Шрифт:
1
Эта чертова машина опять сломалась! И теперь Мейбл неимоверно опаздывала! Пока она дозвонилась до ремонтников, пока приехал механик, пока устранил поломку, прошло часа полтора, не меньше.
Мейбл почти бежала к дому, где происходило торжество, и кляла всех и вся. Земля была еще сыровата после прошедшего ранним утром дождя, и ноги девушки скользили по мокрой траве. Не хватало еще упасть и выпачкаться в грязи — ей, главе фирмы, устраивающей морские круизы и путешествия по разным экзотическим странам!
Длинные пепельные волосы выбились из-под заколки и теперь развевались на легком ветерке, короткое голубое платье обнажало загорелые длинные ноги. Элегантная сумочка из белой кожи нещадно колотила по бедру.
Около самого навеса Мейбл замедлила бег и отдышалась, стараясь прийти в себя. Следует хотя бы попытаться создать впечатление невозмутимой уверенности в себе, подумала она. Неприлично появляться перед гостями, дыша, как загнанная лошадь, и держась рукой за сердце.
Она с беспокойством обвела взглядом лица собравшихся. Ее острый глаз профессионально отметил сотрудников обслуживающей фирмы, споро и уверенно сновавших в толпе гостей с напитками и закусками. Около стола с винами она заметила Эрику, свою младшую сестру, которая подрабатывала в ее фирме перед началом учебы в университете, куда поступила, сдав все экзамены на отлично. Эрика звонко смеялась, непринужденно болтая с новобрачными — Даниэлем и Терезой. Гости потягивали шампанское и с не меньшим удовольствием поглощали фирменные «домашние бутерброды и пирожки». В воздухе стоял оживленный гомон, лица приглашенных светились улыбками.
Так, внешне все казалось идеальным. Никаких накладок. Ну и слава Богу, с облегчением вздохнула Мейбл, чувствуя, как уходит беспокойство и дыхание постепенно выравнивается.
Интересно, а как она сама выглядит? Покопавшись в сумочке, Мейбл вынула пудреницу и всмотрелась в свое отражение в маленьком зеркальце. Раскраснелась, озабочена… Это ничего, так и должно быть. Она провела рукой по волосам, приводя их в порядок, однако скрыть румянец и лихорадочный блеск в глазах ей было не по силам. Мейбл захлопнула крышечку пудреницы.
Внезапно она почувствовала легкую тошноту, закружилась голова. Казалось, земля под ногами качнулась и куда-то поплыла. Мейбл пошатнулась и, чтобы не упасть, вслепую ухватилась за спинку ближайшего стула.
— С тобой все в порядке, Мейбл Браун?
Мужчина, обладавший низким приятным голосом, раздавшимся за ее спиной, произносил слова, привычно их растягивая. Сердце девушки вздрогнуло, а потом бешено заколотилось.
Эрнест Финлей!
Она не видела его уже два года, и их последнюю встречу можно было назвать какой угодно, но только не дружеской. И то, что Мейбл без труда узнала этот голос, вызвало в ее душе раздражение.
Она поспешно обернулась, пытаясь выглядеть холодной как лед. Но стоило ей встретиться взглядом с серыми глазами, невозмутимо взиравшими на нее, как Мейбл тотчас смущенно потупилась и принялась нервно теребить ремешок сумки, висевшей на плече.
— Все хорошо, спасибо. А ты как, Эрнест?
Мейбл искоса взглянула на атлетическую фигуру своего собеседника и недовольно поморщилась. Ну почему бы ей не догадаться, что и он тут наверняка будет? Мама ведь пересказала по телефону все о предстоящей свадьбе! Она, правда, ни словом не обмолвилась об Эрнесте. Но все равно Мейбл, знавшей, насколько тот дружен с ее кузеном Даниэлем, следовало бы самой сообразить.
В последний раз они виделись на Мальорке. На Эрнесте были лишь тенниска и потрепанные джинсовые шорты. Но и тогда он произвел на нее огромное впечатление. Сегодня же в безукоризненном светлом костюме с гвоздикой в петлице он был просто неотразим. В горле у девушки пересохло. Господи, до чего же хорош!
— У меня все нормально. — Он пристально посмотрел ей в глаза, и на лице его появилась озабоченность, что несказанно удивило Мейбл. — А вот у тебя такой вид, будто ты сейчас в обморок упадешь. С тобой точно все в порядке?
— Да, — заверила девушка, преувеличенно бодро улыбаясь. — Дорога из дому была с приключениями, да еще я опаздывала.
— Ясно… Присядь-ка, я принесу тебе что-нибудь выпить.
— Спасибо, не стоит беспокоиться… — Простое проявление вежливости со стороны Эрнеста почему-то привело Мейбл в смятение. — Как здорово, когда внезапно появляется некто, готовый сыграть роль доброго самаритянина.
— Но ведь я шафер, — ухмыльнулся Эрнест. — Моя задача — ухаживать за гостями, в том числе и за опоздавшими.
В самом деле, подумала Мейбл, ну кто еще мог быть шафером Даниэля? Она переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Эрнеста. Он и ее кузен вместе учились в колледже, но потом их пути в профессиональном мире разошлись, однако это не помешало им сохранить дружеские отношения.
Мейбл подозревала, что для Даниэля его приятель был еще и образцом для подражания. Бесстрашный герой, всегда оказывавшийся там, где происходили природные катастрофы и стихийные бедствия, рискующий своей жизнью, чтобы спасти другие. В то время как сам Даниэль лишь писал об этих событиях, ссылаясь на свидетельства очевидцев.
Когда два года назад пути-дороги Мейбл и Эрнеста пересеклись, ей исполнился двадцать один год. Она с семьей тогда отдыхала на Мальорке. А Эрнест приехал туда повидаться со своей сводной сестрой, вилла которой — надо же было такому случиться! — находилась рядом с виллой Браунов.
Мейбл мгновенно потеряла голову и безумно влюбилась в него. Ей было достаточно один раз увидеть Эрнеста — загорелого, широкоплечего, пронесшегося на водных лыжах по кристально чистым водам Средиземного моря, — и она поняла, что именно этого красавца ждала всю жизнь. Ее будто накрыла приливная волна и увлекла за собой на глубину… Все теперь казалось мелким и никчемным по сравнению с охватившим девушку всепоглощающим чувством.
А потом… Потом были незабываемые две недели. Они познакомились и стали встречаться. Взяв напрокат машину, исследовали остров, пили ароматное местное вино на берегу моря, ели устриц под темными звездными небесами. Конечно, им не всегда удавалось побыть одним, часто они выбирались на экскурсии всей компанией. Но как-то так получалось, что сидела она всегда рядом с Эрнестом, и ей нравилось думать, что тот рассказывает свои потрясающие истории только для нее. Они смеялись, глядя друг другу в глаза, и болтали, болтали… Сейчас и не припомнить о чем, но ее по-прежнему тянуло к нему, будто она знала Эрнеста всю жизнь.