Чтение онлайн

Читатель, однако, может быть уверен, что в течении нескольких недель и даже месяцев они шли по следу Пиро и его друзей, и что, по истечении этого срока, Орлаан молча задавала себе тот же самый вопрос, и, как и раньше, не могла найти на него ответ.

В течении этого времени — то есть в течении этих недель и месяцев — Гору Дзур посетил гость, и такой гость, которого наш читатель хорошо знает, так как это был не кто иной, как наш старый друг Пэл, которому, как читатель может вспомнить, сам Кана поручил попытаться договориться с Чародейкой.

Вход, который нашел Пэл, был одной из менее известных, но типичных дверей в странную крепость Сетры Лавоуд — в частности, ему пришлось забраться на самую верхушку горы, проскользнуть между двумя огромными камнями, между которыми, на первый взгляд, вообще не было пустого пространства, войти в дверь, которая казалась колючим кустом, и долго спускаться вниз по лестнице, пока он не оказался в чем-то вроде приемной, отделанной коричневым камнем.

Очутившись там он стал ждать, разумно предполагая, что его появление не останется незамеченным. И действительно, ему не пришлось разочароваться в этом: Волшебница в Зеленом, вот кто появился там с мечом в руке. Пэл не стал вынимать свое оружие, но вместо этого поклонился и сказал, — Я Герцог Гальстэн. Имею ли я честь обращаться к Сетре Младшей, о которой я так много слышал?

— Нет, — сказала Волшебница, — вы не имеете. Но скажите, вы всегда входите в дом и не объявляете о своем приходе?

— Ни в малейшей степени, — сказал Пэл. — Напротив, я всегда звоню в колокольчик, если, конечно, вижу его. Более того, я обычно вхожу в парадную дверь, если я знаю, где она. Я посланник его Императорского Величества Каны, из Дома Дракона, и я прошу аудиенции у Сетры Лавоуд.

Волшебница какое-то время изучала его, потом внезапно убрала меч в ножны и некоторым странным образом сложила пальцы левой руки. Увидев это, Пэл, чьи глаза слегка расширились, сделал похожий, но немного отличающийся жест пальцами своей левой руки, после чего Волшебница сказала, — Следуйте за мной, лорд Гальстэн.

Пэл поклонился и последовал за ней.

Очень скоро Пэл оказался в той самой комнате, в которой наши друзья сидели несколько недель назад. Вошла Чародейка и сказала, — Ого, ведь это Пэл, не правда ли?

— Как, — сказала Волшебница. — Вы знаете его?

— О, конечно, — сказала Чародейка. — Он Герцог Гальстэн, из Дома Йенди, хотя он сам предпочитает называть себя Пэлом, по имени маленькой реки на северо-западе.

— Но вы уверены, что он Йенди? — спросила Волшебница.

— О, абсолютно.

— Хорошо.

— Прошло много времени, — сказал Пэл.

— Действительно. И до меня долетело слово, что вы сейчас на службе у Скинтера?

Пэл поклонился.

Чародейка какое-то время внимательно глядела на него, и наконец сказала, — Вы заметили, что я не предлагаю вам сесть?

— Этот факт не ускользнул от моего внимания.

— Тогда, я полагаю, наши переговоры завершены?

— К моему сожалению, мадам, должен признаться, что так оно и есть.

— Хорошо. Волшебница покажет вам ту же дорогу, по которой вы вошли.

Пэл опять поклонился, и, сопровождаемый Волшебницей в Зеленом, вышел из Горы Дзур, после чего отправился к ближайшему почтовому дому, который находился примерно в двадцати или тридцати милях, и там составил свое сообщение, которое приказал отослать на Гору Кана.

Область, в которой располагался почтовый дом, часть графства Саутмур, выделялась, главным образом, своей близостью к дому Сетры Лавоуд; то есть любой аспект жизни крестьян определялся горой и Чародейкой. В добавок к некоторым сортам сорго, область производила сахарный тростник, земляные орехи, кукурузу, а также бесконечное количество легенд, мифов, слухов и откровенной лжи. Читатель вряд ли удивится узнав, что жизнь области проходила в тени — как прямо так и косвенно — вездесущего пика. Как сказал один известный историк (насколько я смог установить, под «известным историком» Паарфи имел в виду себя. Стивен Браст), что всякое суеверие, обнаруженное в любой части мира, заканчивается к югу от Ариллы, где все неистово верят в них всех, противоречат ли одни другим или нет.

Путник немедленно замечает, что на него смотрят в высшей степени подозрительно; но если путником является умный Йенди, вроде Пэла, он обнаружит, что мало кто из местных искушен в сложных махинациях, в которых он сам особенно искусен. Поэтому мы находим его в том же самом доме спустя неделю или, что то же самое, шесть дней, и нас не удивляет, что за это время он узнал, кому задавать вопросы и где поставить наблюдателей, и, используя все эти сведения, сам наблюдал за Горой Дзур.

Таким образом он узнал обо всех заслуживающих внимания входящих на Гору и уходящих с нее, а это, в свою очередь, привело его к необходимости провести другие расследования, для которых, как оказалось, необходимо ждать.

И вот его ожидание однажды закончилось, как мы уже говорили, примерно через неделю после его визита к Чародейке. В этот день в дверь его комнаты постучали. По его команде занавес был убран, и к нему вошел Текла, примерно пятисот или пятисот пятидесяти лет, который поклонился ему как человеку очень высокого ранга, приветствие, на которое Пэл ответил так, как он и должен делать это.

— Что случилось, Тэм? — спросил он.

— Милорд, от моего кузена пришло слово.

— Ага! — сказал Пэл. — Однако, пришлось как следует подождать.

— Милорд, я приношу свои величайшие извинения за это.

— Ну, это все неважно, если информация надежная.

— О, что до этого…

— Ну?

— Я уверяю Ваше Лордство, что могу поставить за нее свою жизнь.

— Ты не только можешь, мой дорогой Тэм, но ты уже делаешь это. Имей это в виду, и давай послушаем что узнал твой кузен.

— Милорд, большое племя Восточников пересекло горы.

— Ну, и что с того? Их и так было много.

— Да, милорд. Но это больше чем большинство. По меньшей мере несколько сотен.