Чтение онлайн

У пары родилась действительно дочь. Женщина смогла родить и не умерла при родах. Спокойно сидела дома и воспитала дочь. Девочка с виду не чем не отличалась от людей, но и не оборотень. Волчицы в ней не было. Вот только сила была, больше чем у обычного ребенка, и видела она лучше, как и чувствовала и слышала. Это стало чудом, мало того что любимая женщина подарила дитя, так еще и по силе ребенок сильнее. Вот только взрослела внешне она медленно. В 27 выглядела как на 18. Тогда то и случился перелом.

По осени девочка заболела, хотя никогда не болела. Отец испугался, что врачи людей не помогут, и обратился к одному другу альфе, приютить их на время, что бы местный врач осмотрел девочку. Альфа согласился. Малышка мучилась три дня в жаре, а в полнолуние обернулась волчицей, и вся сила, которая должна была быть, от рождения появилась.

— Дедушка, говорил, это были самые ужасные три часа его жизни. Не знаешь чем помочь, а дочь извивается на земле от боли, ее выворачивала под страшными углами, и ломались кости. Дед сказал, это волчица примерятся к телу, и пытается им овладеть. Маме помог альфа, он прибежал и был рядом, звал волчицу и приказывал обратиться. Чуть позже дедушка узнал, что такие дети как моя мама умирали, где-то к тридцати, они не могли пережить оборота. Ключевым звеном стал альфа, обратиться можно, если только он присутствует.

— И так всегда? Будут ломаться кости и остальное, — это какой-то кошмар. Неужели и моей, Николь надо через это пройти.

— Нет, только в первый раз. Потом все как у всех. Понимаете, до обращения есть все чувства, но они притуплены, а после все играет красками.

— Так, а дальше? — спросил Логан.

— Мама встретила папу, он был волком в той стае, куда ее принесли. Правда там тоже есть одна странность. Он сразу понял, что она его пара, был все три дня с ней, поил, кормил, а она ничего. За то после оборота, их не оттащишь друг от друга. Вот мама и не знает, из-за болезни она не признала его стразу, или из-за того что не волчица была. — А ведь это мой случай! Николь тоже не чувствует во мне пару, хотя её уже тянет, но после обращение получает она и так все поймет.

— Дальше родилась я и брат, у нас разница в пятьдесят лет. И мы уже полноценные оборотни, оба. Сразу обращаемся. И да у меня тоже есть дети, две девочки. Так что всё там хорошо. Малышки тоже очаровательные волчата. Но с нами не хотят общаться, так как бабушка человек, а мать смесок. Сами понимаете, живем мы долго, вот и отношение такое у нас.

— А сколько вам лет? — задумчиво спросил Визар.

— Мне сто тридцати, матери сто пятьдесят семь, бабушке сто семьдесят семь.

— Невероятно, ваша бабушка жива? — удивился Лога.

— Да, очень бодра для старушки таких лет, — рассмеялась девушка. — Она и моих детей еще строит.

— Но как такое возможно, она же человек, — все не унимался Логан.

— Дедушка говорит, дело в метке. Она хоть и человек, но пометил он ее как волчицу, и вот постоянно обновляет ее, а значит и вводит волчий ген в итоге она медленно стареет. Они сами это не сразу заметили. Дедушка стал изучать случаи подобные ему и бабушке, у него много материалов. Если хотите он все покажет.

— Не вероятно, — сказал Визар, смотря на девушку как на восьмое чудо свето, в принципе так и было. — Есть еще, что-то интересное?

— Главное это обращение, оно проходит с 25 до 30 лет, у каждого свое время. Ах да, беременность почти в девяносто процентов, если переспать в день, когда ставят метку. И почти всегда рождаются девочки, мальчики есть, но редко.

Чем больше она говорила, тем больше я прибывал в шоке. Во-первых, моя Николь волчица, и в скором времени я ее увижу. Вот только малышка будет, мучится, и меня ждут несколько часов ада. И если я возьму и помечу малышку в это полнолуние, она, скорее всего, забеременеет и родит мне дочку. И впереди у нас не одно столетие вместе. К тому же после обращения, она будет чувствовать связь полностью.

Волк внутри рвался к нашей девочке, он готов был сделать её нашей уже сейчас. И как бы я хотел того же, но надо все сделать правильно. Я понял, что всё, что я делал до этого, это правильно. Я приучаю её к себе, и волчица просыпается. Может, для Николь все пройдет не так болезненно.

— Вот тебе и виток в эволюции, — взглянул на Визара. — Природа и правда нашла выход, только вот мы отвернулись от ее дара. Сами же и отвергаем, а ведь связь, с истинной, священна, и не важно кто она, человек или волчица. Вы представляете, сколько волчиц свободных вокруг, и скольких мы уже потеряли. Пора пересмотреть систему, чистота крови не играет роли, если они все наш вид в итоге.

— Ты прав, как мы такое допустили. Сами себя чуть не похоронили, — устало потер глаза мой друг. — Предлагаю собраться, где то через месяц, а сейчас начать сбор информации, и всех желающих войти в стаю предлагаю брать. Мы не можем своим же отказывать в семье. Хоть она и становится странной. Твоя жена, станет всем примером. И думаю после этого, многие захотят поискать свое счастье.

— Ты у нас и тут отличишься Габриэль, не просто, как самый старый волк нашедший пару, так еще и такую особенную. Ты дашь толчок новой эпохе, — восхищенно говорил Логан.

— Я не первый друг мой, просто самый заметный. Пора менять отношение к истинной крови. Лена, спасибо что приехали и рассказали. Это очень помогло. Теперь мы знаем, с чем имеем дело, и начнем все исправлять.

— Благодарю альфа, — со слезами на глазах сказала девушка. Теперь все изменится, для таких, как она. И у её детей, будет более светлое будущее, я постараюсь.

Совещание закончилось, спустя час. Мы обсудили новые дела и согласились встретиться через месяц. Даже не верится, что моя малышка стала толчком для всего этого. Мне так хотелось, наконец-то, её обнять, и все рассказать. Она ведь ничего не знает о себе, а я смогу ей все рассказать.

— Альфа подождите, — ко мне бежала та самая Лена, — можно еще минутку вашего внимания.

— Конечно, говорите.

— Правда, что у вас невеста, как моя мать?

— Да, она дитя оборотня и человека. И если сравнивать ваш рассказ с ней, все сходится.

— Есть еще кое-что, я не стала всем рассказывать. Но вам скажу, раз она ваша невеста. Вы не обидите, истинную, — серьезно сказала она, оглядываясь вокруг.

— Слушаю, если ей что-то угрожает, я должен знать. — Что еще я должен пережить?