Чтение онлайн

— Хорошая мысль, я думаю, — заметила Хабил.

Пэл поклонился.

— Но тогда, — сказал Кана, — что-то случилось?

— Точно, — ответил Пэл. — И если вы желаете, я расскажу вам, что именно.

— Да, сделайте это, — сказал Хабил, — Вы же видите, что мы оба слушаем каждое ваше слово.

— Да, — сказал Кана, — что на этот раз сделала Чародейка?

— Она, — сказал Пэл, — посылает гонцов и посланников. И более того…

— Да?

— Она призывает людей к себе.

— Войска? — спросил Кана.

— Нет, личностей, — ответил Пэл.

— Что за личностей? — сказала Хабил.

— Я не знаю их всех, но одного, по меньшей мере, я знаю, и это Виконт Адриланки, который, как я установил благодаря магическим методам коммуникации, к которым вы дали мне доступ, несколько часов назад выехал к Сетре в сопровождении одного из ее посланников.

— А кто он такой, Виконт Адриланки? — спросил Кана.

— Это сын моего старого знакомого, — сказал Пэл, — то есть сын Лорда Кааврена, который командовал Гвардией Феникса до Катастрофы.

— Я слышал о нем, — сказал Кана. — Говорили, что когда он занят своим делом, с ним лучше не играть в игрушки.

— Абсолютно точно, — сказал Пэл. — И с его сыном тоже, если в нем течет та же кровь.

— И что вы советуете предпринять?

— Ничего, нужно только знать об этом. Сетра Лавоуд готовит удар, будет ли он против нас или в другом направлении я еще не могу сказать, но я хочу предостеречь Вашу Милость, и хочу, чтобы вы не забывали о ней. А я, со своей стороны, удвою число наших друзей, наблюдающих за Горой Дзур и окрестностями.

— Очень хорошо, — сказал Кана. — Что еще?

Пэл вздохнул. — Я боюсь Сетру Лавоуд, — сказал он. — Мы не можем напасть на Гору Дзур, мы не в состоянии противостоять ее волшебству, мы не можем подорвать ее дипломатию, и все потому, во-первых, что она умела и могущественна, а во-вторых, мы слишком мало знаем о ней. Кто она по природе? Сколько ей лет? Мы ничего не знаем об всех этих вещах, и можем только строить предположения.

— Возможно, — сказал Кана, — что она потеряла свою силу в момент падения империи. Разве неправда, что все это время она не покидала Гору Дзур?

— Может быть это и правда, — сказал Пэл. — Но будьте уверены, мы даже не узнаем, если она уйдет. Но что мы можем сказать и сделать? Мы не делали никаких проверок.

— Но разве возможно, — сказала Хабил, — проверить ее, не нападая на Гору?

— Может быть есть способ, — сказал Пэл. — Есть юные Дзурлорды, и даже Драконлорды, которых можно убедить выступить против нее; а это даст нам некоторые указания, насколько мы должны опасаться ее.

— Вы сможете устроить это? — сказал Кана.

Пэл поклонился. — Но есть еще одно соображение.

— И какое? — спросила Хабил.

— Может быть нам нечего опасаться ее; но, напротив, мы можем заручиться ее поддержкой.

— Как, заручиться ее поддержкой? — сказал Кана.

— В точности. Если она поверит, что мы — лучшая надежда на восстановление Империи, почему нет, она будет помогать, а не мешать нам.

— И каким образом мы в состоянии убедить ее? — сказала Хабил.

— Вот это настоящий вопрос, — ответил Пэл. — Это именно то, что мы должны обдумать.

— А не будет ли проще, — сказал Кана, — послать к ней посланника?

— Как, спросить ее прямо? — сказал Пэл. — Я не подумал об этом.

Хабил хихикнула. — Я не удивлена этому, мой добрый Йенди. Тем не менее, что вы думаете об этом?

— Да, может быть это самое лучшее решение, — согласился Пэл.

— Нам нужно тщательно обсудить, кого именно мы пошлем, — сказал Кана.

— У меня есть идея, — сказала Хабил.

— Был бы рад услышать ее, — сказал Кана.

— Я считаю, что мы должны найти того, кто вежлив, тонок, наблюдателен, скрытен, храбр и умен. Кто способен не только исполнять приказы, но и способен идти дальше приказа, а то и изменять его, если обстоятельства того требуют. Короче говоря, нам нужен тот, кто обладает всеми добродетелями, нужными для выполнения этой миссии.

— Я согласен с вашим списком необходимых добродетелей, — сказал Пэл. — Вам остается только назвать имя того, кто ими обладает.

Хабил, не отвечая, просто улыбнулась, продолжая глядеть на Пэла. Его глаза слегка расширились, когда он сообразил, что она имела в виду, но, секунду подумав, он поклонился.

Тем, кто берет в руку перо и пишет, удовлетворяя стремление народа отвлечься, давно известно, что одни из наиболее трудных задач для писателя возникают тогда, когда персонаж, за которым следит читатель, должен ехать из одного места в другое. Автор должен каким-то образом дать отчет о путешествии, и если просто написать «Они уехали; они приехали», то у читателя чаще всего остается чувство, что он пропустил что-то важное; тем не менее если действительно описать путешествие, как оно происходит изо дня в день, а каждый из этих дней заполнен обычной рутиной путешественника, то это, чаще всего, утомляет читателя; иными словами, нагнетает скуку.

Будьте уверены, тем, кто пишет чистую историю, иногда удается избежать этой дилеммы под тем предлогом, что, поскольку ничего значительного не произошло, нет нужды и описывать это ничего. Но возможен и другой вариант: историк может оказаться настолько удачлив, что у него в запасе найдется какое-то количество событий, которое сохранит интерес читателя; некоторые историки, особенно умный и эрудированный Кропервелл, похоже специализируются именно на таких исторических событиях, которые подходят под это описание.