкупить. А когда она мне рассказала, как туда попала, понял, что поступил верно, и хотел связаться с тобой, но некоторые… эээ… дела мне помешали сделать это сразу. Ну, раз ты уже здесь…

– И что же она тебе такого рассказала? И стоит ли ей доверять?

– Пап, она не любительница перчинки, и да, думаю, она говорит правду. Ей просто незачем мне лгать.

– И как же она туда попала?

– Ее похитили. Угрожали расправой, если не будет послушно выполнять требования устроителей.

– Даже так… хм… странно… Это что же выходит, Дмитрий проворачивает торговлю людьми? Вернее, продает девушек в рабство толстосумам?

– Там были не только девушки, пап.

– Вот как?! Разношерстная публика собралась, значит. Ну что же, этот вопрос надо изучить. Дело серьезное. Что сам думаешь по этому поводу?

– Не знаю еще. Но что этим определенно стоит заняться – уверен.

– Хорошо. Возьмём этого Дмитрия на заметку. Мне он с самого начала показался несколько интересной личностью. А что насчет этой девушки? Где и как она? Еще не побежала в полицию?

– Нет. С ней все хорошо. Чувствует себя нормально. Уже отошла от шока, вроде.

– С каких пор ты сюда привозишь чужих женщин? Что-то не припомню, такого. Или она не просто давняя знакомая, а девушка, которая тебе нравится?

– Ээ… да нет, пап, давняя знакомая… да и не нравится она мне. Просто хотел расспросить поподробнее – что, как и почему она там оказалась.

– Не думаю, что ты до конца честен со мной, сын, в этом вопросе. Наверное, еще сам не разобрался. Ладно, пока не буду настаивать. Вот только…

И тут слышу робкий стук в дверь – в кабинет входит Ника. Только что у нее с лицом? Какая-то бледная, но с таким вздернутым вверх подбородком! Что это с ней? Черт, Ника! Неужели ты услышала, что я сказал отцу?!

Доминика

Вот, значит, как?! Хотя о чем я? Прекрасно же знала, что он ко мне ничего не чувствует. Но почему же тогда так больно в груди, как будто туда вонзили нож и провернули им несколько раз? И живот скрутило так, что хочется сложиться вдвое прямо на этом полу!

Стоп! Надо взять себя в руки! Тем более тут его отец, а это шанс.

Постучала в дверь и сразу вхожу. Выпрямляю спину и поднимаю подбородок.

– Здравствуйте. Извините, что прерываю вас. Узнала, что отец Максимилиана приехал, хотела сказать, что вы воспитали достойного сына. Ведь если бы не он, даже не знаю, что бы со мной было сейчас.

Отец у него такой же высокий, как и Макс. Выглядит лет на пятьдесят. Красив, несмотря на седину. Макс на него очень похож, вот только цвет глаз у отца темный. Без животика, с прямой спиной. И такой… стан у него… как у военного, что ли. Прям чувствуется благородство и власть. Прямой, изучающий меня взгляд, и как будто доволен увиденным. Что ж – приятно.