Драконье горе
Шрифт:
Камень увидел меня и сделал первый шаг. Левая тумба оторвалась от земли и, переместившись с сухим противным шелестом чуть-чуть вперед, снова опустилась на землю, заставив содрогнуться всю округу. Затем правая тумба с тем же шелестом и содроганием земли повторила это движение. Каменный гигант двигался в мою сторону, а я стоял на месте, парализованный ужасом, не в силах даже поднять руку с мечом.
Первым пришел в себя сэр Вигурд. Его закованный в броню конь обогнул меня и тяжелым галопом устремился к каменному гиганту. Однако тот, не обращая никакого внимания на нового противника, продолжал свое целеустремленное движение ко мне. Сэр Вигурд беспрепятственно подскакал к шагающей скале и, взмахнув мечом, опустил клинок на одну из «рук» исполина. Тоненько пропела высокая металлическая нота и голубоватый клинок прекрасной стали раскололся надвое, не оставив на поверхности гранита даже царапины. Из-за спины гиганта донесся довольный хохот.
Я наконец пришел в себя и, прикрывшись щитом, поднял свой клинок. И тут тихо прозвучал мягкий бас:
– Скальный Топотун… Я бессилен…
Черная точка зрачка на голубом глазу меча исчезла, и он затуманился, превращаясь в мутноватый голубой камень. Я мгновенно швырнул бесполезный клинок в ножны и выдернул из заплечной петли топор.
«Это железо хотя бы не будет расписываться в собственной беспомощности», – злорадно подумал я, прекрасно понимая, что от моего нового оружия будет не больше толка, чем от сдавшегося меча.
– Я буду рвать любую скалу!… – отчаянно рыкнул лев со щита, но я уже понял, что и он не надеется принести хоть какой-то ущерб Скальному Топтуну.
Моя рука, сжимавшая бесполезный меч, опустилась, в голове метались обрывки каких-то незнакомых заклинаний, словно мозг пытался нащупать нужное «методом тыка» и отбрасывал вспоминаемое, не дочитывая до конца. Решения не находилось!
Топотун между тем приблизился еще на четыре своих шага, до меня ему оставалось метра четыре.
«Разворачивайся и беги!…» – мелькнула в моей голове заполошная мыслишка меня-журналиста, но я-рыцарь продолжал стоять на месте, глядя на приближающегося убийцу сквозь решетку забрала, а я-маг продолжал быстро перебирать в голове возможности применения магии.
И тут мимо меня, громко стуча копытцами по пыльной дороге, проскочил совершенно забытый мной ослик-баггейн! Он мчался, опустив свою обезображенную недлинными витыми рожками голову и отчаянно что-то вереща на своем ослином языке. Скальный Топотун, как и во время атаки сэра Вигурда, совершенно не обратил внимание на нового, маленького и смешного врага, он как раз поднимал свою левую «ногу» для очередного шага, и в этот момент осел, высоко подпрыгнув, вонзился своими рогами точно в середину бочкообразного каменного тулова!
Вонзился и… повис, колотя копытцами по красновато отблескивающему граниту гиганта. А Топотун замер на одной ноге, с невозможно зависшей другой, несколько секунд простоял в таком неустойчивом равновесии и вдруг начал разваливаться на куски!
Первой раскололась на множество частей голова. Обломки гранита начали сыпаться на землю, тяжело ухая и поднимая пыль. Некоторые из них пролетели совсем близко от застрявшего в скале и продолжавшего верещать ослика. Затем треснуло и начало распадаться на две части туловище гиганта, причем основная трещина прошла как раз по тому месту, куда воткнулись ослиные рога. В этот момент я пришел в себя от этого неожиданного подвига нашего нового товарища и, выпустив из рук топор и щит, метнулся вперед, к брюху разваливающегося монстра.
Я успел как раз вовремя, чтобы подхватить падающего на землю ослика. Опустив его на землю, я тут же бросился прочь, ни минуты не сомневаясь, что осел последует за мной. И он обогнал меня уже на первых четырех шагах.
А еще через пару минут все было кончено!
Дорогу перегораживала довольно большая куча камней, пересыпанных щебнем и ничем не напоминающих огромного Скального Топтуна. Карлик Оберон тоже исчез, во всяком случае, его нигде не было видно, исчезли и его «летающие обезьяны».
Мы с сэром Вигурдом сидели, прислонившись к одному из придорожных деревьев, наши лошади стояли рядом, устало понурив головы, а ослик, превратившийся в совсем крошечную лисичку, пристроился у меня под боком.
Мы отдыхали. Вернее, мы не могли тронуться с места от усталости.
Однако уже минут через пятнадцать я наклонился над баггейном и спросил:
– Слушай, герой, как ты догадался, что Топтуна надо… э-э-э… бодать?…
– И как ты на это решился? – прибавил свой вопрос сэр Вигурд.
Лисенок выбрался из-под моего бока, покрутился на месте и плавно перетек в форму уже виденного нами невысокого кучерявого сквота.
– Как догадался?… – тоненько проговорил он. – Так ведь всем известно, что скальные создания можно одолеть только живой плотью… Ну а как решился?… Так… это… я ж видел, что вы не знаете, что делать, а объяснять было некогда…
– Он вообще ужасно смелый! – неожиданно раздался Фокин писк из-под моей коленки. – Прям так на всех и бросается!
– Да, – наклонился я над неизвестно откуда взявшимся каргушем. – А куда подевались вы?
– Мы? – удивился Фока и честно признался: – А мы прятались…
– Вот как?… – Я притворился рассерженным. – Мы, значит, покладали жизни на алтарь, проявляли чудеса героизма, а вы, значит, прятались?!
– Но мы же не воины! – обиженно воскликнул Фока.
– А кто вы? – поинтересовался сэр Вигурд.
– Мы – советники! – гордо ответил оранжевоголовый каргуш.
– Ну и что, советник, ты нам можешь сейчас посоветовать? – усмехнулся я.
– Так сейчас Топс вернется из разведки, тогда и советовать будем, – с чувством собственного достоинства ответил Фока.
– Уже вернулся, – донесся серьезный голосок второго каргуша из травы позади маркиза, и в следующее мгновение оттуда вынырнула зеленая голова Топса, почти неразличимая в синей траве. – Здесь недалеко, вперед по дороге, имеется маленькая деревушка, может быть, имеет смысл перебраться в нее?… Там нам будет удобнее.
Мы с сэром Вигурдом переглянулись и поднялись с травы.
– Веди, разведчик, – кивнул я Топсу, беря свою лошадь под уздцы.
– Лучше я поведу!… – немедленно вылез вперед Фока. – Мне виднее!…