Доверься мне вновь

Joanne Rock

Ways to Tempt the Boss

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Ways to Tempt the Boss

«Доверься мне вновь»

Визажист Блэр Уэсткотт определенно была не похожа на корпоративного шпиона. Блэр уверенно орудовала кисточкой для подводки, создавая эффект кошачьего глаза на модели, сидящей в ее кресле. Это была известная бразильская спорт сменка, согласившаяся рекламировать их бренд косметики – «Дешам». Латиноамериканская поп-музыка лилась из динамика на зеркальном туалетном столике, набор косметики располагался на тележке рядом. Белокурые волосы Блэр, собранные в конский хвост, перекинулись через плечо, когда она наклонилась вперед.

Лукас Дешам сидел в тени и наблюдал за этими женщинами. И все же его внимание привлекла не знаменитая волейболистка. Он смотрел исключительно на Блэр, чей черный фартук обтягивал талию. Она смеялась и болтала во время работы, ее теплые манеры успокаивали модель, ровно как и всех, с кем она сталкивалась.

За исключением, конечно, Лукаса Дешама. Легкость никогда не была тем, что он испытывал рядом с талантливой визажисткой, которую его мать – основательница бренда – наняла шесть недель назад, не посоветовавшись с ним. Сибил Дешам, конечно, не нуждалась в его одобрении, поскольку являлась владелицей компании, но сейчас в компании были особые обстоятельства. После ее развода с отцом Лукаса тот делал все, чтобы испортить репутацию бывшей жене. Лукас пожалел, что мама не пришла к нему раньше, чтобы помочь удержать бизнес. Он порекомендовал бы заморозить прием новых сотрудников на случай, если отец попытается сунуть в компанию своего человека для сбора информации.

Может ли Блэр быть шпионом? Многое указывало, что да: ее предыдущая работа была в косметической компании на Лонг-Айленде, принадлежащей конгломерату брендов, возглавляемому отцом Лукаса.

Ассистентка протянула Лукасу чашку черного кофе, который он не просил. Он взял его, укладывая в голове то, что знал о новой визажистке, и наблюдая за ней.

Во-первых, Блэр Уэсткотт казалась слишком милой, слишком доброй и сердечной, чтобы быть искренней. По крайней мере, раз в неделю она появлялась с пластиковыми контейнерами, набитыми домашним печеньем или кексами. Он попытался представить, как она жонглирует этими большими контейнерами в метро в час пик, и потерпел неудачу. С другой стороны, она была из тех людей, которым другие спешат помочь. Если бы Блэр была мультяшной принцессой, то за ней ходили бы все лесные звери, пока она пела песни. И это качество оказалось настолько заметным, настолько необычным, что он задался вопросом, что она скрывает под солнечным внешним видом. Лукас подозревал, что в компании есть «крот», появившийся почти шесть недель назад, – в тот же период времени, когда была нанята Блэр. Поэтому он присмотрелся к ней повнимательнее. По его опыту, никто не был таким заботливым и милым, как она, без скрытых мотивов.

Она раскалила тревогу в его душе. Вместе с подозрительностью к ней Лукас испытывал горячее, неумолимое влечение. Нежеланный голод выводил его из себя и делал постоянно угрюмым рядом с ней, что совсем не помогало ему понять ее.

– Не хочешь ли посмотреть поближе, Лукас?

Несмотря на то что Лукас был начальником, Блэр обращалась к нему на «ты» – об этом он попросил ее в первую встречу. Нежный тон голоса Блэр вырвал его из мрачных мыслей, и он поднял взгляд, чтобы встретиться с бледными сине-зелеными глазами своего мучителя. Она жестом указала на спортсменку, над которой работала для фотосессии, затем отступила на шаг от гримерного кресла, словно желая, чтобы он мог беспрепятственно видеть ее работу. Жаль, что было невозможно оторвать взгляд от нее самой. Ее губы казались такими пухлыми, щеки – достаточно округлыми, чтобы появление ямочек стало сюрпризом, когда она улыбнулась. Но именно ее высокая пышная фигура была источником слишком многих личных бурных фантазий. В том, как она одевалась, читалась непримиримая женственность, которая удачно подчеркивала каждый сантиметр ее тела. Шифоновая легкая юбка и чопорная белая блузка – типичная часть ее гардероба, которая подчеркивала ее сексуальные завораживающие формы.

Блэр подняла брови, и Лукас понял, что до сих пор смотрит на нее. Он нахмурился. Она только улыбнулась шире и продолжила:

– Ты так сильно хмурился, что я испугалась, правильные ли тени на Антонии?

Там, под очаровательными манерами, он увидел вспышку вызова в глазах Блэр. Может быть, даже намек на «иди к черту». Он не думал, что она проявляла такое отношение к кому-то, кроме него, и это было не первый раз, когда он видел этот взгляд. Все остальные видели ее милую сторону. Он готов был поклясться, что в ней полно огня.

– Макияж безупречен, – заверил Лукас юную спортсменку в кресле, решив, что будет безопаснее сосредоточиться на ней. – Мы очень благодарны вам за то, что вы сотрудничаете с нами в этой компании.

Он поднял чашку с кофе в тосте, радуясь возможности отвлечь внимание от Блэр.

– С удовольствием. – Антония кивнула ему в знак согласия и наклонилась вперед, чтобы получше рассмотреть себя в освещенном зеркале. – Я благодарна Блэр за то, что она сделала меня похожей на себя, вместо того чтобы наносить слои тонального крема на все мои веснушки, как это делают некоторые визажисты.

– У тебя великолепные веснушки. – Блэр заглянула в зеркало через плечо Антонии и в отражающей поверхности встретила взгляд Лукаса. – Нам и в голову не придет их скрывать, – практически проворковала она.

Или, может быть, это просто звучало так для его ушей, так как во время совещания по планированию съемок неделей ранее он предположил, что крупные планы туши лучше смотрятся на однотонной коже, но и арт-директор, и Блэр придерживались противоположной точки зрения. И Блэр, очевидно, наслаждалась своей маленькой победой в споре.

– Мы почти готовы? – спросил Лукас слишком резко и, желая смягчить голос, проглотил черный кофе залпом, но лишь обжег рот. – Мы хотим, чтобы Антония шла по графику.

Его голос заскрипел от ожога, когда он поставил чашку и отодвинул от себя.

Ямочки на щеках Блэр появились, даже когда она прикусила свою пухлую нижнюю губу, и он был готов поспорить, что она изо всех сил пыталась не рассмеяться.

– Разумеется. – Блэр сорвала черную защитную драпировку, прикрывавшую Антонию.

Кивнув, Лукас прошел обратно в тень фотостудии. До тех пор пока не поймет ее, он не может позволить себе доверять ей. И он определенно не мог позволить себе потакать влечению, которое с каждым днем грызло его все сильнее. Даже если ему было чертовски любопытно узнать, чувствует ли она искры влечения со своей стороны.

У него оставался всего месяц, чтобы помочь матери спасти бизнес и заручиться поддержкой членов ее совета директоров против его отца. Чем скорее он все уладит, тем лучше. У Лукаса был собственный бизнес, но он отложил свою профессиональную жизнь в долгий ящик. В конце концов, он был виноват перед матерью, что не рассказал всю правду о своем отце сразу же, как узнал. Если бы не молчание Лукаса в подростковом возрасте, его мама открыла бы свою косметическую компанию самостоятельно, под своей девичьей фамилией, и не защищалась бы от корпоративных атак, подобных той, с которой столкнулась сейчас.