Чтение онлайн

Холли не могла разлюбить Линка. Он был нужен ей как воздух.

— Это лучшее время, — сказала она Роджеру. — Нельзя упускать его. Дневной свет сейчас похож на мед.

— Завтра будет такой же вечер, — ответил он.

— Циклон уже приближается. Завтра может быть слишком поздно.

— Но…

— Я готова! — крикнула она режиссеру, несмотря на протест Роджера.

На этот раз она чувствовала, что у нее все получится.

Холли погрузилась в воспоминания, дав волю сладостной чувственности. Она вспомнила, как проснулась в объятиях Линка, как его теплый язык дразнил ее губы, заставляя улыбнуться.

Джерри, который все еще крутился на площадке, делая рекламные снимки, издал восхищенный вопль:

— Вот это да! Боже мой, детка, фантастика!

— Тихо! — прикрикнул на него режиссер. Холли казалось, что голоса доносятся до нее из конца длинного тоннеля. Окутанная воспоминаниями, она словно излучала страсть, противостоять которой было невозможно. Изысканное очарование ее лицу придавал легкий налет грусти.

Ветер ласкал кожу, развевая волосы, вздымая бесчисленные пенные фалды шифона, обнажая великолепные стройные ноги.

Солнечный свет, похожий на расплавленное золото, ласкал ее, точно возлюбленный.

Роджер, мокрый от соленой воды, со спутанными в художественном беспорядке волосами, вышел ей навстречу из океана, держа черную маску и трубку акваланга в левой руке. Косые лучи света играли в капельках воды, покрывавших загорелое тело. Черные узкие плавки обтягивали атлетически сложенную фигуру.

Холли наблюдала за ним, мысленно пытаясь представить на его месте Линка.

Ничего не получалось.

Она закрыла глаза и попыталась снова.

Раздраженные комментарии режиссера мешали ей сосредоточиться. Она протянула руку и позволила Роджеру обнять себя.

Он медленно, склонился к ее лицу и равнодушно поцеловал ее так, как делал это на протяжении всего вечера. Поцелуи, которые должны были казаться страстными, были лишь частью сценария.

Неожиданно он обхватил ее сильнее, его язык скользнул в ее рот, пытаясь превратить дежурный поцелуй в нечто более чувственное.

Шок длился мгновение. Холли уперлась руками в грудь Роджера и гневно оттолкнула его.

— Стоп! — крикнул режиссер, большими шагами направляясь к берегу.

— Шаннон, что опять не так? — гневно спросил он.

— Спросите у Роджера.

Ройс вздохнул, пожал плечами и посмотрел на Холли.

— Прости, дорогая, — сказал он. — Ты искушаешь меня.

— Так задумано по сценарию, — холодно произнесла она. — Это основная идея рекламного ролика. Твоя идея. Помнишь?

Роджер улыбнулся, скрывая под маской дружеского обаяния истинную страсть.

— Таким женщинам, как ты, нужно нечто большее, чем поцелуи, — тихо сказал он.

Холли возмущенно фыркнула и повернулась к нему спиной.

Роджер взял разъяренного режиссера под руку и повел назад, тихо нашептывая ему что-то на ухо.

Холли не пыталась прислушиваться. Закрыв глаза, она старалась побороть в себе невольное отвращение, возникавшее от прикосновения губ другого мужчины. Никто, кроме Линка, не мог подарить ей чувственное наслаждение.

«Актрисы постоянно целуются на экране и, если верить слухам, ненавидят большинство своих партнеров, — убеждала она себя. — Нет ничего ужасного в том, что меня поцелует хороший друг».

Но Холли вовсе не была уверена в том, что в очередной раз выдержит пылкий поцелуй Роджера и не вцепится ему в глаза, как дикая кошка.

Техники суетились вокруг нее, направляя свет, устанавливая отражатели, определяя показания экспонометров и ругаясь.

Она знала, зачем это делается. Освещение на съемочной площадке имело решающее значение. По замыслу ее лицо должны освещать лучи заходящего солнца и лишь отчасти искусственный свет. Лицо Роджера должно остаться в тени. А багряный закат позади них должен символизировать страсть.

Для достижения всех трех эффектов одновременно необходимо было такое мастерство, которое доводило техников до безумия.

— Роджер на месте? — прокричал режиссер.

Холли открыла глаза и посмотрела на ослепительное отражение заходящего солнца. Яркий свет бил в глаза, однако она различала высокий, мускулистый силуэт выходящего из волн мужчины.

Холли пыталась подавить охвативший ее холод. Она не хотела, чтобы Роджер прикасался к ней. По крайней мере так.

— Мы готовы! — крикнула она.

— Мотор!

Холли снова подумала о Линке, пытаясь представить себе, что чувствует влюбленная женщина, глядя на выходящего из пены прибоя мужчину ее грез.

Она робко протянула к нему руку, ослепленная лучами заходящего солнца.

Но прежде чем его пальцы коснулись ее руки, прошлое и реальность совпали.

— Линк!

Он взял ее руку и прижал к своим губам.

Ветер подхватил волосы и платье Холли, окутывая ими Линка, когда он прижал ее к себе.

Его губы оказались настойчивыми, сладостными и солеными, даже лучше, чем в воспоминаниях — таких же необузданных и прекрасных, как закат.

Холли приникла к нему всем телом, подчиняясь неистовой страсти. Когда его язык проник в глубину ее рта, она подумала, что умрет от упоительного блаженства, охватившего все ее тело.

— Стоп! — закричал режиссер. — Все было превосходно, но надо подстраховаться. Снимем еще раз. Эй, вы что, не слышите? Снято!

Линк медленно поднял голову. Его глаза все еще были закрыты, губы изнывали от желания.

— Они думают, что ты — Роджер, — задыхаясь произнесла Холли.

— Знаю. Я наблюдал за тем, как он целует тебя весь вечер.