Чтение онлайн

– Это что за рухлядь тебе Винт подсунул? Он теперь впаривает старые тачки.

Ага, проверочка, значит. Хотят сразу узнать, что за фрукт за рулём.

– Нет, это мы как сюда катили – на лотерейщика нарвались.

– Да ну? – лениво протянул проверяющий, но Мазай увидел как подозрительно сузились его глаза.

– Позади километра полтора-два. Не больше, – кивнул Мазай и медленно потянулся рукой за пазуху, – У меня пропуск от Винта. Нам бы на «пароход» успеть.

«Пограничник», не скрываясь, сжал рукоять пистолета, но при этом кивнул согласно:

– Покажи. Только медленно.

Мазай повиновался. Он аккуратно достал и протянул сложенный вчетверо листок.

– Разверни.

Рейдер открыл лист. Мужик с деланым равнодушием пробежался глазами по бумаге и показал на салон авто:

– Нда, хорошо, что Винт за тачку плату вперед берёт. А то с такими ездунами как ты – разорился бы совсем, – мужик кивнул на покорёженный капот, бампер и крыло и задал очередной вопрос, – Дети твои?

– Мои, – не стал ничего объяснять Мазай.

Наступила долгая пауза, во время которой боец ещё раз придирчиво осмотрел всех, кто сидел внутри.

– Багажник открой.

Мазай нажал кнопку открытия багажника. «Погранец» обошёл авто и заглянул внутрь, бурча себе под нос:

– Угу, нифига… Езжай. Ещё успеете.

С громким хлопком дверца багажного отделения встала на своё место, покачнув машину.

– Третий, это Волк. Тут к Вам пассажир с детьми на Винтовском джипе. Не разнесите его там на нервяках, – послышалось сзади.

Это «погранец» передавал по радиосвязи своим о новых посетителях.

Ствол «Корда» плавно переместился с Мазая на зелёнку, потеряв интерес к рейдеру и его спутникам.

Мазай отжал ручник и, постепенно ускоряясь, поехал в сторону пристани. Он пронесся на скорости вдоль поля и сбавил газ перед ещё одной посадкой. Если всё обстоит так, как он думал – за рядами шумящих на ветру деревьев их ждет ещё один такой же сюрприз.

Так и оказалось.

По выезду из леска дорога пошла получше. Она тянулась прямо до блестящей ленты реки. Около неё виднелась станция с двумя зданиями и длинный пирс. По берегу справа от него расположились брошенные и уже ничейные катера и лодки. Все гнило. Время не щадило ничего. Около пирса стояло несколько здоровенных тентовиков, у которых возились люди с оружием и без. Шли последние минуты погрузки. Остроносые БМП и БТРы стояли вокруг станции на небольшом удалении. Несколько машин были запрятаны вглубь двора. Вся техника ощетинилась стволами разных калибров, готовая спалить всякого, кто посягнет на добро Перевала и его купцов. Пара орудийных модулей на бронетранспортёрах тут же развернулась в сторону приближающегося автомобиля. Дети от этого вида съежились на заднем сидении так, словно хотели, чтобы их совсем не было видно.

Мазай благоразумно замедлился и подъехал к выставившему вперёд руку человеку, в тяжёлом бронежилете и с автоматом:

– Стой. Ты что ли пассажир?

– Я. И ещё дети.

– Не знаю – возьмут ли тебя без договоренности с капитаном заранее. Тачку у Винта брал?

– Да.

– Её типа обратно пригнать надо?

– Он сказал оставить каравану.

– Понял. Давай вон становись к той «бэхе»[2]. Там бросай машину и дуй на пирс. Может и выгорит чего.

– Понял, спасибо, – искренне поблагодарил Мазай.

Боец посмотрел на детей и лишь покачал с сожалением головой, словно у него перед глазами пронеслась вся дальнейшая судьба злополучной пятерки. Он махнул рукой:

– Давай-давай. Не задерживай.

Рейдер послушно встал неподалёку от борта БТРа и вылез из машины под равнодушные и скучающие взгляды мужиков на броне. Затем скомандовал детям:

– Так! Ноги в руки и бегом! Андрюха помогай! – и первым подхватил рюкзак.

Маленькая ватага торопливо похватала поклажу и гуськом затрусила за взрослым. На них бросали удивлённые взгляды. В большинстве их них читалось то ли осуждение, то ли жалость. Первое было направлено на Мазая, второе – на детей. Неудивительно – каждый понимал, что джип нёсся сюда по ночной дороге.

Ботинки рейдера застучали по пирсу. Обогнув тележку с грузом, которую тянули с помощью известной матери вспотевшие от натуги помощники купцов, он двинулся в сторону праздно стоящего мужичка. Тельняшка и засаленные штаны, абсолютное безразличие к работавшим на погрузке выдавало одного из команды «парохода». Само судно представляло собой ни что иное, как речной пароходик с громким и кричащим названием «Ковчег», когда-то видно возивший отдыхающих. Может быть, внутри и ресторанчик небольшой имелся.

Сейчас посудина была до неузнаваемости преображена «наворотами», которые требовал жестокий Улей. На носу расположилась спарка крупнокалиберных пулеметов …. Такие не просто прошибали толстенные стены, а натурально разносили её в хлам и труху. К охране своих грузов купцы подходили серьезно. Калибры поменьше виднелись на корме, на крыше капитанского мостика, где была приделана вращающаяся будка. Всё «лишнее» было заварено наглухо. За стальными козырьками и навесами можно было двигаться вдоль борта, не боясь слабого стрелкового оружия. А от монстров это была ещё одна дополнительная защита. Впрочем, самой главной преградой для последних оставалась вода. Судя по тому, что слышал Мазай – её не любили даже очень сильные твари. В ней заражённые словно бы теряли себя, неуверенно барахтались и действовали чрезвычайно медленно.

– Доброе утро. Нам бы на «пароход», – обратился Мазай к мужичку в тельняшке.

Тот смерил рейдера взглядом и чуть отклонился в сторону, осматривая детей за его спиной.

– Мест нет. Левых не берем без рекомендаций.

И отвернулся в сторону, наблюдая за тем, как грузчики затаскивают предпоследний ящик.

– Мы заплатим! – уверенно, но тихо сообщил Мазай, многозначительно заглядывая в глаза мужику.

В душе начинала закипать тревога. Вот сейчас пошлёт этот товарищ его куда подальше и плакал Могильник. Обратно, в Перевал – нельзя. Сейчас Винт, наверное, уже оклемался. И их ждут. Как пить дать ждут, и примут даже на дорогах вокруг стаба. Тут и никаких примет не надо. Вряд ли кто ещё по округе шастает с четырьмя малолетними детьми на прицепе.

– Мне Винт сюда разрешение на тачку выписал. В Перевале всё чисто. Мы новички. Мне четыре рта кормить надо. Хотим перебраться в последний стаб по реке – в Краевой. Выручи, – Мазай сунул тельняшке скомканный листок со штампом Винта.

Тот бросил взгляд на листок, затем снова на Мазая из-под обветренных век.

– Я ж сказал. Мало ли кто знает – что у тебя на уме. Замолвили бы словечко проверенные люди перед капитаном – вопросов нет. Извини, мне за гроши рисковать не улыбается. Новички, – усмехнулся мужик и снова отвернулся.