Чтение онлайн

Горные козлы поднялись выше, подарив мне немного уединения, а бобер остался далеко позади. И тогда я заметила троицу, идущую по тропинке.

– Только не туристы, ведь все было так замечательно, - успела подумать я. Хотя это место мне нисколько не принадлежало, они словно вторгались в мои владения, нарушая их идиллию и умиротворение. Но эти трое оказались меньше всего похожими на туристов. В центре был парень, а девушки шли по бокам, обнимая его. Они казались веселыми и сверкающими, как вода в лучах утреннего солнца. И еще от них веяло удивительной свежестью. Девушки смеялись и что-то говорили парню, попеременно приникая к его уху. Он только улыбался и сверкал глазами, а его руки время от времени проходились по не слишком-то прикрытым одеждой бедрам то одной, то другой спутницы. Внешне он напоминал одного известного актера, имя которого так и крутилось в моей голове, но никак не удавалось вспомнить.

– Она пожирает тебя глазами, - сказала одна из них, переходя на знакомую мне речь.

И я немного оторопела от такой прямоты и наглости.

– Нисколько, - возразила я, глядя на странную троицу.

Его светлые глаза и четко очерченные губы на самом деле привлекали внимание. Барышни были не менее прекрасны, но на его фоне они терялись. Когда его губы изогнулись в улыбке, и он подарил мне один из своих многообещающих взглядов, я ощутила, как вздрогнуло в ответ мое сердце и потеплело между ног. И вспомнила, кого он мне напоминал: Джуда Лоу, слащавого красавчика, самовлюбленного и самоуверенного. Но он определенно умел смотреть так, чтобы заставить женщину дрожать от одного своего взгляда.

– Врушка, - улыбнулась другая, - ты сгораешь от желания. Она хочет тебя, - девушка повернулась к Джуду и провела пальцем по его идеальной щеке, - она безумно тебя хочет.

И самое ужасное и бессмысленное было в том, что мое тело действительно хотело его. В голове крутились самые разнообразные не очень приличные сцены с ним и с девушками в качестве аккомпанемента. Девушками, которые готовят меня для него, чтобы он взял меня. Следят, чтобы ему было удобно.

Я отвела взгляд от его сияющих глаз, и напряжение немного спало. Единственное, чего не было во всем этом всплеске желания -это любви. Я знала, внутренним неоспоримым чутьем, что для них секс ничего не означает - всего лишь занятие, чтобы развеять скуку, и не более того. Они были холодны, как лед, все трое. Как можно было оставаться холодными посреди бушующего пламени желания, для меня оставалось загадкой, но это было так. Им неведома была любовь, ревность, собственность - ничего из этих чувств.

– Ты хочешь меня?
– спросил он, протягивая мне руку, предлагая, приглашая присоединиться к пиршеству их радости и тел.

– Хочу, - созналась я, - но это ничего не значит, - я так и не приняла его руки, и обиженный принц, слегка надув губы в притворном жесте, опустил руку обратно.

– А это и не должно ничего значить, - заметила одна из девушек и нежно провела языком по его шее. Джуд прикрыл глаза, и его веки затрепетали от удовольствия.

– Это что, местный клуб нарциссов?
– подумала я, но не стала ничего произносить вслух.

– Она одна из нас, - лицо Джуда посерьезнело, и объятия девушек разжались.
– Ты знаешь это?
– теперь он обращался ко мне. Черт, он на самом деле был очень красив, и я все время ловила себя на мысли, что хочу попробовать на вкус эти идеальные губы.

– Это не так, - качнула я головой, решив, что они меня не затянут в свой клуб свободной любви ни за какие коврижки, даже если мне придется вцепиться зубами в стойку своей палатки.

– Она не знает, - засмеялась другая девушка, - как мило.

– Чье она дитя?
– задумчиво постучала пальчиком по нижней губе первая.

– Мне кажется, в ней есть что-то от Нормата, - заметила другая.

– К тому же, он любил повеселиться, - согласилась первая.

– О чем вы тут говорите?
– возмутилась я, подымаясь и бросая на них гневный взгляд. Одно дело валять дурака и изображать из себя сексуально озабоченных, и свосем другое - строить предположения о моей семье.
– Я не имею к вам никакого отношения. Я - приезжая.

– О, да, он любил гастролировать, - усмехнулась в свои длинные волосы первая.

"Гастролер", - это слово больно резануло мою память, полностью созвучное тому, что когда-то сказала бабушка. Неужели это могло быть правдой? Неужели я приехала на родину своего отца? Настоящего отца? Но это казалось совершенно невероятным.

– Кто такой этот Нормат? Житель вашей деревни?
– уточнила я, и на их лицах появились снисходительные улыбки.

– Это один из наших людей, - улыбнулся Джуд, и его глаза сверкнули прозрачной глубиной озера. Эти глаза, их манеры, - я, наконец, поняла. Они не были людьми. Но они и не были вампирами - в этом я была определенно уверена. Что же это были за существа? Когда девушки легкими движениями коснулись моих рук, я отдернулась. Но когда мне снова протянул руку Джуд, так искренне и многообещающе глядя в глаза, рука сама порхнула ему навстречу. Как только его пальцы сжали мои, я готова была сделать все, что он скажет.

Очнулась я голой в листьях, и меня поливали водой из ручья. Мне не было ни холодно, ни неприятно. Рядом со мной, полуразвалившись, в этой своей вечно-расслабленной манере, лежал Джуд.

– Мы же не...
– в отчаянии начала я.

– Нет, ко мне приходят только по своей воле, - улыбнулся он.

– Тогда что я здесь делаю в таком виде, и где моя одежда?
– я пыталась прикрыться от него листьями, но тщетно: потому что так или иначе проглядывало мое голое тело.

– Перестань прятаться, ты прекрасна, - ответил он, лениво кладя травинку в уголок своего божественного рта.
– Мы спросили землю, чье ты дитя.

– Спросили землю?

– Ты и правда дитя Нормата.

– Я могу его увидеть?
– осторожно спросила я.

– Увы, нет, - отозвался Джуд, опускаясь на спину и глядя в небо.
– Нормат покинул нас. При этом, правда, оставив много своих побегов на земле, - ухмыльнулся Джуд, видимо, считая свою шутку очень тонкой и уместной. Но меня она совсем не порадовала. Узнать, что у тебя есть отец - дон Жуан, который оставил после себя кучу детей, и даже не иметь возможности расспросить его, помнит ли он хотя бы мою мать, знает ли о моем существовании. Хотя, ответ на последний вопрос, судя по всему, был "нет".