Чтение онлайн

Он снова был в доме.

Кэмпбелл не сразу сообразил, куда он попал: вокруг темень и теснота, из маленького окошка виден волнистый узор ковра. Знакомая картинка виртуального дома исчезла, и прямо с крыльца сыщика перенесли в нечто показавшееся комнатой в комнате; Пошарив курсором, он вдруг понял, что все пространство от пола до стропил заполняет мальчик в пижаме, который скорчился в полутьме и локтем удерживает миниатюрную дверь. Кэмпбелл очутился внутри убежища Эрни.

В прошлый раз, войдя в гостиную, он заметил у стены кукольный домик — старый деревянный макет кейп-кодского коттеджа, [88] — но отмел его как возможный тайник, поскольку тот был слишком маленький и хрупкий. Видимо, Эрни забрался внутрь, сняв крытую дранкой крышу.

На фонограмме зазвучала чья-то тихая поступь. В домике потемнело — кто-то остановился рядом, застя обзор из окна. Вся сцена представала с точки зрения мальчика, который сквозь крохотное оконце видел лишь забрызганную кровью коричневатую штанину над окровавленной черно-белой кроссовкой.

Будто снаружи стоял исполин.

Мальчик замер и чуть дышал, прикрыв руками голову, спрятанную меж коленей. В путанице рук и ног блестел полный ужаса глаз, обладатель которого весь превратился в слух. Казалось, громкий стук сердца на фонограмме непременно выдаст беглеца.

Потом великан отступил, и обзор расширился: на ковровом море появились обе ноги человека, севшего в кресло перед телевизором.

Капали секунды, но ничего не происходило. Кэмпбелл ждал.

Он знал, что будет дальше, поскольку видел рисунки Софи (Эд прислал их файлом). Очевидно, некоторое различие в деталях объяснялось допустимой художественной вольностью, но абсолютно ясно, что вдохновило художницу: мальчик в кукольном домике, обманчиво гигантская кроссовка, ощущение ловушки и подкрадывающейся опасности.

Наверное, она видела эту постановку, потому что рисунки пропитывает страх. Знала ли она, что все это основано на реальных событиях, а не просто плод чьей-то мрачной фантазии? Заметила ли (невзирая на ограниченный обзор), что долговязая фигура в кресле, вселявшая ужас в мальчика, напоминает отца в молодости?

Кэмпбелл ощутил свинцовую тяжесть в животе.

С клиентом они не встречались, но сходство бесспорно. Когда Листера пригласили в гостиную и по телевизору показали ему мертвую Сам Меткаф на полу купе, он был потрясен тем, что сидевший в кресле человек со спины похож на него. Однако и нынешнее зрелище ошеломляло не меньше.

Опасно поддаться внушению, но одно несомненно, хоть выглядит бессмыслицей: Страж хочет сказать, что той ночью Эд Листер был в доме.

Фигура в кресле подняла с подлокотника руку с пультом и включила телевизор. Кэмпбелл ожидал появления любовной сцены из «Завтрака у Тиффани», но вместо нее возник безмятежный пейзаж с девушкой в летнем платье, которая раскинулась на лугу и задумчиво разглядывала дом на холме.

Слева от нее тянулось красное пятно.

Затем камера отъехала от знаменитой картины Уайета, косо висевшей над кроватью, и медленной панорамой показала алые брызги на стене и куски окровавленной плоти, в рапиде соскальзывающие на пол. Потом изображение застыло, будто Страж счел, что единственный зритель увидел достаточно.

Кэмпбелл отвернулся и встряхнул головой.

Что означали слова Грейс: «Он не знает»?

В ночь убийства Эд действительно был в доме или это часть игры Стража, которую он ведет на грани виртуального пространства и реальности, усердно пытаясь сбить со следа? Почему он не показал лицо человека в кресле? Сам не уверен, кто это? Или же захотел представить «подлинное» доказательство своей версии событий? Потому-то «Эрни» и вернулся домой?

Сыщик решил, что утром еще раз съездит в поместье.

Перед тем как раздеться, Джелли опустила шторы. Потом выключила свет и опять их подняла, что напоследок всегда делала в жаркие ночи, дабы впустить побольше воздуха.

Дожидаясь сна, она голая лежала на простынях и в наушник слушала музыку. Промучилась с час.

Наконец вскочила и прошла к компьютеру — посмотреть, нет ли чего от Эда. Экран, высветивший ее из темноты, навел на мысль, что надо бы прикрыться. Казалось, будто слова оставили в нем прорези, сквозь которые ее разглядывает Эд. Хотя в Сети его не было.

Он прислал письмо.

Нынче утром вся моя жизнь изменилась, теперь ничто в ней не будет прежним. Ты скрылась, и я весь день тебя искал. Я побывал во всех местах, хоть раз тобой упомянутых. Во всякой толпе я выискивал твое лицо, надеясь, что вот-вот тебя увижу. Пусть это кажется безумием, мне все равно.

Джелли, скажи лишь, что встретишься со мной. Я понимаю, ты боишься того, что произойдет, если мы увидимся. Но наша любовь и наша судьба — это не просто так…

Джелли остановилась. Минуточку… Что за черт? Эд гнул свое, будто ни слова не понял… Она же в Питсбурге, в другом штате… она… НЕ СУЩЕСТВУЕТ!

Джелли покачала головой и стала читать дальше. Парень распинается, хотя прекрасно знает, что безразличен ей.

Я ни секунды не сомневаюсь, — что все это должно было случиться, ибо мы предназначены друг другу. Могу лишь догадываться, о чем ты подумала в метро, но когда наши взгляды встретились, я почувствовал, что впервые нашел свою половинку. Отныне для меня… для нас обоих, Джелли, невозможны ни душевное равновесие, ни счастье, ни сама жизнь, пока мы не соединимся.

Он чокнутый или просто тупой? В горле пересохло. Джелли подошла к холодильнику и прямо из упаковки хлебнула апельсинового сока; дверцу не закрывала, чтобы ногам было прохладно.

Потом вернулась к столу и дочитала письмо, вызвавшее оторопь и легкий стыд.

Я не перестану тебя любить, даже если ты откажешь во встрече. Ты говоришь, нам не быть вместе. Мой ангел, жизнь так устроена: если не рискуешь, потом платишь гораздо больше. Я не стану расписывать, что я к тебе чувствую и что ты для меня значишь.