Чтение онлайн

— Но если мы понадобимся ей среди ночи…

Тернер покачал головой.

— Мы собираемся ввести ей снотворное, и она будет крепко спать до утра. Приезжайте завтра. К этому времени мы сделаем необходимые анализы и сможем сказать вам более определенно.

Неохотно, потому что ее материнский инстинкт требовал остаться с дочерью, Кейт вместе с мужем последовала совету доктора. До Эйршира было тридцать пять миль, но в утренние часы дорога должна быть свободной, а ливень уже сменился легкой моросью. Чепмены почти не разговаривали, идя к автомобилю по мокрой вымощенной булыжником дорожке. Каждый был занят своими мыслями и ничем не мог подбодрить другого. Черная кошка, промелькнувшая среди мусорных ящиков, была, казалось, единственным живым существом в ночной тьме.

Дом уже успел остыть — отопление отключилось автоматически несколько часов назад. Холод только добавил уныния непривычной тишине и пустоте, встретившей их.

— Ты голоден? — спросила Кейт, когда Сэнди опустился на колени, чтобы зажечь газовый камин в гостиной.

— Не очень. Но я бы выпил чего-нибудь.

Кейт налила в два стакана виски. Они сели по разные стороны камина, даже не сняв верхнюю одежду.

— Все было слишком хорошо, — вдруг сказала Кейт. — Что-то подобное должно было случиться.

Сэнди посмотрел на нее вопросительно.

— Ты быстро нашел работу, а вскоре нашла я, — объяснила Кейт. — Мы купили коттедж в замечательном поселке. Все шло слишком гладко. Это должно было прекратиться.

— Чепуха, — мягко сказал Сэнди. — Ты рассуждаешь совершенно в шотландском духе.

— А мы и живем в Шотландии, — мрачно проговорила Кейт.

— Это не означает, что мы должны придерживаться философии «за все нужно платить».

— Ну да, — согласилась Кейт, попытавшись изобразить улыбку.

— «Каждый, кто предается удовольствиям, рано или поздно будет за это расплачиваться», — передразнил Сэнди суровый тон священника-пресбутерианца.

Улыбка Кейт стала шире.

— Сделаю-ка я тосты, — сказала она, вставая со стула. — Нам нужно поесть, в конце-то концов.

Уснуть Чепменам так и не удалось, и оба испытали почти облегчение, когда пришла пора вставать и заниматься делами. Позвонив в больницу, Сэнди узнал, что Аманда провела ночь спокойно и что им лучше приехать попозже, к обеду. К тому времени врачи уже получат результаты анализов, которые были взяты у девочки утром, и смогут сказать родителям что-то конкретное.

Кейт позвонила Изе Дженкинс, чтобы рассказать о случившемся и отпроситься на сегодня с работы.

— Не волнуйся, — сказала Иза. — Я подозревала, что все серьезно, — бедняжка выглядела совсем плохо. Я уже позвонила одной учительнице, живущей в Эйре, и предупредила, что ей, возможно, придется сегодня выйти на работу, так что все под контролем.

Позвонив Чарли Римингтону домой, Сэнди услышал те же уверения.

— Милые люди, — сказал он, кладя телефонную трубку.

Кейт согласно кивнула.

— Доктор Грейсон и доктор Тернер готовы встретиться с вами, — сказала медсестра, заглянув в зал ожидания. Сэнди и Кейт проследовали за ней по коридору и вошли в маленькую, залитую солнцем комнату. Находившиеся в ней двое мужчин встали при их появлении. Грейсон оказался дежурным врачом нефрологического отделения.

— Сегодня Аманде заметно лучше, — с улыбкой сказал Тернер, обращаясь к Кейт, которая сгорала от волнения. — Ночью она спала спокойно — уверен, гораздо лучше, чем вы оба.

Закончив обмен любезностями, Грейсон перешел к делу. Это был человек лет сорока пяти с редеющими седыми волосами и такими же усами. Его темный костюм, дорогой на вид, явно был сшит на заказ. Манжеты белоснежной рубашки выглядывали из рукавов пиджака ровно на сантиметр, а когда он положил руки перед собой, золотые запонки оказались на одинаковом расстоянии от края стола. Воротник рубашки был тесноват и, как показалось Сэнди, причинял Грейсону неудобство, зато служил отличным фоном для темного шелкового галстука. Словом, Грейсон производил впечатление человека, совершенного во всех отношениях.

— Откровенно говоря, новости не очень хорошие, — начал он разговор.

У Сэнди словно земля разверзлась под ногами. Он сглотнул и взглянул на Кейт, которая тоже была потрясена до глубины души. Грейсон не стал ходить вокруг да около, пытаясь смягчить сказанное.

— У Аманды очень серьезное нарушение работы почек, хотя мы не видим причин для этого. Она неплохо отреагировала на диализ, хотя не так хорошо, как мы надеялись. Что касается прогноза, видимо, в ближайшем будущем диализ станет для Аманды частью жизни.

Сэнди растерянно потер лоб. Его худшие опасения подтверждались ужасающе быстро.

— Могу я узнать, чем вы занимаетесь? — продолжал Грейсон.

— Я работаю лаборантом в районной больнице Даннока, — сказал Сэнди. Он взглянул на жену, которая молча смотрела на свои туфли и, казалось, не слышала вопроса. — Кейт — учительница, — добавил он.

— Хорошо, — сказал Грейсон. — Тогда в дальнейшем можно будет подумать о том, чтобы установить диализный аппарат у вас дома, когда это позволит состояние Аманды. Вы оба вполне справитесь с этой процедурой.

Сэнди поднял руку, словно умоляя Грейсона остановиться. Он ощущал себя как человек, оказавшийся на путях перед стремительно несущимся поездом.

— Вы сказали «в ближайшем будущем»… Что конкретно это означает?

— Это означает, что Аманде потребуется диализ до тех пор, пока мы не подберем ей подходящий трансплантат.

Слово «трансплантат» повергло Кейт в ужас. Она выпрямилась, глядя на Грейсона широко открытыми глазами.

— Трансплантат… — медленно повторил Сэнди. — Вы серьезно? Но как… Когда? В смысле, как долго?