Чтение онлайн

— Это…? — прошептала она, широко раскрыв глаза.

Как будто услышав ее, мужчина резко повернулся лицом к скрытой камере наблюдения. Д.К. издала сдавленный звук, и даже Алекс втянула воздух, узнав его профиль. Его светлые волосы давно пора было подстричь, а жидкая борода делала его похожим на пещерного человека, но ярко-голубые глаза в сочетании с костяком и атлетической фигурой делали его сходство с Джорданом несомненным.

— Я в это не верю, — сказал Биар тихим, недоверчивым голосом. — Эйвен… Родители Джордана… Все они говорили правду. Лука жив.

Алекс первой смогла взять себя в руки. Если то, что сказал Джордан, действительно было тем, что он говорил свободно — и вне влияния Эйвена — тогда кадры, которые он видел, должны были быть достаточно правдоподобными, чтобы попросить Эйвена заявить на него права. Хотя Алекс не была уверена, верить ли в то, что это произошло на самом деле, или Эйвен действительно забрал Джордана против его воли.

К ее бесконечному разочарованию, Алекс знала, что ни в чем нельзя быть уверенной.

— Джонни, — позвала она, — ты можешь подтвердить, что эта запись подлинна?

После еще какой-то непонятной тарабарщины Алекс выяснила, что Джонни удалось открыть сеть через устройство Биара, чтобы напрямую загрузить отснятый материал, что он не мог сделать удаленно, не имея кого-то внутри, чтобы ввести коды вручную.

— Я прогоняю это через свои сканеры, пока мы разговариваем, — сказал он, заканчивая свою техноболтовню, отвечая на вопрос. — Мне просто нужна минутка.

Потребовалось две, но когда вернулся к ним, то с закрытым, разочарованным выражением лица.

— Это подделка, ребят. Мне очень жаль.

— Что? — резко выдохнула Д.К.. — Но… Но он выглядит так же, как Джордан!

— Это улучшенное цифровое изображение, вероятно, сделанное с изображения самого Джордана и перенесенное на десять лет в будущее.

Джордана все это время обманывали, и Алекс почувствовала сокрушительное опустошение от того, что это означало. Если они когда-нибудь найдут способ освободить своего друга от Эйвена, ему придется снова смириться со смертью Лука.

— Извините, ребята, — Джонни заполнил повисшую тишину. — Я знаю, что это не та новость, которую вы искали.

«По крайней мере, теперь мы знаем правду», — подумала Алекс, как бы печально это ни было.

— Если поторопитесь, я все еще смогу вытащить вас до того, как… — Джонни замолчал, и его лицо побледнело, когда что-то на другом устройстве привлекло его внимание. Он наклонился ближе к нему, и его глаза расширились, когда он выпустил череду ругательств. — Ребята, похоже, вы оставили грязные следы в коридоре, и та охранница в другой башне только что заметила их и подняла тревогу. Она на пути к вам, вместе со всеми остальными охранниками. Вам нужно убираться. Сейчас же.

Глава 3

Какое-то время Алекс беспокойно ходила взад и вперед по камере предварительного заключения, которая была намного чище, чем она сама. Белые стены просто безупречны, что еще больше подчеркивалось легким свечением энергии, проносящимся вдоль них: казалось бы, безобидный ореол света, который усиливался предупреждающим электрическим гудением, от которого волосы встали дыбом. Несмотря на мощный барьер, Алекс испытывала искушение протянуть руку и размазать засохшую грязь по нетронутой поверхности, просто чтобы позлить какого-нибудь подчиненного, у которого явно были склонности к ОКР, когда дело доходило до отбеливателя — или что там было в медоранском эквиваленте чистки.

Достаточно сказать, что она и ее друзья не смогли выбраться из ХимТеха незамеченными. Они едва успели отключить запись с камер наблюдения и отключить связь с Джонни, как дверь в серверную распахнулась. Надеясь, что брат Биара был занят, используя хакерские навыки, чтобы скрыть свой цифровой след и незаконную загрузку отснятого материала на удаленное устройство, Алекс и ее друзья остались, подняв руки в знак капитуляции, когда охранники ворвались в комнату.

Они быстро обнаружили, что служба безопасности ХимТех не шутила и была разновидностью охранников типа «сначала стреляй, потом задавай вопросы». Таким образом, Алекс, Биар и Д.К. впервые испытали на себе вкус того, каково это — близко познакомиться со взрывом Стабилизатора.

Для протокола, это чертовски больно.

Оружие вызвало жгучий ожог, распространившийся по телу Алекс, обжигая нервные окончания достаточно быстро, чтобы заставить ее потерять сознание в течение доли секунды. Когда она очнулась десять минут спустя, Алекс обнаружила, что лежит на неестественно чистом полу камеры и страдает от раскалывающей головной боли, которая все еще отдавалась в ее черепе после того, что казалось часами тюремного заключения.

— Почему они так долго? — проворчала Д.К., сидя на полу и обхватив голову руками. — Мы здесь уже целую вечность, и никто не проходил мимо. Почему они не могут поторопиться и сказать нам, в какие неприятности мы попали?

Единственный плюс в их затруднительном положении — Алекс, Биар и Д.К. были заперты вместе в одной камере. Но поскольку каждый из них имел дело с головными болями, вызванными Стабилизаторами, ни один из них не был способен предложить хорошую компанию или интересную беседу.

— Стандартная практика для допросов. Они заставляют нас попотеть, — сказал Биар, стоя, одной рукой массируя висок, а другую руку прижимая к животу. Он стал подопытной обезьянкой и первым протянул руку, чтобы прикоснуться к светящимся стенам, обнаружив, что они на самом деле заряжены чем-то похожим на живое электричество. Его рука покрылась волдырями от соприкосновения со стенами, что только усиливало дискомфорт от предыдущих укусов насекомых.

Алекс как раз собиралась открыть рот и предложить им попробовать придумать план побега, когда светящаяся энергия вокруг них деактивировалась, и одна из белых стен скользнула в сторону. Д.К. вскочила на ноги, а Биар опустил руки и двинулся вперед, пока они трое не встали в линию, представляя собой единый фронт.

В камеру вошли четверо. Трое одеты в серо-металлическую форму охранников, но на человеке, возглавлявшем группу, была черная одежда Надзирателя. Его огненно-рыжие волосы коротко подстрижены, но они все еще были достаточно густыми, чтобы ярко выделяться на фоне его темной одежды и бледной кожи.