Чтение онлайн

– Ну что ж, дети мои, – услышал Сон Ён непривычно бодрый голос отца. – Идите погуляйте, дайте старшим поговорить.

– Да-да, – тут же подхватила старуха, – погуляйте, повеселитесь, что вам с нами, стариками, рассиживаться? Внучка, покажи пареньку тут всё.

Ха На замерла, не успев до конца подняться, взглянула бабушке в глаза. Переспросила:

– Всё-всё?

– Всё!

Девица отвесила поклон опальному министру и метнулась к выходу – только коса и юбка взлетели. Снедаемый любопытством – и о чем же отец собирается секретничать со старой ныряльщицей? – Сон Ён направился следом. Мелкая стояла во дворе, нетерпеливо постукивая носком потертой туфли. Да и чхима, хоть и чистая и тщательно выглаженная, тоже новизной и модой, даже провинциальной, не блистала. Ха На кинула на него враждебный взгляд и, круто повернувшись, направилась прочь. Скомандовала через плечо:

– Иди за мной! – и с досадой кинула в воздух: – И почему я должна это делать?!

Сон Ён двинулся следом, скорее заинтригованный, чем раздраженный поведением, за которое в иное время и в ином месте быть бы ноби нещадно битой. Наверное, его снисходительность объяснялась сегодняшним удивительным поведением отца…

Или он просто начинает привыкать.

– Как думаешь, о чем таком секретном они болтают? – спросила Ха На, вскоре тоже сменившая гнев на милость.

– Значит, есть о чем, – сдержанно отозвался Сон Ён. Не привык он обсуждать действия и поведение отца с кем бы то ни было. И не будет. Девчонка метнула на него взгляд исподлобья. Буркнула:

– Надеюсь, речь пойдет не о сватовстве!

Он даже споткнулся:

– Что-о?! – и, закинув голову, расхохотался так громко и искренне, как не смеялся, наверное, уже полгода. От души. До слез. Отсмеявшись и протерев повлажневшие глаза, обнаружил, что мелкая хэнё, склонив голову набок, вглядывается в его лицо. Констатировала с облегчением:

– Значит – нет? Ну вот и слава Небесам! Уж больно ты мне не к душе.

И, повернувшись, поскакала с козьей легкостью по каменистым уступам. Сон Ён шел за ней недовольный. Это были его слова! Это он должен был сказать, что не взял бы ее даже в качестве распоследней наложницы! Уж слишком эта мелкая шустрая! Ты ей слово – она тебе десять, да таких, что потом еще долгое время продолжаешь спорить и доказывать. Даже в ее отсутствие.

– Эй, куда мы? – окликнул он, увидев, что девчонка направляется в гору. – Мне бы не хотелось оставлять отца надолго.

– Пока с ним моя бабушка, ничего не случится! – беспечно отозвалась Ха На. – Раз велено тебе показать всю округу, давай ногами шевели. Они же у тебя длинные, чего ж ты тогда плетешься так медленно?

Сон Ён скрипнул зубами и поклялся не говорить больше ни слова. Все его воспитание, все привычки повелевали отвесить дерзкой ноби оплеухи… а то и вовсе разложить и выпороть плетьми, чтобы научить почтительности и умению держать язык за зубами. А здравый смысл напоминал, что все вокруг изменилось, а значит, должен меняться и он сам. Чтобы понять, как именно, надо ждать, терпеть и наблюдать.

Они остановились, только добравшись до вершины.

– Смотри. Во-он Становище призраков… то есть твой дом.

Сощурившись, Сон Ён различил темный прямоугольник. Отсюда, с горы, все было в туманной дымке. Или они уже добрались до самых облаков? Ха На показала сверху уездный город, в котором ему предстояло теперь провести неизвестно сколько времени… неужели всю жизнь? Дома, кузницу, тюрьму, чиновничью усадьбу, склады, уступы возделанных полей на склонах, проведенные к ним ручьи-каналы. Чуть левее на горе стоял буддийский храм.

– Смотри, – снова сказала Ха На. – Видишь вон ту дорожку? С берега ее почти незаметно. Ориентир – старое высохшее дерево у самой горы. Запоминай, может, придется пробираться в темноте, без огня. Она ведет к пещере. В убежище всегда есть вода и еда на пару-тройку дней.

– Убежище?

– Мы прячемся там, когда приплывают пираты со страны Вэн.

– На ваш берег приплывают японцы?

– Проклятые ччокпари [20] ! Охотники на людей. Берут в рабство, грабят…

– А как же войска? Флот? Они что, не защищают остров?

Девушка смотрела на него во все глаза.

– Какие такие войска? Солдаты охраняют только склады и почтовую станцию с хозяйством – там, выше по реке. Мы-то им для какой надобности?

Солдаты – слуги короля и страны. Крестьяне и ноби тоже принадлежат королю и стране и, значит, являются ценным имуществом. Но Сон Ён прикусил язык. Так-то оно так. Но он никогда не бывал раньше в провинции… так глубоко в провинции… и представления не имеет, как тут обстоят дела с охраной морских рубежей от вечно недружественного соседа. Кажется, у него будет время и возможность узнать это на практике. Закрывая и открывая глаза, Сон Ён изучил и затвердил вехи, указывающие на тропу бегства. Как быстро они с отцом и немолодыми слугами сумеют добраться до убежища? Надо будет несколько раз пройти по ней, чтобы при необходимости суметь отыскать даже в темноте…

– Запомнил. Что еще?

Девчонка опять на что-то разозлилась. Направилась вниз теперь уже по полному бездорожью (трава и камни), кинув через плечо:

– Ума не приложу, что это бабушке в голову втемяшилось! Ты же наверняка из тех, кто саму ино поймает за-ради ее слез!

Сон Ён поддакнул ей в спину:

– Спасибо за подсказку! Лишний жемчуг как раз будет кстати! [21]

Девчонка выпалила что-то на местном варварском наречии. Он был уверен, что ругательство, но поостерегся спрашивать, иначе бы пришлось применять какие-то меры, а это сейчас некстати. Что еще велела показать старая хэнё? Тайную оружейную палату? Местную сокровищницу? Вскоре ему стало не до версий. Обувь скользила на мокрой от недавнего дождя и тумана траве; на каменной реке, неподвижно текущей вниз, встречались такие валуны, что приходилось их не преодолевать, а обходить, чтобы не полететь вниз и не свернуть себе шею. Зато привычная девчонка по-прежнему скакала горной козой. Еще и оглядывалась, посмеиваясь над запыхавшимся столичным жителем. Лишь из-за этих ее насмешек Сон Ён стискивал зубы и удерживался от вопроса, когда же они придут. И куда.

Наконец путеводная… коза остановилась. Жестом приказала хранить молчание, еще и по сторонам огляделась. Раздвинув ветки кустарника, поманила его за собой и скрылась под козырьком скалы.

Холод, запах влажной земли и сырого камня. Сквозь узкую расщелину сверху в неглубокую пещеру пробивался дневной свет, и Сон Ён разглядел, как девчонка обходит выложенный старой кладкой колодец. Это случайно не здешняя тюремная яма? Не собирается ли она столкнуть туда его самого?

– Что ты там топчешься? – нетерпеливо спросила Ха На. – Иди сюда!

Присматривая за ней одним глазом – с подобной особой осторожность лишней не будет! – молодой человек заглянул вниз. Яма была глубокой, но не темной: прямо над ней расщелина расширялась, и вода изнутри отсвечивала старым зеркалом.

– Решила показать мне заброшенный колодец?

– Да смотри же!

Ха На даже надавила на его затылок, когда он не послушался достаточно быстро. Сон Ён не успел возмутиться, потому что зеркало дрогнуло. Сначала он подумал: это движутся их отражения; но вода зарябила, и по дну скользнула темная узкая тень. Опершись руками о бортик колодца, Сон Ён склонился ниже, вглядываясь. Рыба? Нет, слишком большая и… длинная для рыбы. Разве что морская змея…