Драконоборец империи
Шрифт:
– Ну ничего, ничего. Мы еще поглядим, кто кого! – с определенной угрозой произнес я, обращаясь к этой притворе, а когда она и на это не отреагировала, решился. Облизнул внезапно пересохшие губы и вновь коснулся девичьей ножки. Начал поглаживать ее… Сначала осторожно, а потом все наглей и наглей. И сдвигая руку все выше и выше… С узкой ступни на икру, а оттуда – на бедро, что примерно до середины прикрыто покрывалом… Но моя гостья упорно не желала выдавать себя и показывать, что на самом деле вовсе не спит. Не дрогнув даже тогда, когда моя наглая лапа, скользя по восхитительному изгибу девичьего бедра, проникла под покрывало! И дальше, чуть замедлившись – словно робость обретя, поползла… Лаская бесподобный атлас нежной кожи на своем пути и настоящее наслаждение мне даря. Пока не добралась едва ли не до самого сокровенного… И не замерла, натолкнувшись на преграду из тончайшего шелка.
«Похоже, и впрямь спит! – озадаченно подумал я. А потом, пожав плечами, тут же объяснил сам себе: – А что в этом такого? Вполне может быть, что замаялась меня ждать да по-настоящему уснула. Я-то приперся только под утро!»
«Так, может, пусть и дальше спит? Она ж тебе не мешает. Постель-то большая», – немедля подначил меня поблескивающий глазками бес.
«Нет уж! – категорически отрезал я, прекрасно понимая, несмотря на витающий в голове дурман, чем такой вариант грозит. – Учитывая, какое меня обуревает вожделение, просто спать в одной постели с девушкой я банально не смогу! Меня одна только попытка ее разбудить вон как увлекла!»
«Ага, я вижу!» – съехидничал откровенно скалящийся бес.
Сбившись с мысли, я проследил за направлением взгляда нечисти и тотчас же побагровел. Руку-то свою с прекрасной девичьей ножки я так и не убрал! И, сам не замечая того, продолжал поглаживать-ласкать ее.
«Это все твоя бесовская выпивка виновата!» – резко отдернув своевольную руку, обвинил я рогатого.
Конечно, нечисть не признала свою вину. И поспорив с прохвостом немного, я отмахнулся от него. Морочит голову только. Когда мне нужно проблему решать, пока она настоящими неприятностями не обернулась… Гнать отсюда надо эту девку, срочно гнать!
Решительно кивнув в такт своим мыслям, я немедля поднялся с постели. Слишком резко. В голове сразу зашумело, а меня заштормило всего. Проклятое вино… И дурь! Но на ногах я устоял. А немного погодя, укрепившись на них и обретя равновесие, переступил-сдвинулся чуть поближе к изголовью кровати. Передохнул малость, собираясь с силами и концентрируясь. И, скользнув правой рукой по локонам светлых волос, взялся за край покрывала, дабы стащить его вниз, к ногам девушки. Одновременно с этим левой потянулся к плечу этой сони, чтоб растормошить ее. Для чего мне пришлось потянуться вперед и немного наклониться… И тут меня повело! Так стремительно потянуло влево, что я нелепо взмахнул одной рукой, выпуская из нее край покрывала, а другой слепо зашарил в поисках точки опоры.
– Ух! – перевел я дух, замерев раскорякой над девушкой. В самый последний миг успел поймать левой рукой ускользающую кровать и вцепиться в нее. Что в итоге и позволило обрести равновесие и не ткнуться лицом в спину девушке чуть повыше поясницы.
Весьма гордый собой и тем, что не оплошал даже в такой непростой ситуации – будучи вдрызг пьяным и из-за этого практически не контролирующим свое тело, – я начал осторожно разгибаться. Дабы отстраниться от бесстыдно обнаженной, благодаря отброшенному покрывалу, спины девушки. Но глаза закрывать, конечно, не стал и позволил себе на нее полюбоваться. Ведь такая красивая у нашей сони спинка…
– Что за?.. – удивленно моргнув, озадаченно пробормотал я. И так и не разогнувшись, начал вновь склоняться над девушкой. Ища тот угол зрения, под которым я нечто странное разглядел. Если мне, конечно, не показалось…
Но нет, это мне не померещилось с пьяных глаз. После недолгих мучений я вновь увидел это. Проступившую в лунном свете на коже девушки не то сеточку, не то рваную паутину тончайших белесых линий. Словно нанесенных по всей спине белым пером. Но, конечно, это не рисунок вовсе. Такие следы, видимые только под определенным углом зрения, остаются на месте сведения с помощью магии старых шрамов, возникших на месте ран, что заживали сами собой.
– Это кто ж тебя так?! – вырвалось у меня потрясенное.
И резко захлопнул рот. Так как девушка, что-то сонно пробормотав, пошевелилась. Завозилась, переворачиваясь на спину… И я вмиг протрезвел. А сердце мое стремительно ухнуло куда-то вниз. Ибо на такую подставу Кейтлин никогда бы не пошла.
Я буквально окаменел, с ужасом представляя, что сейчас произойдет. Застыл, не дыша и резко зажмурив глаза. В ожидании дикого визга и увесистой плюхи…
Но… Но так и не дождался ничего. Девушка повозилась, повозилась, умащиваясь поудобнее, и, похоже, продолжила спать. И тогда я, прекратив прощаться с жизнью, посмел осторожно открыть глаза. Чтобы взглянуть на Мэджери.
Лучше б я этого не делал! Так как баронесса действительно перевернулась на спинку. А еще ручки за голову закинула, подушечку свою мягкую опять обхватив, да чуть пониже сползла. И теперь перед моими глазами, на расстоянии всего нескольких дюймов от них, маячила совершенно роскошная девичья грудь! Просто нереально красивая. В этом лунном свете, серебрящем безупречную кожу и так подчеркивающем идеальную форму чуть оплывших под своей массой холмов…
Так что, несмотря на то, что Мэджери не открыла глаза и не увидела меня, легче мне от этого не стало. Даже наоборот – тяжелей. Ведь девушка, судя по ее неровному дыханию, почти проснулась. А значит, мне нельзя не только шелохнуться, но даже дышать. Ибо не дай Создатель коснуться жарким выдохом ее нежной кожи. Это ведь точно заставит леди открыть глаза. И крику будет… А Кейтлин меня убьет! И абсолютно ничто, никакой дар поглощения стихиальных энергий меня не спасет!
Чудовищное и мучительное испытание выпало на мою долю. Ладно – неудобная поза, из-за которой затекают руки-ноги, ладно невозможность нормально дышать, отчего уже кружится голова, но ведь и глаза закрыть нельзя! Потому что это слишком опасно. Пока фиксирую взглядом расстояние до тела Мэджери – держусь, а глаза сомкну – точно голову уроню, сам того не заметив. Вот и приходится пялиться на ее восхитительную грудь. Которая вольготно раскинулась передо мной в дразнящей бесстыдной красе и так и манит, так и манит… Нежно коснуться ее губами… Ведь для этого достаточно лишь самую чуточку голову вниз склонить…
Я совсем поплыл, взирая на нагое очарование великолепной девичьей груди. И последней моей действительно здравой мыслью была, пожалуй, отчаянная мольба: «Только бы не закапать ее слюнями, только бы не закапать ее слюнями!» А дальше все в голове смешалось…
Осознание же того, что Мэджери дышит уже совсем тихо и ровно-ровно, а значит, погрузилась в глубокий сон, не сразу пришло ко мне. Что и неудивительно, учитывая, в каком состоянии я к тому времени пребывал. Хорошо, что вообще отметил этот важный факт.