Чтение онлайн

— Поищем машину или попутчика, не привлекая внимания. Слушайся меня, и все будет хорошо. Окей?

— Хорошо.

Так, ладно, я сам в маске, мне показываться другим на глаза не страшно, а вот как скрыть лицо Жаклин? Да легко — достал я нож, и в пару движений отмахнул от подола ее платья широкую полосу. Скрывать лицо ей нужно не от камер, а от чужих взглядов — остров маленький, ее могут банально узнать.

Жаклин кстати, когда я укоротил ее платье, только глаза расширила, но никак мои действия не прокомментировала. Я же замотал отрезанной полосой ей лицо на манер бандитского платка, и взъерошил еще мокрые волосы.

— Сейчас найдем приватную комнату, они наверняка есть еще пустые, ты там закроешься, а когда я найду машину или попутчика, отсюда уедем. Пока план такой, — произнес я, расстегивая куртку и закатывая рукава. Вот так, всего один штрих, и я, в компании с Жаклин, композицией превратился в мачо-рабовладельца.

Говорил и действовал я уверенно, вот только особой уверенности не испытывал. К Линдену приехали, и наверняка гости уже в его доме. А этот купол вечеринки, который скрывает нас сейчас, помог не только скрыться — в моменте, но теперь он словно мышеловка. Любая выехавшая отсюда машина сразу будет замечена и взята на контроль.

Постепенно внутри зрел ком пустой и холодной обреченности. Потому что задним умом понимаю, что все будет хорошо только в двух вариантах. Первый, почти нереальный — это если гости на фургоне вообще не к Линдену ехали. Второй, реальный чуть более — если гости на фургоне ехали к Линдену, но сочтут задачу выполненной, если найдут его тело. Ну а если гости на фургоне едут не за Линденом, а за Жаклин, тогда у меня очень серьезные проблемы.

Потому что украденные предприимчивой шайкой у каннибалов миллионы — это немалые деньги. И вполне вероятно, что приехавший фургон только средство перемещения оперативной группы, а на границе района сейчас висят беспилотники или даже конвертоплан, отслеживая всех, кто входит и выходит. А я еще не варлорд официально, так что со мной никто даже разговаривать не будет. Обратят внимания на мои попытки диалога не больше, чем на писк комара.

Так что сейчас я действовал — маскировался сам, переодевал Жаклин, но при этом понимал, что коготок увяз. И как я буду выбираться из этой всей порнухи — и в прямом и переносном смысле слова, просто не представляю.

Как я невовремя к Линдену то приземлился, а? Успев перед всеми гостями — и перед Жаклин, и перед этими неизвестными.

Прилетел бы на час раньше, или на час позже — и все было бы отлично. Нет, мне нужно в самое… око бури, так скажем, сунуться.

Еще и сумку с вингсьютом и раскрытым парашютом через вечеринку тащить с собой не вариант. На меня будут обращать внимание и охрана — а на таких мероприятиях обязательно есть охрана, не выделяющаяся из толпы и внешне также веселящаяся, как и все. И охрана на такой выбивающийся из образа баул явно внимание обратит. Поэтому забросив сумку в глубину кустов, я решил забрать ее позже. Если получится, конечно.

После похлопал Жаклин по плечам, заставляя ссутулиться и изображать покорную рабыню. И намотав цепь на руку, двинулся по парку, в сторону бассейна, у которого сейчас толпа народа веселилась, пила, танцевала и принимала вещества.

Когда у большого количества людей есть много времени и денег, и нет ни идеи, ни пути, ни необходимости работать чтобы обеспечивать себя, постепенно наступает пресыщение и развлечения иногда принимают самые разные и неожиданные формы. Куда там императору Гелиогабалу, который еще в Древнем Риме голым на колеснице гонял блудниц и устраивал экстравагантные гей-парады. Сейчас, по прошествии веков, у скучающей публики возможностей поболее, и развлечения принимают такие формы, что со стороны смотреть на это неприятно. Особенно трезвым.

Не привлекая особого внимания, я — с Жаклин на цепи, прошел мимо веселящейся и галдящей толпы. Которая, если не брать концентрацию людей в бассейне и у пульта диджея, веселилась без особого надрыва — вечеринка была не полностью молодежная. Здесь в немалом количестве присутствовали в качестве активных зрителей люди взрослые и даже пожилые. И респектабельные, так скажем.

«Компания была невелика, но зело респектабельна — пан аптекарь, пан директор, пьяный золотарь, две курвы и я», — услужливо подсказал внутренний голос комментарий к ситуации.

На нас с Жаклин обращали внимание, провожая взглядами. Не потому, что мы как-то выделялись, а потому что мы были просто красивыми. Мне даже пару раз хмельные дамы кричали что-то вроде «Эй, красавчик» и «Офицер, а может вы и меня арестуете?». В общем, нас заметили и оценили, но внимания я ни на кого не обращал, и целенаправленно вел Жаклин в сторону дома.

Миновав тусовку у бассейна, зашли в особняк через распахнутые двери. Здесь я уже предметно осматривался — мне, в идеале, нужна одежда и мотоцикл. И пока осматривался, потерял ситуацию ненадолго. И этого хватило: сзади раздался звучный шлепок, и Жаклин взвизгнула.

— Какая женщина! — утробным басом воскликнул массивный и не совсем трезвый мужчина. Его розовый от загара живот выпирал из расстегнутой рубашки, в ширинке брюк, также расстёгнутый, виднелось нижнее белье.

— Так, мальчик, тут нужна крепкая мужская рука, — оттолкнул меня от Жаклин седовласый Дон Жуан. Даже не ожидая возражений, он перехватил у меня цепь и повел мою спутницу за собой. Спорить я даже не стал — а когда поймал панический взгляд обернувшейся Жаклин, едва заметно кивнул, показывая, что все под контролем.

Все действительно было под контролем. Потому что седой ловелас, едва зашел в приватную комнату, не успел закрыть дверь. Я скользнул следом, и несостоявшийся Дон Жуан получил от меня плотный удар, отправившись немного поспать. С помощью Жаклин я привязал его к кровати — инвентарь здесь был, причем более чем в достаточном количестве. И когда седовласый дон лежал, раскинув в стороны руки и ноги, я из его же рубашки соорудил хороший и плотный кляп.

— Антуражненько, — только и прокомментировал я, обозревая результат наших действий, а после обернулся к Жаклин. — Сиди здесь, я ненадолго. Постучу вот так: раз-два-три, раз-два, — пять раз ритмично стукнул я кулаком в дверь.

— Хорошо, — почти беззвучно произнесла Жаклин. Судя по виду, запас самообладания у нее еще есть, но его уже критически мало.

— Ты сильная, ты сможешь, — ободряюще подмигнул я ей и выскользнул из комнаты. Прикрыв дверь, и услышав щелчок замка, я прошел по галерее здания. Замедлив шаг, словно невзначай выглянул в проем двери, ведущий на балкон. Здесь пока и остался, подпирая косяк.

Людей вокруг было много, все хаотично перемещались, пили, орали, смеялись. Мне что-то кричали издалека, с балкона, а по обеим сторонам уже встали сразу две дамы, которые что-то ворковали и явно желали общения со мной прямо сейчас. Внимания, на них, впрочем, я даже не обращал. Потому что, с замиранием сердца, заметил у ворот двух человек в легких бронекостюмах с опущенными забралами и красными огоньками активных визоров. И у каждого за спиной по компактной винтовке со сложенном прикладом, на бедрах видны пистолеты.